Несущий смерть - Ла Плант Линда - Страница 44

— До того, как тело сбросили в реку?

— Да. Воды в легких нет, но…

— Что? — повернулась к нему Анна.

— Под языком я обнаружил такой же след от укола, как и на теле мистера Петроццо. Не могу с достоверностью сказать, какой наркотик был введен.

— Но у вас же есть какие-то соображения? — Анна знала, что Филдинг звонил Питу и сказал, что удалось обнаружить остатки наркотика. — Хоть какой-нибудь намек на причину смерти Петроццо?

— Не берусь ничего утверждать. Могу лишь сказать, что, как и у этого бедняги, у Петроццо произошла остановка дыхания. В установленный срок, детектив Тревис, вы получите полный отчет от токсикологов, я же не имею полномочий сообщать вам какие-либо подробности.

Чтобы не подводить Пита, Анна не могла сослаться на то, что он ей рассказал; она поблагодарила не скрывающего своего неудовольствия Филдинга и вернулась к машине. К ее «наметкам» добавился еще один «стежок»: возможно, Петроццо и Д'Антон погибли от передозировки наркотика, названия которого она никак не могла вспомнить.

После четырех Анна подъехала к дому Пита, позвонила в дверь, подождала и уже собиралась уезжать, когда дверь отворилась.

— Ух ты, второй раз за день! Я польщен! — сияя от удовольствия, воскликнул Пит.

— Я просто проезжала мимо, — солгала она.

— Да ну? Как это вам удалось? От вашего дома до моего большой крюк. Входите уж.

Анна рассмеялась и прошла вслед за ним в гостиную. На полу валялись газеты и стояли пустые кофейные кружки, горел камин.

— Сейчас будет кофе, — сказал Пит, собрал грязные кружки, отнес их на кухню и вернулся с чистой.

— Я заезжала в лабораторию, но там сказали, что вы сегодня не появлялись.

— A-а, я вернулся домой и принял душ — весь взмок, двигая ваши коробки. После душа такая усталость вдруг навалилась, что лег и соснул немного, а потом решил просмотреть газеты и устроить себе выходной.

Пит передал ей кружку с дымящимся черным кофе.

— Вы мало что видели в магазине у антиквара, а там были кружки работы Гонор, как сказал Садмор, — сообщила она.

Пит сел на пол и добавил в камин полено, изо всех сил стараясь прийти в себя: он был крепко под кайфом и поэтому так долго не открывал дверь.

Анна рассказывала, как в детстве под руководством матери расписывала кружки. Он с трудом следил за рассказом.

— А если у нее нет никакой печи для обжига? Может, это только прикрытие, — говорила Анна.

— Да, точно, — ответил он.

— Сарай — прекрасное укрытие, но его нужно отапливать, и проще всего сказать, что там стоит печь для обжига.

Не удержавшись, Пит хихикнул.

— Что смешного? Это же возможно.

— Ну да, конечно возможно. — Пит попытался принять серьезный вид, но это давалось ему с трудом, он никак не мог сосредоточиться.

Анна увлеклась рассказом, но, заметив странную реакцию Пита, прервалась на полуслове.

— Похоже, вам это малоинтересно. — Она отхлебнула кофе и едва не поперхнулась — крепости он был неимоверной.

— Простите, конечно интересно. Просто слишком много всего сразу. Но вы наверняка на правильном пути. — Он опять усмехнулся.

— Да что тут смешного? Знаете, что сказал Филдинг? У Донни Петроццо и Джулиуса Д'Антона под языком одинаковые следы укола, и в обоих случаях он не знает, что именно вызвало смертельный исход; он лишь не без сарказма заявил, что оба «перестали дышать».

— Ну, это решает дело, — произнес Пит, стараясь выглядеть серьезным.

— Вы мне говорили о наркотике, следы которого Филдинг, кажется, обнаружил. Как он называется?

Пит облизнул пересохшие губы и отхлебнул кофе.

— Не помню, но он ведь сказал, что не уверен, и просил никому не рассказывать. А вы что, упомянули об этом в разговоре?

— Да нет, говорю же вам, что я забыла его название.

— И я забыл.

Анна вздохнула и допила кофе.

— А его спрашивать я не стала бы, чтобы не подвести вас.

— Хотите вина? — Пит, пошатываясь, встал с пола.

Анна взглянула на него:

— Что с вами?

