У Серебряного озера ч.2 (На берегу Тенистого ручья) - Уайлдер Лора Инглз - Страница 29

из-за двери внезапно раздался чей-то громкий голос:

От неожиданности папа уронил скрипку на стол, она как бы в изумлении взвизгнула и смолкла, а папа бросился к дверям. Всех обдало волной лютого холода, но папа быстро захлопнул дверь. Снаружи послышались голоса, дверь снова распахнулась, и в комнату ввалились два незнакомца, с ног до головы покрытые снегом.

— Я поставлю ваших лошадей в конюшню и мигом вернусь! — крикнул папа.

Один из приезжих был высокий и худой. В щели между его шарфом и шапкой Лора разглядела голубые глаза и вскрикнула:

— Преподобный Олден!

— Не может быть! — воскликнула мама. — Неужто это вы, брат Олден?

Гость тем временем снял шапку, и все увидели его веселые глаза и черные волосы.

— Как мы рады вас видеть, брат Олден! — продолжала мама. — Садитесь поближе к огню. Вот уж поистине приятный сюрприз!

— Для меня это не меньший сюрприз, сестра Инглз, — отвечал преподобный Олден. — Я расстался с вашим семейством на Тенистом Ручье и понятия не имел, что вы уехали дальше на Запад. А мои маленькие деревенские девочки тем временем стали совсем большими.

У Лоры от радости застрял комок в горле, и она ни слова не могла вымолвить, а Мэри вежливо сказала:

— Как приятно снова встретиться с вами, сэр.

Лицо ее радостно засияло, и только в слепых глазах не выразилось ничего.

При виде этих неподвижных глаз преподобный Олден вздрогнул, быстро посмотрел на маму и снова перевел взгляд на Мэри.

— А это наши соседи, — представила мама мистера и миссис Боуст.

— Вы так прекрасно пели, когда мы сюда подъезжали, — сказал преподобный Олден.

— Но и вы пели ничуть не хуже, сэр, — заметил в ответ мистер Боуст.

— О нет, это не я, а мой спутник Скотти, — возразил преподобный Олден. — Я слишком замерз, а его греет рыжая шевелюра. Преподобный Стюарт, это мои старые добрые друзья, а с ними их друзья, так что все мы теперь будем тоже друзьями.

Преподобный Стюарт был так молод, что казался просто большим мальчиком. Волосы у него были огненно-рыжие, лицо покраснело от мороза, а серые глаза ярко сверкали.

— Накрой на стол, Лора, — сказала мама, надевая фартук.

Миссис Боуст тоже надела фартук, и все трое принялись за дело — размешивали уголь в печке, грели на огне чайник, пекли лепешки и жарили картофель, а мистер Боуст беседовал с гостями. Папа вернулся из конюшни еще с двумя приезжими, которым принадлежали лошади. Они ехали занимать участки на реке Джим.

Преподобный Олден сказал:

— Скотти и я — всего лишь пассажиры. Мы услышали, что на реке Джим имеется поселок под названием Гурон. Общество миссионеров послало нас туда осмотреться и узнать, можно ли там открыть церковь.

— По-моему, там только собираются строить поселок, — сказал папа. — Я видел, что он отмечен на карте железной дороги. Но сколько мне известно, там еще нет ни одного строения, кроме трактира.

— Тем больше оснований строить церковь, — весело возразил преподобный Олден.

После ужина он подошел к дверям чулана, где мама с Лорой мыли посуду, поблагодарил за вкусный ужин и сказал:

— Поверьте, сестра Инглз, я очень огорчился, увидев, какое несчастье постигло Мэри.

— Да, брат Олден, — грустно ответила мама. — Порой очень трудно смириться с волей Божией. На Тенистом Ручье мы все переболели скарлатиной, и некоторое время нам приходилось очень тяжело. Но я благодарна за то, что мы не лишились никого из наших детей. Мэри — большое утешение для меня, брат Олден. Она ни разу не возроптала.

— Мэри — редкой души человек и урок для всех нас, — сказал преподобный Олден. — Мы должны помнить, что Господь карает тех, кого любит, а сильные духом способны обратить всякое зло в добро. Не знаю, известно ли вам и брату Инглзу, что существуют колледжи для слепых. Один такой колледж находится в штате Айова.

