Несущий смерть - Ла Плант Линда - Страница 29

В списке разных счетов и денежных поступлений на них было указано огромное количество имен и офшорных компаний. У Джулии был доступ к очень большим деньгам, однако не было права снимать их со счетов без уведомления некой второй стороны. Часть денег была на счетах детей, но в основном — в офшорных компаниях. Судя по уже обработанным документам, сумма основного капитала составляла около пятнадцати миллионов фунтов — и обработали еще далеко не все. Кроме того, Джулия владела значительной недвижимостью, в частности на острове Уайт.

Анна поговорила с полицейскими, которые занимались разработкой финансовой стороны дела. Они были совершенно ошеломлены количеством разных денежных документов и пока не представляли себе, откуда на самом деле шли деньги. Но им удалось выяснить, по каким каналам двигались различные суммы. Играя на понижении курса доллара, значительные суммы переводили на счета в Америке и, дождавшись пересчета по курсу в первом банке, снова переводили деньги на счет в другом банке в другом городе.

— Это наверняка доходы от наркотиков, — сказала Анна, и никто не возразил.

Об исходном финансовом положении Джулии было мало что известно, удалось лишь найти небольшой счет на имя Джулии Кендал в Оксфорде, где она родилась и выросла. Родители Джулии умерли, но осталась сестра, которая жила в деревне недалеко от Стрэтфорда-на-Эйвоне. Гонор Кендал была замужем за Дамиеном Ноланом, профессором химии в Оксфорде. Насколько удалось установить, Ноланы были вполне респектабельной супружеской парой. Детей у них не было, собственности тоже, и с деньгами было туговато. В университетах платят немного, а Гонор не имела постоянной работы.

Как обычно, Каннингам во время совещания не блистала. Сложив руки на груди и усевшись на краешек стола, она велела изложить последние новости. Анна молча слушала коллег в ожидании своей очереди.

— А вы, детектив-инспектор Тревис, не желаете сообщить ничего нового?

Анна поднялась и прошла к информационной доске:

— Как видите, я тут кое-что добавила. Ничего особенного, просто возможные ниточки — но они вполне могут оказаться и совпадением.

— Например?

Анна сделала глубокий вдох:

— Пока это все предположения, мне еще нужно сверить записи в ежедневнике Донни Петроццо и тем, что мне отдала невеста Фрэнка Брендона…

Присутствующие начали перешептываться — никто понятия не имел ни о какой невесте.

Анна указала на доску, где были записаны сведения, полученные от Конни.

— Она очень переживает. Интересно, что Фрэнк сообщил ей о какой-то работе за большие деньги, но не хотел говорить, что это за работа; сказал только, что заработка им хватит, чтобы пожениться и купить жилье.

— Узнали что-нибудь об этой работе? — вмешалась Каннингам.

— Нет. Известно лишь, что она имеет какое-то отношение к Донни Петроццо, на которого Фрэнк обычно работал. У Фрэнка был «фольксваген-гольф», который нужно найти; но клиентов он возил на другой машине. Работать на Донни начал около шести месяцев назад. В связи с этим возникает следующий вопрос: когда он познакомился с Джулией? Когда и почему начал работать на нее? В пределах Соединенного Королевства их брак не зарегистрирован. Известно, что он жил у нее в Уимблдоне, но не исключено, что он просто занимал там свободную комнату. Однако она утверждает, что они были женаты. Ее бухгалтер даже застраховал его жизнь на крупную сумму. — Анна заглянула в свои записи. — Нужно выяснить, получит ли Джулия всю сумму страховки или Фрэнк каким-то образом позаботился о своей подружке, если с ним вдруг что-нибудь случится. Если да, значит, он знал, что работа связана с определенным риском.

Поскольку наблюдение за домом не принесло результатов, Анна предложила вызвать Джулию на очередной допрос.

Все внимательно слушали, пока Анна рассказывала об огромных деньгах Джулии Брендон и о том, что с ее финансами не все чисто. Каннингам не сводила с Анны глаз. Анна перевернула страницу блокнота и облизнула пересохшие губы:

— Вот что я думаю. Если прежний партнер Джулии, как мы сказали — как я сказала шефу, — Александр Фицпатрик, то ее деньги — доходы от продажи наркотиков лет за двадцать-тридцать.

