Молдавские сказки - Крянгэ Ион - Страница 54

Нагнал Василе своих братьев и спрашивает:

— Откуда путь держите, олухи?

— Из такого-то села. А вы откуда будете?

— Из Плеткина, извиняюсь! — и хлоп! их плеткой по спинам.

Добрался Василе до терема, свистнул богатырским посвистом, взвился Буланый, долетел до чердака и подождал, пока Василе кольцо у царевны с пальца снял.

Повернул Василе домой, в лесочке отпустил Буланого, сел верхом на осла и двинулся восвояси. Спрятал он кольцо за пояс и возится снова в золе. Вскоре вернулись домой и старшие братья да стали рассказывать, какое чудо видели. А Василе и говорит:

— И я был при дворе, и я видел царевну.

Братья так и покатились со смеху.

— Да помолчи ты, дурачок, не болтай глупостей!

Тем временем царь все ждал да ждал жениха, а как увидел, что богатыря, забравшего кольцо, и след простыл, разослал гонцов по всей стране, чтоб нашли его и во дворец привезли. Но сколько ни искали царские посланцы, а витязя, одетого в платье из самоцветов, так и не нашли. Вот добрались они и до избы нашего бедного мужика.

Смеряли они всех трех парней долгим взглядом — ни один из них на богатыря не похож. Стали посланцы спрашивать парней, не знают ли они, где царевнино кольцо. Старшие братья ничего знать не знали, а Василе-дурачок говорит:

— У меня кольцо.

Посмеялись царские посланцы до коликов в боку и стали прощаться. А один из них возьми да скажи так, между прочим:

— Мэй, дурень, коль у тебя кольцо, что ж ты его не кажешь?

— Сейчас! — ответил им Василе, развернул пояс и достал царевнино кольцо. Ну и подивились же посланцы! Взяли они кольцо и, хочешь не хочешь, пришлось им отвести Василе к царю.

Как увидал его царь, чуть не лопнул с досады.

Кручинился он, сердился, да делать нечего. Вот он и говорит своей дочери:

— Ну, коль так уж тебе суждено было, дочь моя, так ступай с ним жить вон в ту избушку, где живут царские свинопасы. Хоть столько-то с него пользы будет — пусть моих свиней пасет.

Царь такого зятя и видеть не хотел, не то чтобы жить с ним под одной крышей.

Пожили молодые в землянке сколько пожили, но вот стала царевна мужа своего распекать: «Я, мол, не хочу больше быть женой свинопаса, забирай свои манатки и убирайся восвояси». Обиделся Василе, только не ответил ей ничего. Положил он в сумку еды немного и пошел пешком по свету — полезней таких прогулок нету. И где он ни проходил, всюду слыхал стоны, всюду видел слезы и обиды. Потому что был тот царь жадным и злым, обложил народ данью большой да виселицы всюду понаставил.

Ходит Василе из села в село, людей ободряет, сирот утешает, а про себя думает: «Ладно, царь, дойдет и до тебя черед горе мыкать».

Потом вернулся он в отчий дом и опять стал в золе возиться. И, может, долго бы там в золе просидел, если б у рубежей царства не заварилась битва большая. Призвал царь в войско всех молодых людей, чтоб царство от врагов отстоять.

Пошли в войско и старшие сыновья бедного мужика. А Василе-дурачок и говорит:

— Отпусти, батюшка, и меня воевать, а не то придется нам горе горевать.

Смеется над ним отец:

— Что же ты на войне делать будешь, дурачок? Таким воякам, как ты, одно только остается: «Воевать, так воевать, пиши в обоз».

— А ты отпусти меня, отец, и увидишь, какие я подвиги совершу.

Видит старик — пристал к нему младший сын, как банный лист, — да и говорит:

— Ладно уж, бери осла и делай, как знаешь.

Оседлал Василе осла, выехал на край села и спутал его на поляночке. Затем достал волосок из конской гривы и подул на него. Оглянулся — а Гнедой тут как тут.

— Я здесь, хозяин, послужу тебе верой и правдой и в битве. Влезай ко мне в левое ухо, да вылезь через правое. Надень доспехи серебряные, возьми оружие булатное и садись верхом.

Так Василе и сделал и на битву помчался.

Приехал он на поле битвы, а там врагов — что листьев в лесу, что травы на лугу.