Мама судорожно вцепилась в край полоскательницы. У нее было такое лицо, что Лора испугалась. В ее нежном голосе зазвучали хриплые нетерпеливые нотки:

— Сколько это стоит?

— Не знаю, сестра Инглз. Если хотите, я наведу справки.

Мама проглотила застрявший в горле комок и снова принялась мыть посуду. На лицо ее по-прежнему страшно было смотреть.

— Мы не можем себе этого позволить, — сказала она. — Но возможно, через некоторое время… если это стоит не очень дорого, нам это удастся… Я всегда хотела, чтобы Мэри получила образование.

У Лоры бешено стучало сердце. Мысли таким диким вихрем проносились у нее в голове, что она не успевала в них разобраться.

— Мы должны уповать на Господа, который печется о нашем благе, — сказал преподобный Олден. — Желаете ли вы, чтобы мы все вместе помолились, когда вы закончите работу?

— Разумеется, преподобный Олден, — отвечала мама. — Я уверена, что и все остальные тоже хотят помолиться.

Мама и Лора убрали посуду, вымыли руки, сняли фартуки и пригладили волосы. Тем временем преподобный Олден серьезно разговаривал с Мэри, миссис Боуст играла с Грейс, а мистер Боуст беседовал с приезжими об овсе и пшенице, которые он намеревался посеять, как только сможет распахать свою землю. Когда мама вошла в комнату, преподобный Олден встал и сказал, что перед сном все могут освежить свои души молитвой.

Хозяева и гости преклонили колени, а преподобный Олден вознес мольбы ко Всевышнему, которому известны все сокровенные помыслы людей, обратить на них взор свой, простить им все прегрешения и наставить на путь истинный. В комнате воцарилась тишина. Лоре казалось, будто она — сухая, покрытая горячей пылью трава, опаленная засухой, а эта тишина — живительный, прохладный и ласковый дождь, пролившийся на нее с неба. Молитва поистине всех освежила. Теперь, когда на Лору повеяло прохладой, она почувствовала в себе такие силы, что всё стало очень просто — она будет упорно трудиться и отказывать себе во всем, лишь бы Мэри смогла поступить в колледж.

После молитвы мистер и миссис Боуст поблагодарили брата Олдена и ушли к себе домой, а Лора с Кэрри снесли вниз Кэррин тюфяк и одеяла. Мама расстелила их на полу возле печки.

— К сожалению, у нас только одна кровать. Боюсь, что и одеял на всех не хватит, — извинилась мама.

— Не беспокойтесь, миссис Инглз, — сказал преподобный Олден. — Мы укроемся своими пальто.

— Нам будет очень удобно, уверяю вас, — подтвердил преподобный Стюарт. — Нам просто повезло, что мы наткнулись на вас. Мы думали, что нам придется без остановки добираться до самого Гурона, как вдруг увидели свет в ваших окнах и услышали ваше пение.

Наверху в темноте Лора помогла Кэрри расстегнуть платье и сунула в постель под ноги Мэри нагретый утюг. Тесно прижавшись друг к другу, чтобы согреться под ледяными одеялами, девочки слушали, как папа, сидя у окна, весело болтает с гостями.

— Лора, преподобный Олден рассказал мне про колледжи для слепых, — прошептала Мэри.

— Про что? — шепотом спросила Кэрри.

— Про колледжи, где учатся слепые, — объяснила Лора.

— Как это может быть? Ведь чтобы учиться, надо читать.

— Не знаю, — сказала Мэри. — Но я все равно не смогу там учиться. Это, наверное, будет стоить много денег. Вряд ли я смогу туда поехать.

Преподобный Олден маме всё про это рассказал. Я надеюсь, что ты все-таки сможешь туда поехать, — прошептала Лора и, глубоко вздохнув, добавила: — Я буду хорошо учиться, стану учительницей и заработаю много денег.

Утром Лору разбудили голоса приезжих и звон посуды. Она вскочила, оделась и сбежала вниз помочь маме.

На дворе было холодно. Лучи солнца золотили замерзшие стекла, а в теплой уютной комнате завтракали гости, с удовольствием поедая пышные лепешки, румяный поджаристый картофель, хрустящие ломтики солонины, густую коричневую подливку и запивая всё горячим чаем с коричневым сахарным сиропом.