Лети, мой Свет! (СИ) - Василик Янина - Страница 85

Почувствовав его взгляд, девушка отставила в сторону пустую кружку и вышла на крыльцо. Солнце уже давно показалось из-за горизонта, радуясь новому дню. Облюбовав скамейку под сенью умопомрачительно пахнущих лип, она решила подождать отправления здесь. Её немногочисленные вещи давно собраны, а сидеть за одним столом с Кристарном было… сложно.

Безумно хотелось ляпнуть что-нибудь язвительное, задеть, спровоцировать на ответную колкость, да что угодно, лишь бы не это холодное равнодушие! Но останавливала странная тень понимания в его глазах. Словно именно этого он и ожидает. Так не смотрят ни нашкодившие возлюбленные, ни довольные любовники. Так может смотреть только тот, кто осознанно потерял нечто очень важное. И уверен, что навсегда…

Её размышления прервал Роланд, тихонько присевший рядом.

— Я тут песню одну вспомнил… Послушаешь?

Аталь молча кивнула, прижмурившись, чтобы цепкий взгляд Мастера не увидел в ней лишнего. Впрочем, тот и не пытался, не менее задумчиво глядя куда-то вдаль. Лишь тихая музыка прохладной водой пролилась на пылающую душу.

Не исчезай… Исчезнув из меня, развоплотясь, ты из себя исчезнешь, себе самой навеки изменя, и это будет низшая нечестность.

Не исчезай… Исчезнуть — так легко.

Воскреснуть друг для друга невозможно.

Смерть втягивает слишком глубоко.

Стать мертвым хоть на миг — неосторожно…

Не исчезай. Исчезнуть можно вмиг, но как нам после встретиться в столетьях?

Возможен ли на свете твой двойник и мой двойник? Лишь только в наших детях.

Не исчезай. Дай мне свою ладонь.

На ней написан я — я в это верю.

Тем и страшна последняя любовь, что это не любовь, а страх потери…

— Это ты о ком? — подозрительно покосилась на менестреля целительница.

— Это не я написал, — вздохнул Роланд с сожалением, — но запомнил накрепко и с первого раза. Жене понравится, без сомнений. Мне уже пора. До встречи, милая.

Мастер ласково заправил непослушную прядку её волос, выбившуюся из наспех заплетённой косы, и бесшумно ушёл, оставив девушку наедине с невесёлыми, но уже далеко не мучительно-горькими мыслями.

«А может, ты б поговорила с ним, а?» — робко поинтересовался внутренний голос.

«Поговорю, отчего ж нет. Впереди дорога, никуда он не денется».

Но подлый дроу делся куда-то самым наглым образом. Вышел из домика и быстрым шагом пролетел по тропинке, даже не оглянувшись на Аталь.

Остальные видимо были в курсе, а уточнять о перемещениях героя-любовника девушка не пожелала. Сердечно попрощалась со всеми дриадами (хвала Богам, Клеена додумалась не прийти, а впрочем, может, это к ней полетел зеленоглазый дроу). Дриада, встретившая их первой в Волшебном Лесу, привела лошадей. Всех, кроме Тени. Эльберия коснулась рукой земли, делая видимой дорогу.

Аталь в последний раз оглянулась на домик, и невольно улыбнулась. На пороге стояли Анрэй и Виктория. Обнявшись, как и положено счастливой паре молодоженов. Почувствовав себя завистливой дурой, целительница прощально махнула рукой. И обратила внимание на тонкое серебряное кольцо, как влитое обнимавшее её на мизинец. Решительно сняв его с пальца, девушка сложила ладони лодочкой и прикрыла глаза, вызывая в памяти нужное заклинание. Маленькая разноцветная птичка вспорхнула с её ладони и полетела к королевской паре. Усевшись на руку удивлённой Виктории, она явственно прочирикала так и не произнесённое Аталь поздравление, мелодично пропела свадебный вальс и рассыпалась разноцветными искрами. Когда восхищённая королева, подняла глаза, на дороге уже никого не было.

Глава 9

По дриадской тропе ехать было одно удовольствие. Гладкая и ухоженная, дорога сама стелилась по ноги, не утруждая путешественников выглядыванием ям и перепрыгиванием через поваленные деревья, как в обычном лесу. Но Аталь на данном этапе жизни отчаянно хотелось чего-то удручающе непролазного и сложно-проходимого, чтобы вымести из головы все колючие мысли физическим напряжением тела.

