Как боги. Семь пьес о любви - Поляков Юрий Михайлович - Страница 43

1-й киллер. Старый хитрый человек прочитал ее у профессора Корнуэлла!

Федор Тимофеевич. Нет, я не покупал! А песню пела мне жена великого вождя Иатуаллы. Ровно тридцать шесть лет назад я принимал участие в международной конференции «Ученые за свободу Африки». Мой доклад о роли мифа в африканской культуре так понравился великому вождю Иатуалле, что он пригласил меня погостить в своем племени.

1-й киллер. Старый белый человек мудр и думает, что обманет Батуаллу. Нет! Мой отец — великий вождь Иатуалла жив и здоров, хотя скоро ему будет восемьдесят больших дождей. Сейчас я спрошу у него, правду ли ты сказал…

Лидия Николаевна. Как же вы спросите, ведь ваш папа в Африке?

Сергей Артамонович. О, африканская черная магия всесильна!

1-й киллер. Зачем черная магия? Черная магия нужна, если жена обнимает ногами другого мужчину… (Говоря это, Батуалла достает спутниковый телефон.) Иатуалла! Син да сан Батуалла…

Батуалла отходит в сторону и разговаривает по телефону. Все напряженно следят за этим.

Елена. А если вождь забыл?

Сергей Артамонович. Ну что вы! У монархов исключительная память. Порода!

Батуалла (захлопнув телефонную крышку). Это правда. Тридцать шесть больших дождей назад русский по имени Федор был принят в почетные члены племени тунгаев. Здравствуй, брат! (Обнимает профессора.)

Федор Тимофеевич. Итак, Батуалла, по обычаю, я и мои потомки становятся членами вашего племени.

1-й киллер. Воистину так!

Сергей Артамонович. Это несколько неожиданно! Единственный в нашем районе граф и вдруг член племени тунгаев…

Костя. Не переживайте, предок Пушкина Ганнибал тоже был из Африки.

Сергей Артамонович. Убедительно!

Федор Тимофеевич. Ну что ж, внучка, тебе решать. Неужели ты согласна выйти за него замуж?

Марина. Соглашайся!

Юрий Юрьевич. Елена Константиновна, я умоляю вас стать моей…

Елена. Секретаршей?

Юрий Юрьевич. Женой!

Елена. Юрий Юрьевич, чтобы спасти вас, я согласна… дать согласие!

Юрий Юрьевич. А если бы к моему горлу не был приставлен нож?

Елена. Не знаю…

Юрий Юрьевич. И на том спасибо.

Елена. Но у меня есть одно условие.

Юрий Юрьевич. Какое?

Елена. Сейчас… (Набирает номер телефона.) Алло, Поленька, это Лена Куропатова… Нет, я не о выходном пособии. Сейчас соединю тебя с шефом. Да, он у меня. А чему ты так удивляешься? Хочу тебя предупредить, от стрессов силикон иногда пропадает, как молоко… (Протягивает трубку Владимирцеву.)

Юрий Юрьевич. А что я ей должен сказать?

Елена. Вы не догадываетесь?

Юрий Юрьевич. Нет.

Елена. Тогда, к сожалению, я не смогу дать согласие.

1-й киллер. Матуалла, енги-банг!

Юрий Юрьевич (схватив трубку). Алло, Полина Викторовна, это я… Да, все нормально… Вы уволены!

Марина. Молодец, Ленка! Как чувствовала, свадебное платье купила. Будем считать, что сегодня у нас обручение, а завтра — в ЗАГС.

Лидия Николаевна. Это мы еще посмотрим.

Сергей Артамонович. Ну и прекрасно! Видите, Юрий Юрьевич, как все удачно вышло! А вы, Батуалла, не переживайте, свидетельство о браке мы вам по факсу вышлем. У вас в племени есть факс?

1-й киллер. У нас в племени все есть. Но так нехорошо!

Елена. Почему?

1-й киллер. Потому что это у вас, белых людей, сначала ЗАГС, потом факс. А у нас, тунгаев, по-другому. Сначала гриб «чок-чок», а потом сразу — «халам-бунду».

Лидия Николаевна. Что значит «халам-бунду»?

Марина. Я, кажется, догадалась! (Шепчет на ухо свекрови, потом Елене и Юрию Юрьевичу.)