Стал Василе крошить их слева и справа, в хвост и в гриву, так что вскоре вражья кровь все поле залила, Гнедому по колено дошла. Тогда Гнедой ему и говорит:

— Ну, хозяин, довольно, тронемся в путь-дорогу, оставь и на завтра немного, а то брату моему делать будет нечего.

На следующий день подул Василе на волосок из гривы Вороного, оседлал коня и снова ринулся на битву.

А царь стоит, глядит и глазам своим не верит.

— Эко чудо! — молвит царь. — Кто бы мог быть этот храбрый витязь в золотых доспехах?

Вот дошла кровь Вороному по грудь, конь и говорит:

— Ну, хозяин, довольно, тронемся в путь-дорогу, оставь и на завтра немного, а то брату моему делать будет нечего.

На третий день Василе прискакал на волшебном Булане. И столько он врагов покрошил, что кровь их поднялась коню по гриву, богатырю — по пояс. Кончилась битва лютая, началось веселье славное. Подъехал тогда царь к Василе-дурачку, поблагодарить его за службу и видит, что витязь ранен в руку, кровь так и льется. Тут царь достал свой платок и перевязал ему рану.

Вернулся Василе домой, на полянке отпустил Булана и пересел на осла. Вернулись домой и старшие братья да стали отцу рассказывать о виденном чуде. «Так, мол, и так, — говорят они, — какой-то Фэт-Фрумос крошил врагов, как капусту, и развеял их, как мякину. И царь собственноручно ему рану перевязал».

А Василе с печи говорит:

— И я был на войне, и я врагов крошил.

Братья смеются, по полу катаются.

— Да помолчи ты, дурачок, ерунды не мели.

А царь на радостях решил в честь победы заказать пир на весь мир и созвал ко двору молодежь со всего царства.

Поехали на пир и сыновья бедного мужика. Старшие братья уселись поближе к середине стола, а младшего задвинули на самый край.

Пировали они сколько пировали, да вдруг царю захотелось поговорить с богатырем, который спас царство, и спасибо ему сказать. Но где ж его взять, коли нет его нигде. Ходил царь сколько ходил промеж столов и вдруг видит свой платочек на руке у Василе-дурачка.

— Да ведь это зять мой, — говорит царь. И спрашивает его: — Как к тебе этот платок попал, дурачок?

А Василе не скрывает, отвечает:

— Ваше величество мне его в битве подарили, когда меня вороги ранили.

Царь ушам своим не верит.

— Мэй, не иначе, как здесь нечистая сила замешана. Не верю я, чтоб ты был тем витязем.

И, помолчав, добавил царь:

— Коль ты уже так искусен, так вот сооруди-ка за ночь золотой дворец, да чтоб от него и до моего двора хрустальный мост был перекинут. А вдоль моста чтоб росли деревья с золотыми плодами, а на деревьях чтоб пели золотые птицы. Если выполнишь все это, отдам я тебе дочь да еще полцарства впридачу.

— Ладно, сделаю, — ответил Василе и поспешил домой.

Подул он на все три волоска сразу, и волшебные кони тотчас к нему явились.

— Ну вот, хозяин, настало нам время послужить тебе в третий и в последний раз. Что прикажешь сделать?

— Вот так и так, — говорит им Василе, — соорудите мне до утра золотой дворец с крыльцом из самоцветов. А от дворца и до царского замка перекиньте мост хрустальный. Вдоль моста насадите деревья, да не простые: чтоб одни цвели, на других чтоб плоды наливались, на третьих чтоб спелые уже висели. А на ветках деревьев чтоб качались птицы златокрылые да песнями душу услаждали.

— Ладно, хозяин, — говорят кони волшебные. — Ступай, ложись спать и будь спокоен: до утра все будет сделано.

Проснулся Василе утром и видит чудо невиданное, диво неслыханное. Стоит дворец, весь вылитый из золота, а от него ведет вдаль мост хрустальный. Ступил Василе на мост и зашел во дворец. А во дворце роскошь и богатство, по мягким коврам ступать жалко, и всюду стоят столы, всякими яствами уставленные. На крыльце музыка играет, а на деревьях золотые птички резвятся и чирикают.

Спрашивает Василе людей, где царь-государь. Показали ему люди башню каменную без входа, без выхода, с одним только окошком, забранным стальной решеткой. А в башне той сидел царь, которого волшебные кони в свинью обратили.