Вновь началось перешептывание — имя Фицпатрика никому не было известно. Анна наскоро посвятила всех в историю его карьеры наркоторговца и продолжила:

— С тех пор Фицпатрик в списках особо опасных преступников, он до сих пор находится в розыске — и вдруг вернулся? Может быть, именно его видели в «мицубиси»? Как бы там ни было, того человека задело пулей, и уже установлено, что кровь на пуле и в машине принадлежит одному и тому же человеку. Мы пока не знаем, насколько серьезным оказалось ранение, но это не главное. Главное — понять: если это действительно знаменитый наркобарон, зачем он вернулся? Если деньги Джулии на самом деле — его деньги, он вполне мог продолжать роскошную жизнь и не засвечиваться. Да, и еще: пока не установлен владелец «мицубиси».

Каннингам встала, затем снова села и сложила руки на груди:

— Если, как вы полагаете, это Фицпатрик, чего ради он потащился за дозой в вонючий мелкий притон?

— Может, он ехал туда за чем-то другим. Вдруг в притоне было что-то нужное ему?

— Что, например?

— Не знаю. Мы ведь так и не смогли установить, кто находился в притоне. Мы отследили всех владельцев машин и все пальцы, но это все — мелкая сошка. Никто из них не мог быть интересен Фицпатрику.

Анна чувствовала, как в комнате нарастает напряжение: все внимательно слушали и делали пометки в своих блокнотах.

Она вернулась к информационной доске:

— Думаю, связующее звено — Донни Петроццо. Мы знаем, что он приторговывал по маленькой, значит, мог знать парней в притоне. — Она помолчала в нерешительности, собираясь высказать предположение. — А вдруг Донни был знаком с Александром Фицпатриком? Чтобы это установить, придется как следует покопаться в его прошлом. Может, Донни именно Фицпатрика встречал в аэропорту и вез на своем пикапе? Фицпатрик вернулся бы в страну только из-за больших денег или из-за кого-то, кто ему дорог, — и это вновь приводит нас к Джулии Брендон.

— Минуточку, — покачала головой Каннингам. — Неужели человек уровня Фицпатрика стал бы иметь дело с жалкой мелюзгой вроде Донни Петроццо? Сомнительно. Что-то не верится, чтобы тот, кого ищет полиция всего мира, появился в Соединенном Королевстве и связался с такой швалью.

— А вдруг у него не было выбора? — спросил Фил Маркхэм.

Анна чувствовала, что вся команда, кроме Каннингам, на ее стороне. А Каннингам, словно подчеркивая свое несогласие, прервала совещание и приказала сегодня же доставить Джулию Брендон в отделение. Она раздала офицерам поручения довести до конца проверку машин, а сама собиралась нажать как следует на лаборатории, чтобы те выдали хоть какие-то результаты. Еще она велела объявить в розыск «фольксваген» Фрэнка и установить, кому принадлежал «мицубиси», который был у притона и в котором обнаружили тело Донни Петроццо. По ее мнению, команда занималась переливанием из пустого в порожнее; она приказала всем подтянуть штаны и заняться делом по-настоящему. И вернуться в отделение к вечернему совещанию.

Анна отправилась в свой крохотный кабинет и решила посвятить остаток утра работе с ежедневником Донни.

Раздался стук в дверь, и в кабинет вошел Фил Маркхэм, аккуратно прикрыв за собой дверь.

— Странная она какая-то. Почему не дать ход вашей информации?

— Может, потому, что пока это лишь предположения?

— А если это правда? Мы же знаем, что Донни продавал кокаин и травку всем подряд. Ему нужно было где-то брать товар, вот он и ездил в притон.

— Мы пока не установили этого наверняка, — ответила Анна. — Номер его машины указан в списке Джереми Вебстера, но в ночь убийства ее там не было.

— А тут еще эти типы из лаборатории никак не разродятся. Я уж на них нажимаю изо всех сил, да и остальные тоже.

— Ну, у них работы выше головы.

— А где отчет о вскрытии? Тело Петроццо уж сколько дней как нашли — а от них до сих пор ничего. Всего-то и достижений, что вы пулю откопали и тело Петроццо обнаружили. По крайней мере, можно было бы уже установить владельца «мицубиси».