Большая книга приключений для чемпионов и чемпионок (сборник) - Иванова Вера - Страница 72

– А, друган! И ты тут! Кто бы мог подумать! – голос ненавистного Урлова оторвал его от размышлений, но сейчас это было даже хорошо – хоть как-то можно скоротать время.

– Привет! – Димон повернулся к бывшему приятелю и враждебно уставился на него. От вида самодовольной физиономии его передернуло, пальцы сами собой сжались в кулаки. Что он здесь делает в такое время? И не пора ли его выкинуть отсюда, чтобы не испортил предстоящее свидание?

– Угостить? – осклабился Урлов – он как будто не замечал враждебности Димона.

– Есть на что? – Димон постарался, чтобы голос его звучал ровно – он не хотел немедленного скандала, нужно было выждать, выяснить обстановку.

– А как же! Я сегодня богатенький! – Урлов похлопал себя по карману рубашки.

– Идет, – кивнул Димон. – Одну газировку.

– Пай-мальчик, значит? – хихикнул Витек. – Переходим на трезвый образ жизни? Ну, как знаешь!

Перед Димоном появилась запотевшая банка. Рука Витька вытащила из кармана купюру, вместе с ней на стойку выпала и покатилась какая-то вещица.

Димон перехватил ее – в его пальцах матово блеснуло зернышко рубина.

– Где-то я такое уже видел! И совсем недавно… – удивился он.

– Верно! – кивнул Урлов, отнимая кольцо. – Судя по размеру, это той кувалды, Марфы. У всех остальных сюда бы два пальца влезло. А то и три!

– Я что-то не пойму, – нахмурился Димон. – Откуда у тебя это кольцо?

– Да не боись, не украл я! – хлопнул его по плечу Витек. – Никого не грабил, сами дали, по-любовному.

– Как это?

– А вот так. – Урлов самодовольно ухмыльнулся. – Тинку они у меня обратно выкупили. За цепочку, кольцо и сережки. Ясно?

– Как это – выкупили?

– Ну, за побрякушки я им пообещал оставить ее в покое. Недурная сделка, а?

Витек вытряс из кармана драгоценности, разложил на стойке.

– Как думаешь, штуку баксов дадут за все? – поинтересовался он.

Димон молчал. На скулах вздулись желваки. Ох, ну до чего же хотелось ему врезать Урлову! Заехать по этой гадкой физиономии, пустить сопернику слезы и кровь, одним разом отомстить за все обиды – за себя, за Тину, за ее сестер… за Наташку, наконец!

Урлов медленно отодвинул кружку. Он наконец-то почувствовал недружелюбие собеседника.

– А что? Ты чем-то недоволен? Тебе что-то не нравится?

– Да, не нравится. Ты должен отдать им все это. Немедленно!

– Чего? – Витек во все глаза уставился на Димона. – Что ты сказал?

– Отдай девчонкам их украшения!

– Ты че, псих?! – от удивления Урлов подавился и закашлялся. Придя в себя, он покрутил пальцем у виска. – Совсем с катушек съехал? Отдать им цацки?! Это мое, честно заработанное! И никому ничего я отдавать не собираюсь!

– Ах, не собираешься? – Димон придвинулся к Урлову вплотную, схватил его за ворот рубашки, стащил с табуретки на пол. – Не собираешься? – Он начал медленно отводить назад сжатую в кулак руку.

– Э, погоди! – побледневший Витек уперся руками ему в грудь. При всем своем самодовольстве и наглости он был довольно труслив и всегда избегал открытой драки. А то, что драки не миновать, отчетливо читалось на лице противника. Глаза Димона сузились в щелки, челюсть угрожающе выдвинулась вперед.

– Погоди, так нельзя! Мы же можем договориться! – канючил Урлов, вцепившись в его запястья.

– Чего шумим с утра пораньше? – рядом с парнями возник охранник. – Может, вам пойти на улицу проветриться?

– На улицу? – Урлов разжал наконец пальцы Димона и отскочил от него. – Нет, нам и тут неплохо…

Димон, все еще налитый свинцовой злобой, сжимал и разжимал кулаки. Видно, в его глазах и выражении лица было что-то страшное для Урлова, потому что тот, мгновение подумав и что-то прикинув, вдруг выпалил:

– А давай на спор!

