Они не поверили (Дикий пляж) - Варго Александр - Страница 52

— Диана! Диана, где ты? — спросила Ира. — Пошли со мной. Поможешь мне! — закудахтала она.

— Виталий, держи ее! — закричала Ольга.

Раздался треск рвущейся материи, ругань Вита. Я зубами вытащил застрявшие осколки из ладони, при этом осколок под ногтем никак не хотел покидать своего места, и я порезал при этом язык.

Яркий свет фонаря выхватил мечущуюся фигуру, и это мгновенье я не забуду никогда. Когда-то соблазнительная и привлекательная девушка с обаятельной улыбкой сейчас превратилась в безумный обрубок мяса, не желающий умирать. Разбрызгивая кровь с лица, она прикрыла свой единственный глаз, загородившись от света. Отступая назад, Ирина неумолимо приближалась к краю обрыва, за которым мерцало и рокотало море.

Она уже не кричала, а хрипела.

— Стропов! Игорь, да помогите же!!! — доносился исступленный голос Вита.

На меня вдруг навалились огромная усталость и безразличие. Хотелось только одного — упасть без сил прямо на холодную землю и забыться крепким сном. В бликах костра я видел мелькающие тени на фоне черного неба.

Ольга сидела на земле. Раскачиваясь, она закрыла лицо руками, плечи ее вздрагивали. Словно во сне, на негнущихся ногах я направился к мечущимся фигурам, которые неуклонно приближались к краю обрыва.

Смешалось все — агонизирующие крики Ирины, визг Гуфи, отборный мат Виталия, которому позавидовал бы старый боцман, завывания Ральфа. Ужасная какофония оборвалась, когда Ира, слепо вытянув вперед руки, шагнула вперед. Какое-то время очертания ее фигуры высвечивались светом фонаря, которым размахивал Вит. Сгорбившись и горестно воздев руки к небу, словно обращаясь к высшим силам Вселенной, девушка на мгновение замерла в этой причудливой позе, после чего шагнула вперед. Шагнула навстречу холоду и вечности. И смерти.

Грудь моя тяжело вздымалась, в боку кололо, словно я пробежал несколько километров, мысли смешались.

— Димон? — Ко мне, волоча ноги, словно глубокий старик, приблизился Вит. Фонарь дрожал в его руках, отчего он никак не мог навести на меня свет. — Ты где? — Его голос был похож на скрип рассохшейся двери.

— Вит? — позвал я парня.

— Все кончено, — прошелестел он, подойдя почти вплотную. — Я светил вниз, но там ничего, кроме волн, не видно.

— Да.

— Можно, конечно, попробовать бросить вниз веревку, но я боюсь, она уже мертва.

— Да.

— Надо собираться.

— Да.

— Что «да»? Ты слышишь меня?!

Я немного помолчал, затем вздохнул. Меня трясло, как в лихорадке.

— Ну?! Возьми себя в руки!

— Да, Вит, я тебя слышал, — прошептал я, бессмысленно переминаясь с ноги на ногу. — Где Ольга? — спросил я, хотя прекрасно видел ее лежащей на земле.

— Зажги вторую лампу. И не разбей, она последняя, — сказал Вит хрипло.

— Оля! — позвал я. Мне казалось, я громко назвал ее по имени, но на самом деле голос мой звучал как у простуженной вороны. Усталость и безнадежность наподобие огромного ледяного озера разливались во мне. — Оля!

Молчание.

Я подкрутил фитиль, делая огонь побольше, и, волоча разболевшуюся ногу, доковылял до распластавшейся на земле фигуры.

— Гуфи, я думаю, настало время испробовать твои конфеты. И хотя мозгов они тебе явно не прибавляют, нервишки, как я погляжу, они все же лечат. — Вит залез в палатку.

— Не называй меня…

— Заткни пасть и давай конфеты. Я буду называть тебя, как захочу, мать твою, ты понял меня?! Пока ты не заслужишь к себе другого отношения. Почему, как только нужна помощь, я вижу только твою толстую задницу? Отвечай!

— Вит, успокойся, — смертельно уставшим голосом произнес я, глядя на лежащее передо мной неподвижное тело Ольги. На ее прохладной руке я нащупал пульс. Девушка тяжело дышала, рука ее подрагивала.

Потеряла сознание. Немудрено. Я стал понемногу растирать ей запястья.

— …уже. Они закончились.

— Значит, ты сожрал всю пачку, так? А как же помощь друг другу, а? А если я тебя сейчас сброшу вниз с обрыва, что тогда?

— Хватит! — крикнул я. — Оставь его в покое!

