Лети, мой Свет! (СИ) - Василик Янина - Страница 33

— О, поверь, когда они узнают, что я вышла замуж, да ещё и не за Анрэя, то такая мелочь, что ты — дроу останется незамеченной! — рассмеялась Аталь.

— А что так? Родители не хотели для тебя трона королевы?

— Они не хотели, чтобы я отказывалась от магии, — неохотно ответила девушка.

— Понятно. Раз ты уверена, что причина не в тебе (а я, уж прости, оставлю свои сомнения до знакомства с твоими родителями, хорошо?), значит, дело в ритуале передачи Дара и Витарр — великий маг. Где-то очень глубоко в душе. Настолько глубоко, что даже его отец — самый сильный светлый маг — до сих пор ничего не заметил, — Кристарн вопросительно глянул на Аталь. Девушка задумчиво водила пальцем по рисунку тонкой вышивки, украшавшей скатерть. Типично эльфийской вышивки, между прочим.

— Ты могла бы рассказать детально о вашем выдающемся магическом подвиге?

— Да я почти ничего не помню.

— Могу помочь. Время у нас есть — до захода солнца ждать долго. И твоя гусиная курица ещё не готова. Ну что, согласна? — получив утвердительный кивок, дроу придвинулся поближе и дотронулся подушечками пальцев к вискам девушки. — Закрой глаза и вспомни тот день, когда ты получила Дар. Сосредоточься на каком-нибудь моменте, который можешь вспомнить… Теперь моя очередь показывать чудеса эльфийской магии, — тёмным шелком обволок девушку негромкий голос дроу, закружил и утянул в воронку воспоминаний.

Аталь увидела себя с Витарром, заговорщицки перешёптывающихся на маленькой уютной поляне. Парочка не заметила внезапно удвоившееся количество девушек. То ли она осталась невидимой, то ли они были так поглощены разговором, что не замечали ничего и никого вокруг себя.

…— читал я про эти ритуалы. В лесу их надо проводить, только под прямыми лучами Света. Вот, как на этой полянке.

— Ну и ладно, лес так лес. Я уже в таком участвовала. С человеком, разумеется, и не в лесу, но ничего сложного здесь нет. Главное — добровольное согласие.

— Да я согласен, сама знаешь. Как было бы здорово, если бы ты владела нашей магией! Вылечила меня прямо там, в горах, и не пришлось бы возвращаться в Долину, — эльф печально вздохнул. — А почему тебя только Целительство интересует? Мне не жалко, могу и остальным поделиться.

Аталь вздохнула и проговорила, медленно подбирая слова:

— Видишь ли, людям не дано такой силы Дара, как вам. Мы не умеем полностью исцелять, а о регенерации я вообще молчу. Все, на что способна наша магия, я уже усвоила. Умею определять болезни. Могу сложить переломы и снять воспаление раны. Могу остановить кровотечение, подтолкнуть болезнь в сторону выздоровления, активировать силы организма. Сумею даже отсрочить летальный исход, «подержать», как у вас говорят, насколько хватит силы. По нашим меркам — выше не прыгнешь…

Но все мои умения просто детские игры «в больничку» по сравнению с вашими знаниями. То, что продемонстрировал твой отец — за несколько мгновений из полуживого, изломанного тела воссоздать полностью здорового человека (тьфу ты, эльфа!), да ещё и способного так быстро драпать… это вершина, мечта, недосягаемый предел. К сожалению, мне недоступный только потому, что я — человек…

— Ты готова так рискнуть просто ради новых знаний? — удивлённо округлил глаза Витарр. Ему такая мотивация была непонятна.

Девушка печально улыбнулась.

— Не только. Есть один человек, очень близкий мне. И наша магия не в силах его исцелить.

— Так бы сразу и сказала, а не пела соловьём, проводя сравнительный анализ человеческой и эльфийской магии!

Целительница слегка отстранилась, и в глазах погас огонёк восторженности.

— Ты спросил о причинах — я тебе обе назвала. Просто одна — общедоступная, а вторая — моя личная.

— С тобой спорить бесполезно, — Витарра охватила жажда деятельности. — Ну что, давай попробуем?