— Ничччо, все пррркррасно. Пойду открою бутылку.

Он неверными шагами добрел до холодильника, достал бутылку охлажденного вина и принялся рыться в ящике стола в поисках штопора. Анна не сводила с него глаз. Потом окинула взглядом комнату и увидела пепельницу, впопыхах засунутую под стул. Перевела взгляд на Пита, который в это время доставал из шкафа бокалы.

— А ведь вы под кайфом.

Пит поставил стаканы на стол.

— Признайтесь.

— Что ж, ваша честь, признаю, что выкурил утром здоровый косяк. Не могу отрицать.

Анна встала:

— Косяк?

— Так точно, мэм! Чувствуете запах? Очччень приличная травка.

— И часто вы этим занимаетесь?

Пит разлил вино по бокалам.

— Пит, это незаконно! Вы что, не понимаете?

— Это же только травка, черт побери! Ее вот-вот узаконят. И я не тоннами ее ввожу. — Он передал ей бокал. — Не изображайте такой ужас.

— Но я и правда в ужасе. А на работе вы тоже курите?

— Не говорите глупостей. Я курю, чтобы расслабиться и уснуть.

Анна опять села. Она пребывала в полной растерянности.

— Будем, — произнес он, отпивая вино и подкладывая еще одно полено в камин. — Уж не намерены ли вы меня арестовать, Анна?

— А теперь вы сами говорите глупости. Мне просто кажется, что, занимая такую должность, вам не следует рисковать. Ведь если кто-нибудь узнает, вас уволят!

— А вы когда-нибудь пробовали?

Анна вспыхнула.

— Неужели ни разу?

— Мне никогда не хотелось.

— Даже студенткой?

— Нет! И не потому, что не было возможности. По совести говоря, мне не нравились те, кто обкуривался каждый вечер; да и отец придушил бы меня собственными руками, если б узнал.

— Папина дочка!

— Дело не в этом. Я его уважала и не сделала бы ничего, что могло осложнить ему жизнь. Он служил в полиции и всегда был на хорошем счету.

— Вы такая правильная.

— Возможно. И я тоже серьезно отношусь к своей работе. Начни я по глупости курить травку, я бы поставила под удар свое будущее. Знаете, достаточно один раз попасться…

— С этим не поспоришь. Но я у себя дома и курю, чтобы расслабиться. И позвольте заметить, вам бы это тоже не повредило. Расслабились бы и хоть ненадолго забыли об этом дурацком расследовании.

— Вы упускаете из виду, что траву нужно где-то доставать, значит, тот, у кого вы покупаете, знает о вашей зависимости.

— Да нет у меня никакой зависимости!

— В любом случае, если кто-то об этом знает, вы попадаете в зависимость от него.

— Бога ради, каким образом?

— Ну, допустим, вы находите улики против тех, у кого покупаете, — и они приходят к вам и просят эти улики как бы потерять.

— Шантажируют то есть?

— Да, есть такая опасность.

Пит прислонился к спинке дивана:

— Что ж, придется предупредить брата.

— То есть?

— Он выращивает.

Анна допила вино.

— Нет у вас никакого брата; вы же мне рассказывали о своей семье.

— А это мой австралийский брат. Живет в Дорсете.

— И вы достаете у него?

Пит обернулся и взглянул на нее:

— Анна, хватит, надоело. Я курю дурь и бросать не собираюсь. И весь риск лишь в том, что я впустил вас в дом, а вы — полицейский, да еще и детектив. Если мне и угрожает опасность, она исходит от мисс Суперищейки. Может, сменим тему?

Она встала и поставила пустой стакан на столик:

— Я еду домой.

Пит продолжал лежать на полу, положив голову на сиденье дивана.

— Не провожайте меня.

— Как скажете.

Сжав губы, Анна дошла до двери. Пит не сделал попытки встать. Она открыла дверь и вышла. Он полежал еще немного, потом подполз к стулу, вытащил пепельницу и взял недокуренный косяк. Только собирался прикурить, как в дверь опять позвонили.

— Это я! — крикнула Анна.

Пит открыл дверь и отступил в сторону, изображая ужас:

— Боже мой! Пришли меня арестовать?

— Очень смешно. Мне колеса заблокировали. — Она громко хлопнула входной дверью. — Надо вызвать дорожную службу, чтоб сняли блок. Долго это будет?