Правда, дорогу мало волновали переживания человечки. Послушная воле духов леса, она стелилась прямая и ровная, лошади живенько трусили, особо не стремясь показывать чудеса скоростного передвижения, а подлые мысли в очередной раз забрели в запретную зону. Девушка вздохнула и покорилась неизбежному. Прокрутив в голове вчерашний день, она честно попыталась вспомнить пошагово слова и действия Кристарна.

И упёрлась носом в очевидное, но подзабытое под шквалом событий вчерашнего дня. Вестник. Странный чёрный Вестник, после визита которого Кристарна как наизнанку вывернули. Вряд ли ему прислали подробную биографию графини Аталь лэ Монтарино с расширенной родословной, сомнительным компроматом и прямыми уликами кровавых преступлений. Нет, было бы нечто подобное, он бы сказал. Хотя бы для того, чтобы проверить подозрения, услышав ответ…

Да и вообще, при чём здесь она? Мало, что уже привыкла к раздвоению личности и противному внутреннему голосу, так ещё и мания величия незаметно притулилась к их тёплой компании! Скромнее нужно быть, девушка, скромнее. Место почётного пациента в лечебнице для душевнобольных вам король и так охотно дарует, если что. А Кристарну, скорее всего, поручили нечто важное и нужное, но лично ему неприятное…

«Ага, например, переспать с красавицей-дриадой!»

«Отстань, озабоченный голос, я думаю! Кто мог приказать? Повелительница, Повелитель? Но что? И не полез ли он в одиночку выполнять это странное поручение, пока я тут злюсь?»

Аталь решительно тронула поводья, заставив Звёздочку поравняться с лошадью Тебара. Чтобы завязать разговор и не выдать, ради чего она его начала, девушка стала расспрашивать о Тёмной Долине и о жизни дроу. Ничего особо нового она не узнала, да и рассказчик из Кристарна был поинтереснее, но зато получилось небрежно спросить:

— А тот вчерашний чёрный ворон — Вестник ваших Повелителей?

— Повелительницы, — помрачнев, уточнил Тебар.

— Что-то случилось в Долине?

— Не думаю. Крис бы нам сказал…

— А, кстати, где он сам? Или дальше мы одни поедем?

— Сказал, что нужно поговорить с Древнейшей. А нас к вечеру догонит. Эх, как бы упросить Повелительницу, чтоб и нам таких Теней сотворила, да, Эш? — мечтательно протянул тёмный. Эшэри согласно кивнул, и Тебар, привыкший говорить за двоих, продолжил:

— Вот только Повелительнице уже наскучило животноводство, и она занялась развитием своего Дара предсказания. Честно говоря, лошадьми у неё как-то лучше получалось…

Аталь удивилась панибратским отзывам о Повелительнице и высказала вслух своё недоумение. Интересно, всё-таки. Вот в Светлой Долине ничего подобного про Повелителей не услышишь. Ибо любимы и почитаемы, словно боги у людей. А правители тёмных, видать, такой чести и уважения не заслужили…

— Не понимаю я вас, людей. Неужели, если я буду кричать под каждым деревом, что мои Повелители велики, могучи и совершенны, они от этого станут действительно такими? — с лёгкой укоризной ответил Тебар, на высказанные девушкой сомнения. — Можно подумать, что они сами не осознают свои достоинства и недостатки. Да я запросто могу сказать и тебе, и лично им, если уж кого-то заинтересует моё мнение, что предсказательница из Повелительницы очень и очень условная, зато с животными, она — умница, справляется одной левой. А из Повелителя — маг, как из Эша воин. То есть, вроде как всё знает, но ничего толком не умеет, а ещё…

— Хватит подрывать злобный образ тёмных! — давясь смехом, оборвал друга Эшэри. — Перестанут нас бояться и начнут водить экскурсии по Долине. Лаэлия тебе спасибо скажет. А потом догонит, и ещё раз скажет!

— Да, это она может… — тепло улыбнулся Тебар.

И тут целительница поняла, что ей казалось таким необычным в рассказах о Тёмной правительнице. Дроу говорили о ней так, словно она была каждому подругой, дочерью, сестрой, любимой. И гордились ею безмерно.

— А правда, что ни один из вас не может ослушаться приказа Повелителей? И как быть, если каждый прикажет противоположное?