Собирающий облака - Рассел Шон - Страница 80

Подошел Каму с молодым гвардейцем. Сёнто кивком пригласил солдата пройти вперед, поговорил с ним о чем-то, сделав несколько знаков рукой.

— Передайте господина Синзея охраннику, — приказал Сёнто Каму.

Посланников подвели к лестнице, потом гвардейцы поставили их на колени. Сёнто пристально поглядел на них.

— Мы идем под флагом перемирия, мы — послы Сына Неба. Будьте уверены, этого не забудут, господин Сёнто.

Синзей произнес имя Сёнто со всем презрением, какое только мог изобразить.

Сёнто дал знак молодому охраннику, тот быстро подбежал и ударил Синзея в солнечное сплетение. От удара тот опрокинулся на палубу.

Когда Синзей смог восстановить дыхание, Сёнто кивнул, и его вернули в прежнее положение — поставили на колени. Любезным и спокойным голосом Сёнто обратился к Синзею:

— Возможно, вы хотите рассказать о цели вашего визита, господин Синзей. Или это просто прогулка, чтобы выпить вина и насладиться отличной весенней погодой?

Синзей собирался с силами, пытаясь успокоить дыхание.

— Император Ва послал меня потребовать немедленной капитуляции принца Вакаро, Яку Катты, господина Сёнто и всех его советников и офицеров.

Сёнто подождал мгновение, потом дал знак юноше, который снова поверг коленопреклоненного аристократа на пол. На сей раз его восстановление заняло больше времени. Его спутники опустили глаза, боясь пошевелиться. Наконец посол сел на колени, пытаясь не задохнуться.

— К моему господину, — тихо объяснил Каму, — следует обращаться «господин Сёнто» или «господин», господин Синзей.

Синзей кивнул, не в силах сохранить лицо в подобной ситуации. Любимец Императора оказался в непривычных обстоятельствах.

— Господин Синзей, — снова начал Сёнто. Голос его опять стал спокойным. — Я хорошо информирован о размерах и положении армии Императора. Она не больше и, конечно, менее опытна, чем моя собственная. Вы не можете позволить себе надменность. Не более чем в двух днях пути на севере канала варварская армия численностью в восемьдесят пять тысяч человек, несмотря на все наши попытки остановить ее, направляется к столице. По моей оценке, их предводитель в четырех, возможно, в пяти днях от трона, которого он так жаждет, — трона вашего господина, Синзей. Уже может быть слишком поздно для альянса, в котором мы так нуждаемся.

Сёнто взглянул на мужчину, стоящего перед ним на коленях, и покачал головой.

— Передайте это вашему Императору. Если он принесет письменные извинения мне, моей семье и всем, кто поддерживает меня, я соглашусь объединиться с ним перед лицом варварской угрозы. Если Император не согласится, я позволю ему встретить врага в одиночку. Простой выбор — сохранить трон или быть свергнутым. Возможно, это выбор между жизнью и смертью. Будьте очень точным, когда будете объяснять это Аканцу, господин Синзей, важно, чтобы он осознал свое положение.

Сёнто кивнул Ходзё, который дал сигнал охранникам увести людей Императора.

— Генерал, — сказал Сёнто, когда пленников провели вниз по лестнице. — Посадите их на лошадей со связанными сзади руками и провезите по лагерю. Потом сбросьте на землю перед их прекрасной лодкой и оставьте связанными. Не выказывайте ни единого знака уважения.

Ходзё поклонился и поторопился выполнять приказ. Сёнто попросил чая. Когда его принесли, настроение господина поднялось.

— Простите меня за мои слова, господин Сёнто, — сказал принц Вакаро тихо, — но это приведет Императора в бешенство.

Сёнто улыбнулся.

— Зато поднимет моральный дух моей армии до самых небес. Мы можем только так бросить вызов советникам Императора, если, вне всяких сомнений, нас ждет бой. Это даст вашему отцу возможность подумать, принц. В следующей битве, которую мы примем, мечи не понадобятся — то будет сражение воли. И я провозгласил его начало посланием, в котором говорится, что Сёнто ничего не теряет, тогда как Император теряет все.