– На спор?

– Ну да! Устроим баттл, как в школе.

– На эти драгоценности?

– Только не на все сразу, а на каждую феньку по отдельности!

Предложение было заманчивым. Димон уже понял, что получить драгоценности силовым путем вряд ли удастся – охранник не спускал с подростков глаз. Но выиграть в честном танцевальном споре – это был реальный шанс, настоящий! Димон взглянул на часы – 11.30. Придет или не придет? До ответа осталось еще целых полчаса – немыслимо долго! Именно в этот момент Димон вдруг почувствовал, что страстно, до боли в ногах хочет в буквальном смысле стоять на голове, прыгать, летать, вертеться, ломать тело, бросать его об пол.

– Идет! Ставь кольцо!

Золотое колечко было отделено от кучки золота и теперь одиноко лежало, посверкивая в свете бра, дожидаясь победителя.

Бармен подбирал музыку, соперники сосредоточенно прилаживали наколенники и налокотники…

Они вышли на сцену и одновременно начали танцевать каждый на своем конце. Никакой радости на их лицах не было, мрачные, сосредоточенные, они творили танец, как тяжелую, мучительную работу. Собралась немногочисленная публика – охранники и официанты, все молчали, играла только музыка, и ее жесткие, резкие, рубленые звуки были под стать происходящему на сцене – там началась настоящая дуэль, где двое рубились не на жизнь, а на смерть, так же, как и в легендарные рыцарские времена, только вместо мечей, шпаг и доспехов у них был танец, собственное тело и защита, мастерство и неукротимое желание победить.

По договоренности они должны были повторять элементы друг за другом, выигрывал тот, кто станцевал бы последним.

Никогда еще Димон так не танцевал. Он начал с легкой разминки, немного попрыгав, пропустил по телу волну, потом, отработав поппинг и локинг, перешел на стайл. Это был его конек, коронный номер. В стайле он был крутым перцем. Еще в те давние времена, когда они с Урловым только начинали осваивать брейк-данс, они хорошо дополняли друг друга – Димон первенствовал в верхах и стайле, атлетичному, накачанному Урлову лучше давался пауэр мув. Оба они были ценны для команды, где каждый должен заниматься своим делом, представляя свое направление ломаного танца. Но та команда давно распалась, из друзей У-2 превратились в соперников, и каждому из них предстояла непростая задача – победить другого «на его территории», в более выигрышном для соперника виде танца. Но пока что Димон еще мог набирать очки, и симпатия публики была явно на его стороне. Это и было их жюри – здесь каждый был знатоком и мог по памяти назвать победителей любого из мировых баттлов, начиная с 90-го года.

Димон не стал сразу показывать все, что умел, а «въезжал» в танец постепенно, с апрока и сикспенсов, но даже и их исполнял с таким отточенным мастерством, что зал отзывался восхищенными вздохами.

Но Урлов не отставал, и Димон, несмотря на переполнявшую его злость, не мог не восхититься – он увидел, что его «заклятый друг» достиг невиданного мастерства, и переиграть его будет очень сложно.

Последовала цепочка фризов – каждый из парней выделывался, как мог, и замирал в самых невероятных позах, но и здесь они были равны. Как давние и сыгранные партнеры, они понимали друг друга с полуслова, вернее, с полудвижения, и едва только один начинал выполнять какой-либо элемент, второй в то же мгновение его подхватывал. Возникала та удивляющая публику поразительная синхронность, которая отличает хорошо тренированных, сработавшихся профессионалов – если бы не дуэль, эти парни могли бы составить потрясающий дуэт.

Как два брата-близнеца, они крутились по разным концам сцены, и публике трудно было решить, кто же лучше. Кто-то принес фотоаппарат, и теперь полутьма то и дело озарялась вспышками.

Но вот настал решающий момент. Противники перешли к пауэр муву – именно теперь должна была решиться судьба колечка.

Урлов начал со своего коронного номера – геликов. Пять раз через руку – Димон повторил, это было нетрудно, и тут же предложил свой вариант – «супермена», гелик с вытянутой вперед рукой – это было сложнее, но Урлов справился, тут же выполнив композицию из разных видов геликов. Он накрутил их штук двадцать, «супермена», «промокашку», с руками за спиной и прижатыми к груди…