Побежденные (Дочь Лорда) (СИ) - Ружникова Ольга - Страница 80

— И как здоровье базилевса? — невинно спросила Кармелита.

Пройдет — не пройдет?

— Плохо, Кармэн. Базилевс — болен, его сын — юн.

Не прошло. И правильно. Дядюшка — не настолько дурак, чтобы считать дурой ее. Для этого требовалось с самого начала играть иначе.

А ей в первую встречу с ним было не до игр.

— И теперь базилевс боится, что его сын потеряет власть раньше, чем отца переложат со смертного ложа в гробницу?

Свергая слишком мягкосердечного для политики Романа Зордеса, думал ли тогда еще молодой и полный сил князь Иоанн Кантизин, что спустя тридцать лет превратится в тяжелобольного старика? И вся пролитая кровь станет бесполезной?

Единственный сын базилевса, выросший в тени отца, в правители жестокой Мидантии не годится. Шакалы передерутся за власть уже над трупом монарха. И во главе страны встанут Ладинесы или Карнаки.

Увы — не до злорадства. Кантизинам — туда и дорога. Но как бы старый паук не утянул с собой в могилу и Кармэн с детьми!

— Боится, — подтвердил дядя. — Поэтому требует выдать ему Виктора.

Кармэн едва сдержалась, чтобы не садануть кулаком по резному подлокотнику помпезно-бархатного кресла. Подтвердилось худшее! Странно, что издыхающий шакал не требует еще и Арабеллу. До кучи!

Хотя да — он же ввел новый закон. Отныне женщины мидантийскую корону не наследуют. Ни при каких обстоятельствах.

Будто после смерти Иоанна Кровавого кто-то станет соблюдать его законы!

Как бы там ни было, Белла ему не нужна! Не нужна и сама Кармэн. Какой с нее прок? Алексис — в могиле. Других детей от него ей уже не родить.

На герцогиню Зордес-Вальданэ и Грегори Ильдани претендует лишь Эвитан!

Кармэн со скрытым бешенством взглянула на дядю. Что он намерен делать? Ни одна мать не отдаст сына врагу. Скорее, зубами врага загрызет! А заодно и того, кто предложит отдать.

— Ты отказал? — в упор уточнила она.

Если нет — он умрет. До того, как отдаст приказ взять под стражу ее сына. Герцогинь не обыскивают при входе — даже у королевских покоев.

Но даже не будь у нее с собой трех метательных ножей — убить можно и подсвечником. Вот этим, например. Только стремительной змеей протянуть руку…

Кармэн Вальданэ, в отличие от Элгэ Илладэн, не тренировалась с неполных пяти лет. Но и с тринадцати можно научиться многому. Если учитель — Арно Ильдани.

— Тяну время! — вздохнул дядя. — Заявляю, что Виктор — мой наследник, поскольку я бездетен.

— Иоанн проглотил?

Темный Искуситель! От ужаса за сына настолько ум помутился, что Кармэн главного не видит! А следовало заметить.

Они здесь — почти два года. Базилевс и раньше добротой и кротостью не страдал. Так отчего ж с цепи сорвался именно сейчас?

— Что происходит в Квирине?

— Всеслав там происходит! — еще тяжелее вздохнул дядя Георг. Все-таки — дядя? — Точнее, уже произошел. И сейчас обговаривает условия мира. Всё еще.

Всеслав был Арно если не другом, то и не врагом. Но именно он, вместе с Эриком Ормхеймским, разбил восставших!

Вдовствующая герцогиня два года мечтала о смерти словеонского князя. Но так и не смогла понять, почему он выбрал предательство.

Окажись Всеслав на их стороне — это переломило бы исход! Изменило бы всё! За ее сыном не охотился бы старый кровосос базилевс. А за Грегори — эвитанские гиены из Регентского Совета.

Анри и его друзья вернулись бы домой, Эстела наконец обняла бы брата.

Алексис… Алексиса, как и Арно, — не вернуть, но это живые оплакали бы и пережили. А теперь…

— Всеслав сначала потребовал выдачи эвитанских военнопленных. Квирина, как ты знаешь, выкрутилась, не отдав ни одного мятежника. Но Сантэйскому двору нужен мир. И Словеонский князь может потребовать вас. В первую очередь — Грегори.

И Квирина не только не защитит от Мидантии — сама войска двинет. Три страны раздавят Аравинт в мгновение ока! Немудрено, что базилевс ошалел настолько, чтобы требовать на казнь наследника аравинтского короля. Впрочем, Вик тогда еще таковым не был.