Армия Сёнто Мотору двигалась на юг так быстро, как утром поднимается примятая за ночь трава. Основная часть армии шла по земле, хотя некоторые корабли все еще были на ходу и по пятам следовали за пешими отрядами. На берегах канала виднелись открытые поля, пересекаемые холмами на востоке и горами на западе.

Большинство представителей «мятежной» армии ехали верхом, хотя среди эскадронов всадников маршировали и пешие отряды. Несмотря на пестроту войска, офицеры Сёнто и его союзников выстроили все силы в строгой последовательности, в основном чтобы произвести впечатление на патрули Императора.

Суйюн стоял рядом со своим господином у перил речной лодки. До прибытия в Ва он никогда не видел армии и находил зрелище одновременно впечатляющим и очень печальным. Через несколько дней многие из людей, проходящих перед ним, погибнут. Вспомнились слова Хитары: «Война ни одну душу не приведет к совершенству!»

«Мой Орден поручил мне служить этому человеку, и сейчас я тоже участвую в войне — последователь Ботахары, — подумал Суйюн, — бедный последователь».

Нечто, чего монах никогда не слышал, поразило. Молчание в рядах, стук копыт и топот людей, бредущих по земле, были зловещими, пугающими, как пульс умирающего. Страх висел в воздухе. Невысказанный страх.

— Были ли рапорты о новых вспышках болезни? — спросил Суйюна Сёнто.

Двое мужчин стояли у поручня корабля Сёнто, следя за передвижением армии.

Суйюн покачал головой:

— Я выслал беженцев в деревни. Чума, кажется, под контролем. Был только один рапорт о женщине, по описанию — Симеко-сум. Приложены все усилия, чтобы оградить больных от контактов с другими.

— Ух! — Сёнто пытался натянуть веревку навеса, мышцы на руках напряглись. — Нисима-сум рассказала мне, что эта молодая женщина образованна и интеллигентна, но испытывает кризис духа.

Суйюн кивнул:

— Я верю, что госпожа Нисима вела себя правильно, господин.

— Возможно, она искала монастырь или хотела жить как отшельница.

— Может быть. — Суйюн, казалось, углубился в раздумья. Тоскливое передвижение солдат поглотило его внимание. — Думаю, она искала выход, господин.

Сёнто вышел из-под навеса и прикрыл глаза от солнца, вглядываясь на юг. Лагеря Императора еще не видно, он покажется не раньше утра следующего дня, но стало привычным наблюдать людей, стоящих и пристально смотрящих на горизонт, словно медитируя.

— Мы должны достигнуть равновесия, брат, — неожиданно произнес Сёнто. — Если мы столкнемся с войском Императора до того, как он увидит истинный размер варварской армии, то рискуем, что Сын Неба наделает глупостей. Но если мы не доберемся сейчас до позиций Императора, у нас не будет времени объединить силы. Мы должны принять решение или не сможем спастись. Ошибок допустить нельзя.

— Ботахара поможет нам, господин Сёнто.

Суйюн осторожно наблюдал за своим господином с тех пор, как стал служить ему. И хотя можно было сказать, что Сёнто всегда всё держит в себе, Суйюн заметил перемену. Господин стал часто делиться соображениями, которые не обязательно знать всем, но в то же время монах был уверен, что некоторые сведения Сёнто оставляет в тайне. Если бы его спросили, почему он так думает, Суйюн не смог бы объяснить.

— Когда доберемся до Императора, я перемещу членов моего Дома на северо-восточные позиции возможного поля сражения. Когда сражение будет объявлено, ты найдешь Нисиму. Будь готов бежать в горы, Суйюн-сум. Бросай любого, кто не сможет поспеть за тобой. — Сёнто повернулся к монаху. — Если армия Сёнто падет и я не смогу отступать, госпожа Нисима должна быть спасена во что бы то ни стало. Ты отвечаешь за это, брат Суйюн. Не подведи.

Суйюн поклонился в ответ:

— Возможно, госпоже Нисиме лучше уже сейчас быть поближе к горам?

Сёнто покачал головой.

— Опасность повсюду, на любом пути, который мы выберем, Суйюн-сум, — пожал он плечами. — Возможно, это эгоистично, но я хочу, чтобы Нисима была пока рядом со мной.

Сёнто махнул рукой в направлении темно-голубых пятен среди всадников. Суйюн понял, что Сёнто переводит разговор на другую тему.