— К черту! — зло сплюнул Вит.

— Оля! Оля, очнись! — Я не заметил, как голос мой постепенно перешел на крик.

Отчаявшись привести девушку в чувство, я, хромая, доковылял до палатки и вернулся с бутылкой воды.

В палатке послышалась возня.

— Нет, убирайся! — донесся истеричный вопль Гуфи. — Пожалуйста, не трогай меня, не убивай!

— Ты что, сбрендил? Мне сейчас как раз больше нечего делать, как тебя убивать. Вылезай, я хочу собрать вещи, мы сейчас же отправляемся.

— Куда?

— Куда-куда! В буфет за плюшками! Как ты думаешь, куда? Вылезай отсюда, жирный мудак!

— Нет! — вновь истерично вскрикнул Игорь.

Я начал осторожно лить воду на лицо Ольги, она закашлялась, глаза ее широко раскрылись.

— Ну и подыхай здесь. — Вит, ругаясь, вылез из палатки и подошел ко мне. Однако вскоре Гуфи выполз следом за ним. Он безмолвно посмотрел на нас, затем прочистил горло и хрипло сказал:

— Виталий… Может, все-таки останемся ночевать здесь? — и тут же пожалел о своих словах, так как в следующее мгновение Вит со скоростью кобры рванулся к нему, жарко дыша в лицо:

— Остаться здесь?! Только что эта тварь убила Ирку. Врубаешься? Это не сказки. Я думаю, что оно действительно идет за нами! А когда доберется, не будет торговать запасными частями от кофеварок. — Вит перевел дыхание и продолжил: — Сейчас мы можем изобразить общепринятую шумиху над смертью Ирины или же попытаемся принимать вещи такими, какие они есть. Если мы этого не поймем, нам может прийти конец, и довольно скоро. — Сверкающий взгляд Вита устремился на меня. — Скажи мне, что я не прав, если ты так думаешь.

Я промолчал, чувствуя, как ужас снова разливается внутри меня. Я вспомнил звуки, издаваемые Ириной, — словно кто-то топчется в слякоти.

— Оно действительно существует, а я не из тех, кто не верит своим глазам. Если ты еще сомневаешься, пойди и спроси об этом Дениса или Иру, — закончил Вит. Зарево костра превратило его глаза в красные бойницы.

— Это подло, Сосновцев. Они оба мертвы и…

— Заткнитесь оба! — завизжал я. — Ольга!

— Дима… — Голос девушки был похож на робкое дуновение ветерка, ее руки потянулись ко мне.

В воздухе повисла мертвая тишина. На небе загорались далекие звезды — такие далекие и холодные, но я с завистью смотрел на них, думая о том, как хорошо бы оказаться на одной из них с Ольгой прямо сейчас, подальше от этого непрекращающегося ужаса.

Костер хорошо разгорелся, и мы с Ольгой подобрались поближе к теплу.

Вдруг из темноты показался Ральф. Фыркая, он приблизился к нам и внезапно с довольным урчанием принялся копошиться в траве. Вит подошел к собаке, собираясь ее погладить, но вдруг отскочил от нее, как ошпаренный.

— А ну прочь! — заорал он, занося ногу для удара, но Ральф ловко увернулся и, грозно тявкнув, щелкнул зубами в нескольких миллиметрах от штанины Вита.

— Что там? — Я вытянул голову, пытаясь разглядеть, что вызвало гнев Виталия.

— Эта тварь лижет кровь! Кровь Ирки! Пошла отсюда!

Ольга вздрогнула, прижавшись ко мне плотнее. Я отстранился от нее и подошел к Виту.

— А ну вали отсюда, б…дь чертова! — продолжал он, замахиваясь ногой для удара.

Раздалось злобное рычание, челюсти Ральфа с молниеносной быстротой сомкнулись на щиколотке Вита.

— Ты, сука! — завопил он, прыгая на одной ноге, пытаясь освободиться от зубов собаки. Наконец Виту удалось вырваться, и он торопливо отбежал в сторону. Собака для приличия еще немного поворчала и с жадностью продолжила вылизывать траву.

Я в оцепенении наблюдал за ней. Ральф громко фыркнул и радостно заурчал. При отблесках костра я, чувствуя, как спазмы схватывают мой желудок, увидел, как овчарка ловко подхватила палец Ирины.

— Ну ладно, падаль. Жри свой ужин! — раздался за моей спиной глухой голос Виталия, и в следующее мгновенье оглушительный грохот разорвал ночь. Холодный воздух наполнился запахом пороха. Ольга нервно вскрикнула, но ее голос заглушил истошный вой.