Несущий смерть - Ла Плант Линда - Страница 82

Когда Анна и Ленгтон прибыли к месту аварии, дорожные полицейские уже расставили заграждения, направляющие движение по одной полосе. Прибывшие краны убирали грузовик с трассы. «Мерседес» стоял в стороне; раздавленный, обгоревший, с вдавленной внутрь крышей, сплошь залитый кровью с водительской стороны. Рядом стояла машина «скорой помощи», но было понятно, что живых в «мерседесе» не осталось. Ленгтон и Анна подошли к «скорой».

Водителю грузовика оказывали первую помощь; похоже, он не получил серьезных травм, отделавшись глубокими порезами и синяками. Ждали вторую машину, чтобы отвезти его в больницу. Ленгтон негромко переговорил с врачом и узнал, что женщину в «мерседесе» практически разрезало пополам и снесло ей голову. Потом Ленгтон сквозь открытую заднюю дверцу заглянул внутрь машины, после чего повернулся к Анне и сказал, что не хотел бы подвергать ее подобному испытанию, но тело нужно опознать.

Анна поднялась в «скорую» и надела маску и резиновые перчатки. Зрелище было жуткое — тело оказалось страшно изуродованным. Анна кивнула врачу, чтобы открыли отрезанную голову Джулии. Белокурые волосы слиплись от крови, но Анна узнала бриллиантовые серьги. Она с трудом заставила себя взглянуть на лицо, отодвинув волосы со щек. Перед нею, несомненно, было то, что осталось от красавицы Джулии Брендон.

Ленгтон стоял возле «мерседеса», ожидая, когда откроют багажник. Потом вынул оттуда дорожную сумку; полицейские передали ему дамскую сумочку, завернутую в пластиковый контейнер. Внутри все было всмятку: солнечные очки, флакон духов. Чтобы не пораниться, он обернул флакон носовым платком; потом достал расплющенный мобильник. Закрыл сумочку и сказал, что осмотрит позже. Паспорта в сумочке не было.

Когда Анна и Ленгтон вернулись в отделение, было совсем поздно. Анна чувствовала себя совершенно выжатой, но он был полон энергии и хотел обсудить с командой, каким образом авария отразится на ходе расследования. Вещи Джулии отправили в лабораторию, но займутся ими только утром. Каннингам разрешила Анне уйти, попросив утром приехать пораньше. Анна взглянула на Ленгтона, ожидая, что он подтвердит разрешение. Он махнул рукой и повернулся к Филу, чтобы продолжить разговор.

— Пусть машину осмотрят, и нажмите там на них, — велел ему Ленгтон. — Наблюдатели сказали, что она летела по боковой и выскочила на автостраду на такой скорости, будто решила покончить счеты с жизнью.

Фил отправился выполнять приказание, несмотря на то что работал с восьми утра и вымотался до предела.

Каннингам взглянула на часы и перевела взгляд на Ленгтона:

— Может, отдохнете?

— Она что, ехала к сестре? — пробормотал он, пропустив ее предложение мимо ушей.

— Мы так думали.

— Не в Гэтвик, не в Хитроу и не в Саутгемптон — значит, не яхта и не самолет. Что дала прослушка?

— Никаких звонков, — ответила Каннингам, пытаясь подавить зевоту.

Ленгтон достал из кармана разбитый мобильник Джулии, все еще завернутый в его носовой платок.

— Пусть его проверят, — может, узнаем, кто звонил. Она же не могла удариться в бега, ни с кем не связавшись. — Он нахмурился. — Если, конечно, это не было запланировано заранее.

Каннингам не ответила, но еще раз взглянула на часы — ей хотелось домой.

— Когда вы возьмете ее сестру с мужем?

— Когда буду готов. Пока мы уверены, что они сидят в своей дыре, можно их не трогать. Но при первом подозрительном шаге возьмем обоих и привезем сюда. Правда, я еще не вполне готов к встрече.

И опять Каннингам ничего не сказала, даже не буркнула, что, судя по всему, расследованием теперь руководит Ленгтон.

Лишь добравшись до дому, Анна поняла, насколько устала. Работа с Ленгтоном вызывала у нее смешанные чувства. Он не делал никаких намеков на прежнюю близость, скорее наоборот, — и работать с ним оказалось легче, чем она предполагала.

