Они не поверили (Дикий пляж) - Варго Александр - Страница 63

— В общем, Степан, спасибо за помощь. Наши сотрудники из Апрелевки уже выехали. Если будет что-то еще — звони. Вот моя визитка…

Дверь приоткрылась.

— Здравия желаю, товарищ полковник, — вытянулся по струнке Зеленский.

— Сиди, — вошедший в штатском крупный мужчина пятидесяти лет кинул оценивающий взгляд на сидящего молодого человека.

— Все, Логинов, можешь идти, — кивнул на дверь Зеленский.

— По какому делу? — спросил вошедший после того, как юноша закрыл за собой дверь.

— Водитель 3-й автобазы, товарищ полковник, — начал было Зеленский, но тот недовольно оборвал его:

— Без формальностей, Саша.

— Сообщил, что на днях к ним в контору позвонил некто и сообщил, что на турбазе Красная Щель произошло убийство. Связь была плохая, и подробностей выяснить не удалось. Скорее всего, звонили с мобильного телефона — телефонной связи там нет. Я дал указание местным ребятам проверить.

— Ясно. Так, Саша, мне нужен акт проверки… — начал полковник, но вдруг голос его изменился: — Что? Красная Щель?

— Ну да. Товарищ полковник, вы не вол…

— Как его фамилия? — перебил полковник.

— Логинов.

Полковник быстрым шагом направился к столу и схватил трубку дежурного телефона.

— Алло! Дежурная?! Это Алферов! Срочно свяжитесь с КПП и передайте — Логинова не выпускать! Срочно ко мне!

— Товарищ полковник…

— Кто об этом еще знает? — В голосе полковника зазвучали стальные нотки.

Майор раздумывал несколько секунд.

— Дежурка и я. Собственно, что…

— Никому ни слова об этом. Весь дежурный состав сменить и ко мне.

В таком состоянии майор Зеленский видел полковника впервые и почувствовал, что тому не по себе.

Записав телефон отдела милиции Апрелевки, полковник вышел из кабинета, оставив Зеленского теряться в догадках о том, что произошло.

Владимир Алферов вошел в кабинет и дрожащей рукой вытер пот со лба.

Красная Щель!

Полковник открыл сейф, уронив при этом тяжелую связку ключей, и достал оттуда бутылку водки. Налив доверху стакан, он залпом его выпил, не поморщившись.

Мысли его вернулись к тем странным и необъяснимым событиям, происшедшим три года назад. Он чувствовал, как к нему закрался страх. Страх, о котором он давно забыл, который, будто отвратительная рептилия, проснулся после долгого сна и осторожно вылезает наружу, щуря свои глаза-угольки от яркого света. Тогда он еще носил майорские погоны…

…В то прохладное августовское утро из Соловков поступил тревожный сигнал. Один из старожилов сообщил, что в Красной Щели происходит что-то страшное. Чего-либо вразумительного добиться от говорившего не удалось, да и голос звучал довольно странно. Звонок явно смахивал на розыгрыш, но в сбивчивой запутанной речи неожиданно прозвучало: «Много трупов… убивают друг друга… словно обезумели…» Алферову было известно, что в то время на территории туристической базы производились археологические раскопки. Что же там могло произойти?

В составе семи человек группа немедленного реагирования отправилась в Красную Щель. Алферов был назначен старшим.

От картины, представшей перед милиционерами, в жилах застыла кровь даже у немало повидавшего на своем веку Алферова. Двоих молодых сержантов вырвало.

Лагерь археологов представлял собой арену гладиаторов после очередного представления — изувеченные трупы усеивали всю территорию, подобно прошлогодним листьям. Двое окровавленных мужчин в остервенении катались по земле, полосуя друг друга ножами. Растрепанная обнаженная женщина держала над полыхающим костром руку и хохотала, глядя безумными глазами, как кисть превращается в обугливающуюся головешку. Рядом с беседкой молодой человек, обиженно хныча, безуспешно пытался ввести свой член в плоть мертвой девушки, из груди которой торчала саперная лопатка. Голова юноши была скальпирована.

