У Серебряного озера ч.2 (На берегу Тенистого ручья) - Уайлдер Лора Инглз - Страница 23

— Бедная девочка! Неудивительно, что ты так перепугалась, — тихо сказала мама. Она сняла с печки нагретый утюг, плотно обернула его салфеткой и протянула Кэрри. — Пора спать, Кэрри. Согрей себе ноги утюгом. А это для тебя, Лора, — добавила она, заворачивая второй утюг. — Постарайся уложить его посередине, чтобы Мэриным ногам тоже было тепло.

Закрывая за собою дверь на лестницу, Лора услышала, что папа о чем-то серьезно толкует с мамой, но у нее так звенело в ушах, что расслышать его слов она не могла.

Папа находит участок

На следующее утро после завтрака папа взял ружье и ушел. Всё утро Лора ждала, что раздастся выстрел. Она совсем не хотела его услышать, потому что помнила, как волк тихо сидел под луной и как лунный свет серебрился в его густой шкуре.

К обеду папа не вернулся. Прошло много времени после полудня, когда из пристройки наконец послышалось, что он стряхивает с сапог снег. Он вошел в комнату, прислонил ружье к стене, повесил на гвоздь пальто и шапку, а варежки прицепил к веревке за печкой. Потом вымыл лицо и руки в жестяном тазу, стоявшем на скамейке, и причесал волосы и бороду перед маленьким зеркальцем.

— Прости, что я опоздал к обеду, Каролина, — сказал он. — Я зашел дальше, чем собирался.

— Ничего, Чарльз, обед стоял на печке и не остыл, — отвечала мама. — Садитесь за стол, девочки. Не заставляйте папу вас ждать.

— Сколько ты прошел, папа? — спросила Мэри.

— Миль десять, не меньше. Волчьи следы завели меня далеко в прерию.

— А волка ты застрелил? — полюбопытствовала Кэрри. Лора молчала.

— Не задавай лишних вопросов, Кэрри, — улыбнулся папа. — Сейчас я расскажу вам все по порядку. По вашим вчерашним следам я перебрался на тот берег озера. И как вы думаете, что оказалось на том высоком откосе, где вы увидели волка?

— Ты нашел там волка, — уверенно сказала Кэрри, но Лора за все время не проронила ни слова. Еда прямо-таки застревала у нее в горле, она не могла проглотить ни единого, даже самого маленького кусочка.

— Я нашел там волчью берлогу, — сказал папа. — И самые большие волчьи следы из всех, какие мне попадались. Вчера вечером там было два волка.

Лора и Кэрри так и ахнули, а мама сказала:

— Чарльз!

— Теперь поздно пугаться, — сказал папа девочкам. — Дело в том, что вы подошли вплотную к берлоге, где сидела пара волков. Следы были свежие, и мне стало ясно, что эти волки там делали. Берлога старая, а волки, судя по их величине, уже далеко не молодые. Они, наверно, прожили там несколько лет. Но нынешней зимой они там не жили. Судя по следам, вчера вечером они пришли с северо- запада и направились прямо к берлоге. В ней они и оставались до сегодняшнего утра. Я пошел по их следам на юго-запад вдоль Большого Болота и дальше в прерию.

Покинув свою старую берлогу, волки нигде не останавливались. Они шагали рядом, словно им предстоял долгий путь и они точно знали, куда именно идут. Я следовал за ними, пока не убедился, что мне их не догнать. Они ушли навсегда.

Лора так глубоко вздохнула, словно наконец вспомнила, что надо дышать.

— Ты рада, что они ушли? — глянув на нее, спросил папа.

— Да, папа, — отвечала Лора. — Ведь они за нами не погнались.

— Верно, — сказал папа, — только я никак не пойму, что же их остановило?

— А что они делали в этой старой берлоге? — поинтересовалась мама.

— Им просто захотелось на нее поглядеть, — сказал папа. — Я думаю, что они вернулись на старое место, где жили до того, как пришли строители и ушли антилопы. А может, они жили здесь до тех пор, пока охотники не застрелили последнего бизона. Когда-то в этих краях водилось множество бизоньих волков, но теперь их тут осталось совсем немного. Железные дороги и поселки постоянно теснили их всё дальше на запад. Если я что-нибудь понимаю в следах диких зверей, могу сказать одно: эти два волка пришли сюда прямо с запада и ушли прямо на запад, а здесь провели всего одну ночь в своей старой берлоге. И я не удивлюсь, если окажется, что они — последние бизоньи волки в этой части страны.