— На Воцарение Зимы я официально провозглашу Виктора наследным принцем Аравинта, — подтвердил мысль Кармэн дядя. — Вот только, боюсь, этого будет мало. Возможно, придется… — он вопросительно взглянул на нее.

— Что? — безжалостно уточнила вдовствующая герцогиня.

— Вступить в переговоры с Квириной. Подтвердить союзные отношения… и лояльность.

— Они потребуют выдачи Грегори Эвитану.

— Выдадим.

Кармелита молчала целый миг. Арно сейчас вправе ее проклясть. Арно, которому она обязана всем! Но на другой чаше весов — ее собственные дети!

— Нет! — резко ответила племянница дяди Арно.

Король Георг согласно склонил голову. И точно так же он поступил бы, ответь она по-другому.

Сыну Франциска Железного не решиться на такое самому. Как он не смел в свое время возражать отцу. Что ж — одну тайну короля Георга Кармэн раскрыла. И этот секрет — скорей хорош, чем плох.

Вдовствующая герцогиня перевела дух. Если повести себя умно — дядя не сможет предать никого. Даже если это будет со всех сторон правильно. Исходя из интересов аравинтской политики.

— Есть еще один выход.

— Кого еще кому выдать?

Да Кармэн сейчас расхохочется! Громко, зло, язвительно. Безумно. И несправедливо — по отношению к родственнику, оказавшемуся не подонком.

Нестерпимо тянет залпом осушить бокал крепкого вина. Желательно — с виноградников Марэ!

Но его здесь нет. Да и не в присутствии же дяди.

— Арабеллу… замуж! — поспешно добавил он, увидев выражение ее лица.

— За очередного квиринского императора или за старика-базилевса? — Кармэн тянет время, как сам дядя перед мидантийским послом.

Потому что знает ответ.

— За юного Константина — сына Иоанна Кантизина.

— Нет.

И двоюродный дед Арабеллы должен понимать, почему. Дело даже не в чувствах девочки. Базилевс, может, действительно тогда оставит их в покое. Ограничится подсылом наемных убийц.

Возможно, Виктору удастся избежать их удара. Только возможно. Но Арабелла проживет ровно столько, сколько Константин Кантизин. Ни днем дольше. До смерти старого паука Иоанна.

И это не спасет ни Грегори, ни Виктора. Крысенышу Карлу в Эвитане еще жить да жить. Живой сын Арно Ильдани всегда будет ему костью в горле. А новый узурпатор Мидантийского престола тем более постарается избавиться от потомка законного правителя…

Во дворе сейчас бьют фонтаны. Среди солнечных лучей. Если отойти подальше — можно увидеть радугу…

А если сейчас не найти решения — радугами они все будут любоваться в светлом Ирие. Весьма скоро. Если грешницу вроде Кармэн не определят в совсем другое место.

— Арабелла не выйдет замуж ни за квиринскую, ни за мидантийскую марионетку. Я хочу, чтобы она прожила дольше меня.

— Но за юного Грегори ей тоже выходить нельзя.

— Почему?

Дядя и не надеялся на согласие. Хорошо это или плохо? Всё ли он племяннице сказал?

— Потому, моя дорогая Кармэн, что тем самым их дети будут обречены на участь твоих. Ты и Алексис вступили в брак, не думая, что делаете своих детей вечной угрозой сразу двум престолам. Союз Грегори и Арабеллы эту угрозу лишь усилит.

Так что теперь — совсем не жить? Запереть дочь в женский монастырь, сына и Грегори — в мужской?

Переживете! Уж здесь-то Кармэн с дядей советоваться не станет! Арабелла выйдет замуж только по любви. Хватит того, что ее мать чуть не приговорили к пожизненному монастырскому заточению. Собственные родители.

— Белла — слишком юна для замужества. Там посмотрим.

— Этого будет мало, Кармэн. Нужно дать согласие. Не смотри на меня так. Сейчас мы объявим о помолвке. И назначим свадьбу через три года. Когда Арабелле исполнится семнадцать. До тех пор она будет жить при матери. Кармелита, у нас нет выбора! Иоанн столько не протянет. Может, за это время Квирина уже даст отпор Эвитану? Да и Всеслав — не вечен.

Ого! Кармэн по-новому взглянула на коронованного родственника. Тридцатилетний Всеслав, конечно, не вечен. Но чтобы «не вечность» случилась пораньше — ее придется приблизить. Дядя Георг готов?