Лидия Николаевна. Какой ужас! Федя, неужели это правда?

Федор Тимофеевич (пожимает плечами). Тунгаи — дети природы…

Юрий Юрьевич. Ну почему сразу — ужас?

Елена. Нет. Я думала, это просто…

Костя. Соглашение о намерениях?

Елена. Да! О намерениях… (Юрию Юрьевичу.) Я ведь даже не знаю, любите ли вы меня?

Юрий Юрьевич. До гроба!

Елена. Вы говорите правду?

Юрий Юрьевич. Перед смертью не лгут. А вы? Вы меня любите?

Елена. Не знаю…

Юрий Юрьевич. Не знаете? Батуалла, енги-банг!

Елена. Люблю! Давно уже люблю! А ты ничего не замечал… Ничего!

Лидия Николаевна. Понаблюдательнее надо быть, молодой человек!

Елена плачет. Марина и Лидия Николаевна ее успокаивают.

Костя. Марин, а помнишь, как я тебе в любви объяснился?

Марина. Конечно, помню! (Обнимает мужа.)

Юрий Юрьевич. Марина, Костя, Лидия Николаевна, Федор Тимофеевич! Я прошу у вас руки Елены Константиновны!

Марина. Соглашайся, дочка!

Костя. Соглашайся. Он, конечно, жучила, но не трус!

Лидия Николаевна. Соглашайся, внучка! Мы его перевоспитаем.

Сергей Артамонович. Соглашайтесь, молодая графиня! Конечно, это — мезальянс. Но ведь и граф Разумовский был простым певчим. Тем не менее, государыня императрица…

Лидия Николаевна. А вас никто не спрашивает! Федя, ты-то что молчишь?

Федор Тимофеевич (помедлив). Если любишь — соглашайся.

Елена. Я согласна. Но я еще никогда не обнимала мужчину… ногами.

Марина. Леночка, какая разница сегодня или завтра. Все равно без «халам-бунду» в браке не обойтись!

Елена. Ладно, я попробую…

1-й киллер. По обычаю, первый «халам-бунду» должен совершиться на глазах всего племени на шкуре священного льва. (Разворачивает на полу шкуру.) Чтобы без обмана.

Елена. При всех? Ни за что!

Юрий Юрьевич. Действительно, неловко как-то. Боюсь, у меня не получится…

1-й киллер. И это говорит мужчина! Матуалла, енги банг!

Матуалла снова достает нож.

Елена (обреченно). Хорошо, хорошо пусть будет по-вашему…

Батуалла и Матуалла дают молодым по щепотке порошка «чок-чок», потом что-то начинают оживленно обсуждать. При этом Батуалла показывает один палец, а Матуалла два…

Марина. О чем они спорят?

Федор Тимофеевич. Не знаю. У профессора Корнуэлла об этом не написано.

1-й киллер. Перед первым «халам-бунду» мы теперь устраиваем тотализатор и делаем ставки.

Лидия Николаевна. Какие еще ставки?

Марина. Я поняла! (Шепчет на ухо свекрови.)

Лидия Николаевна. Кошмар!

Марина. Мама, ну почему же кошмар? Даже интересно…

Лидия Николаевна. Ох, Маринка!

Федор Тимофеевич. Не могу я на это смотреть!

Костя. Да, конечно, пойдемте.

Лидия Николаевна (мечтательно). Федя, а помнишь?

Федор Тимофеевич. Лида!

1-й киллер. Куда вы?

Костя. У нас принято, наоборот, оставлять молодоженов наедине.

1-й киллер. Все у вас не по-людски.

Все идут к двери. Остаются только молодые, Сергей Артамонович и тунгаи. Елена и Владимирцев робко целуются.

Лидия Николаевна (останавливаясь в дверях). Сергей Артамонович! Вы разве член племени тунгаев?

Сергей Артамонович. Простите, графиня, увлекся… (Нехотя уходит.)

Батуалла. Погоди, человек с живыми усами! Мне понравилось, как ты целуешься! У нас скоро юбилей великого вождя Иатуаллы. Будет большой прием под священным баобабом. Жареные антилопы. Огненная вода из гриба «чок-чок». Приезжай! Расходы мы оплатим.