— Бедняги, — огорчилась Лора.

— Силы небесные! У нас тут и без волков забот хватает, — неодобрительно заметила мама. — Скажите спасибо, что эти дикие твари вас только напугали, а не сделали чего-нибудь похуже.

— Но это еще не все, Каролина! — продолжал папа. — У меня есть новости. Я нашел для нас участок.

— Ой, где он, папа? Какой он? Он далеко отсюда? — наперебой затараторили Мэри, Лора и Кэрри. А мама сказала:

— Это очень хорошо, Чарльз.

Папа отодвинул свою тарелку, допил чай, вытер усы и объявил:

— Участок по всем статьям нам подходит. Он расположен южнее того места, где озеро соединяется с Большим Болотом, а болото поворачивает к западу. Место там высокое, и на нем очень удобно строиться. С западной стороны небольшой холмик отделяет участок от болота, на возвышенности с южной стороны у нас будет покос и пахотная земля, а кругом — луга для выгона скота. О лучшем фермеру и мечтать не приходится. А главное — все это близко от города, и девочки смогут ходить в школу.

— Я очень рада, Чарльз, — сказала мама.

— Удивительное дело, — заметил папа. — Я уже несколько месяцев разыскиваю участок и никак не могу найти ничего подходящего, а он, оказывается, тут рядом. Если б я не пошел за этим волком на ту сторону озера и дальше вдоль болота, я бы наверняка никогда на него не наткнулся.

— Жаль, что ты не успел зарегистрировать его осенью, — сказала мама.

— Зимой тут никого не будет, — уверенно сказал папа, — а весной я отправлюсь в Брукинс и запишу его на себя задолго до того, как кто-нибудь начнет разыскивать здесь гомстеды.

Сочельник

Целый день шел снег, и к вечеру большие мягкие хлопья толстым слоем покрыли землю. Отправляясь в хлев, папа взял с собою лопату.

— Рождество нынче белое, — сказал он.

— И веселое, потому что мы все вместе и все здоровы, — добавила мама.

Дом землемеров к Рождеству был полон секретов. Мэри связала в подарок папе теплые носки. Лора сшила ему галстук из обрезка шелка, который она нашла в мамином мешке с лоскутками. Спрятавшись на чердаке, они с Кэрри сшили маме фартук из старой ситцевой занавески, привезенной из хижины. В мешке с лоскутками они отыскали кусок тонкого белого батиста, Лора вырезала из него квадрат, а Мэри тайком подрубила его мелкими стежками, и получился носовой платок для мамы. Девочки положили платок в карманчик фартука, а фартук завернули в папиросную бумагу и засунули в Мэрин ящик под куски лоскутного одеяла, которое она шила.

В доме было старое одеяло с красными и зелеными полосками по краям. Одеяло протерлось, но полосатые края остались прочными, и мама скроила из них домашние туфли для Мэри. Одну туфлю сшила Лора, вторую Кэрри. Потом они тщательно отделали их шнурками и кисточками из разноцветных ниток и спрятали у мамы в спальне, чтобы Мэри не могла их найти.

Лора и Мэри хотели связать варежки в подарок Кэрри, но у них было мало шерсти. У мамы нашлось немножко белой шерсти и понемножку красной и синей, но шерсти одного цвета на варежки не хватало.

— Знаешь что? — догадалась Мэри. — Сами варежки мы свяжем из белой шерсти, а манжеты сделаем в красную и синюю полоску.

По утрам, когда Кэрри убирала на чердаке постели, Лора с Мэри старались как можно скорее вязать эти варежки, а заслышав на лестнице шаги, прятали их в Мэриной корзинке с рукоделием. Теперь варежки были готовы.

Рождественский подарок для Грейс был красивее всех. Его делали все вместе в теплой большой комнате, потому что Грейс была еще маленькая и ничего не понимала. Мама вынула из оберточной бумаги кожу убитого папой лебедя и скроила из нее маленький капор. Кожа была такая тонкая, что мама не могла никому ее доверить. Каждый стежок она сделала собственноручно, а Лоре и Кэрри позволила только сшить подкладку из голубых шелковых лоскутков. Подкладку она тоже пришила сама, чтобы капор не порвался.