13 причин почему - Эшер Джей - Страница 36

Для Ханны все закончилось, а для Джессики – нет, потому что она продолжает жить. Ну зачем, зачем, Ханна, ты так жестока по отношению к Джессике? Зачем рассказываешь все это?

Тони подъезжает к тротуару, передние шины скребутся о бордюр. Не помню, как мы сюда добрались, но сейчас прямо напротив нас тот самый дом. То же крыльцо, а слева – окно. За ним спальня, где я поцеловал Ханну, и чулан, где она пряталась.

У меня скрутило живот. Толкаю дверь, чтобы не испачкать салон Тони.

Меня стошнило прямо перед этим самым домом. Меня трясет, я чуть ли не касаюсь головой сточной канавы.

– Оставайся здесь сколько захочешь, – говорит Тони.

Не переживай, Тони, я не испачкаю твою машину.

Меня обдувает прохладным ветерком.

Мне все еще плохо, поэтому я стараюсь дышать как можно глубже. Вдох-выдох. Вдох-выдох.

Сижу, откинувшись в кресле, но дверь по-прежнему открыта, на всякий случай.

– Почему ты? – спрашиваю я. – Почему ты стал хранителем кассет? Что ты сделал?

Мимо нас проезжает машина, и мы оба наблюдаем, как она скрывается за поворотом. Проходит еще одна минута, прежде чем Тони начинает говорить.

– Ничего, – отвечает он. – И это правда.

Впервые после того, как мы общались в кафе «У Рози», Тони смотрит мне прямо в глаза. И я вижу, что он плачет.

– Дослушай эту запись, – просит он. – И я тебе все объясню.

Я молчу.

– Закончи с ней. Ты уже близок к финалу.

– Вот и все, – говорю я. – Теперь-то расскажешь, что случилось?

Достаю из кармана шестую кассету и заменяю ею ту, что стоит в плеере.

Кассета 6. Сторона А

Тони вытаскивает ключи из зажигания. Ему нужно что-то теребить, пока он говорит.

– Все то время, что мы ехали и просто сидели в машине, даже когда тебя тошнило, я пытался придумать, как тебе рассказать, – начинает он.

– Ты заметил, что я не испачкал твою машину.

– Угу, – улыбается он, глядя на ключи. – Спасибо. Я это ценю.

Закрываю дверь машины, кажется, мне стало лучше.

– Она пришла ко мне, – говорит Тони. – Это был мой шанс.

– Для чего?

– Клэй, ты же знаешь, из-за чего мы здесь.

– У меня тоже был шанс. – Снимаю наушники. – На вечеринке. В то время как мы целовались, у нее началась истерика, а я и не догадывался, в чем причина. Я мог бы что-нибудь для нее сделать.

В машине темно и тихо. Окна закрыты, а окружающий мир, похоже, замер.

– Мы все виноваты, – говорит он. – По крайней мере, отчасти.

– Итак, она пришла к тебе…

– С велосипедом. С тем самым, на котором ездила в школу.

– С голубым, – вспоминаю я. – Дай-ка я догадаюсь – ты опять копался в машине?

– Кто бы мог подумать, – смеется он. – Но она никогда раньше ко мне не заходила, поэтому я был несколько удивлен. Но мы вроде немного общались в школе, поэтому я не придал этому особого значения. Что было странно, так это причина, по которой она зашла.

– Почему?

– Она хотела отдать мне свой велосипед. – Я не вижу выражения его лица, так как он отвернулся, но слышу, как глубоко и тяжело он дышит. Его слова повисли в воздухе. – Она хотела, чтобы он остался у меня. Ей он был больше не нужен. Когда я спросил почему, она просто пожала плечами. Это был знак. Но я его не заметил.

– Она раздавала свои вещи.

– Она сказала, что я был единственный, кому, как ей казалось, был нужен велик. – Тони кивает. – Я водил самую старую в школе машину, сказала она, и если тачка вдруг сломается, у меня должен быть запасной вариант.

– Но эта крошка ни разу не ломалась, – говорю я.

– Да что ты, с ней постоянно какие-то проблемы, – отвечает он. – Просто я всегда все быстро чиню. Я сказал Ханне, что могу взять велик только при условии, что она возьмет у меня что-нибудь взамен.

– И что ты ей дал?

– Никогда этого не забуду, – говорит он, глядя на меня. – Ее глаза, Клэй. Она смотрела на меня не отрываясь и вдруг разрыдалась. Она ничего не делала, мы просто разговаривали, как неожиданно у нее по щеке потекла слеза, потом еще одна. – Он смахивает слезы и проводит рукой по губам. – Я должен был что-нибудь сделать. Она давала нам знаки, но мы не хотели их замечать.

– Что Ханна хотела за свой велосипед?

– Она спросила, откуда у меня кассеты, которые постоянно играют в машине. – Тони наклоняется вперед и делает глубокий вдох. – И я рассказал, что записываю их сам на стареньком папином магнитофоне. – Он делает паузу. – И она спросила, нет ли у меня какого-нибудь оборудования, которое может записывать голос.

– О боже.

– Например, диктофона. Или чего-то похожего. Я не поинтересовался, зачем он ей, просто велел подождать, пока схожу за ним.