13 причин почему - Эшер Джей - Страница 18

Однажды на уроке по охране здоровья мы смотрели документальный фильм о мигрени. Один мужчина во время приступов падал ниц и бился головой о пол. Это отвлекало его от боли, которая сидит у него глубоко в голове, и переключало внимание на боль внешнюю. Такого же эффекта я ожидала от приступа тошноты.

Смотреть на то, как двое парней мутузят друг друга, чтобы никто не заподозрил их в слабости, – это для меня слишком. Для них репутация важнее, чем их лица. А репутация Кортни важнее моей.

Хоть кто-нибудь на этой вечеринке поверил в то, что она пришла сюда со мной, как со своей подругой? Или все просто решили, что я очередной объект ее благотворительности? Что-то мне подсказывает, что я никогда этого не узнаю.

К сожалению, единственная ванная, которую мне удалось найти, была занята. Мне ничего не оставалось, как вернуться на улицу. Драка уже закончилась. Как будто ничего и не было.

Когда я подошла к воротам, тем же, через которые я пришла на вечеринку, как вы думаете, кого я там встретила?

Тайлер Даун собственной персоной…

Конечно, со своей камерой.

Когда он заметил меня, на его лице появилось какое-то странное выражение, словно он меня испугался. Он скрестил руки и попытался спрятать фотоаппарат. Интересно, зачем? Все ведь и так знали, что он делает снимки для школьного ежегодника. Но я все равно спросила:

– Зачем тебе камера?

– Что? Ах, да… Это… для ежегодника.

Затем кто-то окликнул меня. Не скажу вам, кто это был, потому что это совершенно неважно. Как и человек, который схватил меня за задницу в «Голубой капле», то, что он собирался сказать, было лишь результатом поступков других.

– Кортни сказала, что мне стоит с тобой поговорить, – начал он.

Я оборачиваюсь. В конце участка в центре надувного бассейна, заполненного льдом, стояли три серебряных бочонка пива. Рядом Кортни болтала с тремя парнями из другой школы.

– Она считает, что ты прикольная, что с тобой можно затусить. – Парень продолжал пить пиво.

Я начала успокаиваться и позволила своей подозрительности отойти на задний план. Конечно, возможно, я была права и Кортни заботило только сохранение своего имиджа. Может, она думала, что, подослав ко мне симпатичного парня, она заставит меня забыть о том, что она игнорировала меня весь вечер.

Да, он был достаточно милым.

И хорошо, вероятно, я хотела, чтобы у меня случилась избирательная амнезия.

Мы немного поболтали, а потом этот парень сказал, что должен кое в чем признаться. Кортни не присылала его ко мне. Он слышал, как она рассказывает обо мне, и решил меня найти. Я спросила, что же такого говорила Кортни. Он улыбнулся и опустил глаза. С меня было достаточно этих игр, и я потребовала объяснений.

– Что ты забавная. Что с тобой можно клево повеселиться, – повторил он.

Подозрительность кирпичик за кирпичиком вновь начала возводить стены.

– Забавная… чем же?

– Чем? – Он пожал плечами.

Все готовы? Наша милая мисс Кримсен сказала этому парню и всем, кто стоял поблизости и мог услышать, что у меня в комоде есть кое-что интересное.

Боковым зрением я заметила, как Тайлер уходил прочь, но сейчас меня волновало другое. Я вот-вот была готова расплакаться.

– Она сказала, что именно? – спросила я.

Он снова улыбнулся. У меня горело лицо, тряслись руки, и мне нужно было узнать, почему он принял ее слова за чистую монету.

– Ты веришь всему, что обо мне говорят?

Он попросил меня успокоиться, сказал, что, наверное, это ерунда.

– Да. Ерунда, – чуть слышно прошептала я.

Я направилась к бассейну с пивными бочонками, чтобы кое с кем поболтать, но по пути у меня появилась идея получше.

Я подбежала к Тайлеру.

– Хочешь сделать фото? – улыбнулась я. – Идем за мной.

Затем я схватила его за руку и потянула через лужайку.

Тайлер попытался было сопротивляться, думая, что я хочу предложить ему сделать фото пивного бассейна.

– Они никогда такого не напечатают, – уверял он меня. – Понимаешь, алкоголь… в школе…

Правильно. Зачем им ежегодник, в котором будет показана настоящая школьная жизнь?

– Да нет, – сказала я. – Хочу, чтобы ты сфотографировал меня с Кортни.

Клянусь, в этот момент его лоб покрылся испариной. Опять мы вместе, как тогда, когда я делала массаж.

– Ага, нет, конечно, отлично, – дословная цитата ответа Тайлера.

Я попросила Тайлера подождать, пока я позову Кортни. В это время она наливала себе пиво, а увидев меня, спросила, хорошо ли я провожу время.

– Кое-кто хочет тебя сфотографировать.

Я схватила ее за руку и потащила к Тайлеру. Я велела ей поставить стакан, иначе ее фото не смогут опубликовать в ежегоднике.

Это не входило в ее планы. Она просто пригласила меня на вечеринку, чтобы очистить свое безупречное имя после того, как она меня так долго игнорировала. Такого фото не должно было быть, поэтому Кортни попыталась вырваться:

– Я… я не хочу фотографироваться.

– Почему нет, Кортни? – Я обернулась, чтобы посмотреть ей в глаза. – Зачем ты пригласила меня? Пожалуйста, не говори, что я была просто твоим шофером. Я думала, что мы с тобой подруги.

– Мы подруги, – возразила Кортни.

– Тогда поставь стакан. Пришло время вылететь птичке.

Тайлер настроил камеру, навел фокус, ожидая, пока мы улыбнемся. Кортни поставила пиво рядом, я обняла ее и сказала:

– Если ты когда-нибудь захочешь воспользоваться чем-либо, что лежит в моем комоде, только попроси.

– Готовы? – спросил Тайлер.

Я рассмеялась, как будто только что услышала очень смешную шутку. Клик.

Потом я объявила, что ухожу, потому что вечеринка – отстой. Кортни умоляла меня остаться, просила вести себя разумно. Возможно, я была немного эгоистичной, потому что она не хотела уходить, а без меня, своего шофера, ей будет сложно добраться домой.

– Найди себе другого водителя! – кинула я ей и ушла.

Часть меня хотела расплакаться из-за того, что я оказалась права насчет Кортни и того, зачем она меня пригласила. Но вместо этого, идя к машине, я начала смеяться и даже крикнула в пустоту:

– Что происходит?

Затем кто-то окликнул меня.

– Чего тебе, Тайлер?

Он сказал, что я права по поводу вечеринки. Она действительно невероятно отстойная.

– Ну, не настолько она и плоха, – сказала я и поинтересовалась, почему он идет за мной.

Он опустил взгляд на фотоаппарат и начал возиться с объективом, а потом спросил, не подброшу ли я его домой.

Ах, вот как.

Смех так и разбирал меня. Не столько от того, что он сказал, сколько от абсурдности всего происходящего. Он что, совсем не догадывался, что я знаю о его ночных похождениях? Или он искренне на это надеялся? Потому что если я не в курсе, то мы можем быть друзьями, так?

– Хорошо, – сказала я. – Но мы не будем нигде останавливаться.

Пока мы ехали, он несколько раз пытался заговорить со мной, но каждый раз я прерывала его попытки. Я не хотела притворяться, что все в порядке, потому что это было не так.

Высадив его, я поехала домой, выбрав самый длинный маршрут.