Неподалеку на можжевельнике висел труп безгрудой девушки. У ее ног пристроился мужчина. Погрузив свою руку почти по локоть в ее влагалище, он вытягивал из нее кишки. При этом глаза его озорно блестели, как у искусного фокусника, демонстрирующего какой-то замысловатый трюк. Внезапно он бросился на милиционеров, сжимая в руке широкий столовый нож. Алферов не колебался ни секунды, и через мгновенье изрешеченный пулями дымящийся труп упал у их ног.

Женщина, держащая руку над костром, вскоре умерла от болевого шока. Один из дерущихся мужчин умер от ранений. Того, который насиловал труп, связали.

Майор связался с управлением, прося поддержки. Впрочем, оставшиеся в живых археологи обращали внимание на прибывших работников милиции не более чем на мух.

Вскоре прибыл вертолет, из него высыпала группа людей в черной униформе и масках с автоматами, на спинах светились буквы «ФСБ». Позже подоспел военный катер с новороссийским спецназом.

Насчитали двенадцать трупов и решили, что это все, но один из оставшихся в живых что-то бессвязно мычал и тыкал пальцем куда-то в лес. Руки его были в порезах, рот кровоточил, и, несмотря на юный возраст, он выглядел глубоким стариком.

«Там, оно… там… Болото, там… Боги… Вечность», — пуская кровавые пузыри, выдавливал он из себя, корчась и извиваясь на земле.

Оставшихся в живых (среди них была одна девушка) срочно госпитализировали, а Алферов со своей группой принялись прочесывать лес. Майора бесило, что фактически действиями руководили краснодарские фээсбэшники, но от этого никуда не деться — из управления поступила директива подчиняться непосредственно им, а субординацию Алферов всегда чтил.

Через некоторое время они наткнулись на трупы. Четверо юношей и две девушки. Все молодые. Студенты.

Они висели вниз головой на мертвых деревьях, словно связки сушеной рыбы. Тела их были странно легкими, будто пробитые камеры, кожа напоминала растрескавшийся пергамент. Невзирая на то, что их шеи были разрезаны от уха до уха, крови под ними не было. Словно…

Словно гигантский паук высосал из этих людей всю кровь вместе с их молодостью и жизнью, а тела развесил на деревьях, как елочные украшения, оставив впрок… Когда он снова проголодается, у него будут запасы. Когда еще придется так сытно пообедать?

А дальше было болото. Зыбкое и вязкое, как густой сироп, только запах у этой трясины был совсем не такой, как у сиропа.

Все материалы дела ФСБ тут же забрала себе. В тот же день вечером, в управлении, Зеленский и молодые сотрудники, побывавшие в Красной Щели, напились вдрызг.

Старожил (то ли Силантий, то ли Климентий), живший там, был отправлен в Краснодар на допросы. После этого упрямец вернулся жить в это проклятое место со своей женой.

Чуть позже Алферову стало известно о судьбе оставшихся в живых археологов. Девушка выбросилась из окна, трое молодых людей по сей день находятся в психиатрической больнице под усиленным наблюдением и, судя по всему, останутся там до конца своих дней.

Через четыре дня один из сержантов, находившийся в группе Алферова, застрелился. Спустя неделю еще один зарубил топором молодую жену и пятимесячного ребенка, после чего повесился в ванной. Когда его нашли, на его лице сияла счастливая улыбка.

«Чертова Красная Щель! — Алферов уперся жесткими кулаками в отполированный стол. — Взорвать ее к гребаной матери! Неужели снова?!»

Потом из Краснодара прилетал полковник УФСБ Зимин. Что произошло тогда на самом деле, очевидно, так никто и не узнает, Алферов нисколько в этом не сомневался, а материалы дела о событиях в Красной Щели под грифом «секретно» будут еще долго пылиться в архивах. Тем не менее Зимин оставил свои контактные телефоны.

По всей видимости, наступило время воспользоваться ими.

Трупы хоронили в общей могиле, родственникам сообщили, что они погибли от пожара. Впрочем, пожар в Красной Щели действительно был, и очаг возгорания находился как раз неподалеку от болота. Очевидно, он произошел незадолго до того, как произошли все эти ужасы. Зимин сказал, что перед захоронением все трупы подверглись тщательному медицинскому исследованию.