Как и Каннингам, она поняла, что он взял руководство в свои руки, и не могла не отдать ему должное: под его началом команда подтянулась, будто он как следует всех встряхнул. Как и Каннингам, она не понимала, почему он до сих пор не отдал приказ доставить Ноланов в отделение: вся команда была уверена в их причастности к делу. Анна откинулась на подушку, и глаза у нее стали закрываться. Однако перед тем, как провалиться в сон, она вновь увидела перед собой мертвое лицо и сверкающие бриллиантовые серьги Джулии.

ГЛАВА 20

На длинном столе, покрытом белой бумагой, были разложены вещи из сумочки Джулии Брендон. Маленькая кучка стеклянных осколков. Кошелек с тремя сотнями фунтов в новых хрустящих банкнотах. Очки в погнутой оправе и две фотографии детей в небольшом кожаном футляре. Счета из химчистки и старые талоны на парковку, оплаченные через автомат. Открытая серебряная пудреница с вдавленной внутрь крышкой, будто кто-то на нее наступил. Все распространяло сильный запах духов Джулии — «Шанель № 5», разлившихся из разбитого флакона. В пластиковом пакете — бриллиантовые серьги, ролекс, золотая цепочка с бриллиантовой подвеской и узкий витой браслет-цепочка с бриллиантами.

Анна стояла у стола, глядя на все эти предметы, как вдруг за ее спиной раздался голос:

— Сколько лет…

Анна вздрогнула от неожиданности и обернулась:

— Пит!

Не удержалась и сообщила, что заезжала к нему после встречи с Ленгтоном в пабе.

— Но тут увидела, как твоя подружка Даниэлла расплачивается с таксистом, и поехала домой.

— О! Точно, она заезжала. Надо было тебе к нам присоединиться.

— Еще бы! — засмеялась Анна.

— Мне показалось, вы неплохо знакомы.

— Кто?

— Ты и Ленгтон.

— Ну да, мы несколько раз работали вместе. — Анна решила не уступать.

— Ты, наверно, неприятно удивилась, увидев меня, — небрежно заметил Пит.

— Вовсе нет — это же твой паб, — непринужденно солгала Анна, удивляясь самой себе. — Я думала, это тебе было неприятно: сказала одно, а сделала совершенно другое.

Она извинилась за то, что не звонила ему: отдел по уши завяз в расследовании.

— Наслышан. Честно говоря, даже удивлялся: давно свежих трупов от вас не поступало.

— Один перед тобой — во всяком случае, ее вещи.

— Да, говорят, от нее мокрое место осталось. — Пит окинул взглядом стол. — Ага… ну, самое интересное из них — пудреница; и не спрашивай, как я догадался.

— И что в ней интересного?

— Чистый кокаин высшей пробы.

Они прошли вдоль стола к дорожной сумке и вещам из нее, разложенным по порядку: атласная ночная сорочка в комплекте с халатом, пара шелковых тапочек небольшого размера, кружевное белье, две нераспечатанные упаковки тонких чулок и пояс, косметика в бархатной косметичке. Два кашемировых свитера, пара черных брюк от Сен-Лорана и пара сапог из мягкой кожи на высоких каблуках.

Анна не могла отделаться от запаха духов Джулии; от прикосновения к роскошным и очень дорогим вещам у нее мурашки пошли по коже.

— Видно, сексапильная была дамочка, — заявил Пит, сложив руки на груди, и добавил, что в сейфе есть еще украшения. — На тех, что на столе, следы крови, поэтому мы их отделили — нужно исследовать. — Он открыл небольшой сейф, расписался в лежащей рядом с ним книге и достал квадратную шкатулку для украшений из черной кожи; шкатулка раскрывалась как большой конверт. Не так давно Анну поразили большие бриллиантовые серьги Джулии, однако то, что она увидела сейчас, повергло ее в полное изумление.

— Я не большой специалист и мое мнение можно не принимать во внимание, но изумруды потрясающие, — сказал Пит. — И вообще, все вещи невероятно высокого качества. Что скажешь?

Анна согласилась. У нее в жизни не было изумрудов, и ей трудно было судить, но цвет камней в большом ожерелье был удивительный. Еще в шкатулке лежали кольца и каплевидные серьги с рубинами и жемчугом: огромные жемчужины переливались на фоне черного бархата.

— Неплохая добыча. Вот почему она не могла примириться с мыслью о разорении, — заметил Ленгтон.