Они взялись за руки, вышли на середину поляны. Эльф подождал, пока солнце выглянет из-за облачка и окутает их тёплым светом. Заглянул в спокойные синие глаза подруги и твёрдо произнёс:

— Доверяю тебе часть своего Дара, толику силы, частицу души. Возьми то, чего искренне желает твоё сердце, что добровольно отдаёт мой разум, и верни часть себя взамен…

Он достал ритуальный нож, быстро провел им по своей и девичьей ладони, и накрепко соединил руки. Вдруг их окутал яркий золотистый туман, засверкавший всеми переливами солнечного света. Боль обжигающим жидким огнём пробежала по венам девушки, вместе с чуждой магией вливаясь в её Дар. Не выдержав, она пронзительно закричала и упала без сознания прямо на зелёную траву. Витаррэль, не размыкая рук, встал на колени рядом, быстро и перепугано закончил:

— Пусть будет Свет свидетелем моей доброй воли и бескорыстных намерений. И да поможет он нам свершить задуманное.

Туман медленно рассеялся. Эльф растеряно скользнул взглядом по мгновенно затянувшемуся порезу на ладони и почувствовал, что его Дар вернулся. Ритуал был закончен и проведён успешно. Только вот у подруги никаких признаков жизни, кроме едва заметного дыхания, не появлялось. Витарр обеспокоено провёл ладонью над её лицом. Раз, другой, но состояние девушки не менялось. Побледнев, эльф подхватил её на руки и со скоростью ветра исчез среди деревьев…

Видение прервалось так же внезапно, как и началось.

— Лично я ничего особенного не заметила. Разве что туман этот. Но, наверное, это как-то связанно с магией Света? Эй, да что с тобой?

Кристарн, тяжело дыша, поднял на неё глаза, мысленно ругаясь, что полез в чужое видение, не поставив щит. Причём, сознательно не поставил, думая, что так поймёт и почувствует больше. Вот и поплатился, разделив весь букет чужих ощущений — от растерянной паники Витаррэля до обжигающей, нестерпимой боли Аталь.

Он почувствовал лёгкое прикосновение, и стало немного легче. От ладони целительницы исходило лёгкое свечение и через него, словно вода через пробоину, стремительно утекала чужая боль. Ладонь засветилась ещё ярче, и дроу поспешил отвести руку девушки.

— Не трать силу, — и, помедлив, нехотя добавил: — спасибо.

— Что с тобой? — Аталь, конечно же, не преминула повторить свой вопрос.

— Если вкратце — побочный эффект от заклинания «поделись воспоминанием».

— А если подробнее?

— Это фамильная магия, mi'ralli, и я не буду ничего объяснять, не обижайся. Можешь умерить своё любопытство — тебе это заклинание не по силе, оно тёмное. Значит, правда, что и король отдал тебе свой Дар?

— Да.

— И как последствия? Такие же приятные? — дроу встряхнулся, окончательно приходя в себя.

— Нет, конечно, — улыбнулась девушка. — У Анрэя был самый обыкновенный человеческий Дар. Так что никакой несовместимости не было. Ни боли, ни магической комы. Немного неприятно, но ничего необычного и удивительного.

— И что же ты отдала взамен на его магию? Просто любопытно, как происходит обмен между магом и человеком, лишенным Дара.

Аталь хотела привычно послать любопытствующего любопытствовать в ближайший лес, но какое-то странное сочувствие, мелькнувшее в изумрудно-зеленых глазах, заставило сказать правду.

— Без понятия. Я и не знала, что обмен должен быть двухсторонним. Это мне уже потом Витарр объяснил. Может, немагу и отдавать ничего не нужно?

Кристарн покачал головой. Вот, значит, оно как. Вот и вся любовь. Но кому нужны его гениальные домыслы? Правильно, уж не этой доверчивой девочке, так наивно скрывающей горькие последствия желания помочь другу. Да и не поверит она. Пока не полюбит по-настоящему и не сравнит когда-нибудь слабый огонек, зажженный состраданием, с очищающим пламенем искренней и единственно-возможной Любви…

— Крис, меня пугают сосредоточенно думающие мужчины. Поделись мыслями, а?

— Только о твоём воспоминании. Итак, боль — от перекраивания Дара. У эльфов он не такой топорно-простой, как у людей. И если тебе отдали часть, то она должна гармонично вписаться в уже имеющийся рисунок. Конечно, приятного мало. А вот что за свечение? Я не имел чести видеть ритуал передачи Дара у светлых, но могу сказать точно — дроу не окутывает Тьма при подобном действе, по крайней мере, видимо. Зато понял, почему заклинание поиска сущности тебя не видит. Для него ты — непонятная субстанция: не человек, не эльф, а нечто неопределённое… И ещё одно. Рука у тебя зажила так же быстро, как и у Витарра.