Как боги. Семь пьес о любви - Поляков Юрий Михайлович - Страница 38

Юрий Юрьевич. Верно! Я замечал. Тянут, тянут…

Сергей Артамонович. По-другому нельзя, иначе к приезду главного гостя на столах ничего не будет. Икры уж точно не останется. Моя задача — скрасить это ожидание. Я вхожу и всех троекратно перецеловываю… Некоторые понимают приветственный поцелуй упрощенно. Мол, обнялись и обслюнявили друг другу щеки. Нет, нет и еще раз нет! Троекратный поцелуй — это сложнейший обмен тонкими энергиями… Кроме того, у меня есть свое «нау-хау». Фирменный прием.

Марина. Какой же?

Сергей Артамонович. Во время поцелуя я слегка шевелю усами. Вот так!

Марина. Я заметила.

Сергей Артамонович. Женщинам, особенно одиноким, очень нравится. Некоторые несколько раз подходят. Меня постоянно приглашают на приемы, презентации, званые вечера, торжественные обеды… Нарасхват! И неплохо платят. Иной раз я даже всюду не поспеваю и начал подумывать о помощнике. Дублере, так сказать. Юрий Юрьевич, идите ко мне в дублеры! За два месяца я научу вас так троекратно целоваться, что вам не придется думать о хлебе насущном.

Юрий Юрьевич. А что?! Это идея! Леночка, как вы считаете?

Елена. Почему бы и нет? Потренируетесь с Полиной!

Юрий Юрьевич. А если с вами?

Елена. Никогда!

Болик (отчаявшись). Не перепиливаются наручники. Автогена в доме нет?

Марина. Где-то был напильник.

Уходит в поисках напильника.

Сергей Артамонович. Занятия можем начать прямо сейчас. Для этого нам никто не нужен. Расслабьтесь! Подумайте о чем-нибудь хорошем!

Юрий Юрьевич. Не могу. Не могу расслабиться! Сначала мне нужно разобраться с Калмановым…

Лидия Николаевна (вскакивая). Вспомнила! Ну конечно! Как же я забыла? Инночка Калманова! Она была моей аспиранткой, писала диссертацию об организации социалистического соревнования в пионерском отряде. Сначала за ней ухаживал Коля Иванов с кафедры русского фольклора. Федя, помнишь, такой обходительный мальчик? Сейчас большой человек — депутат израильского кнессета. Но вышла она замуж не за Колю, а за журналиста Леву Калманова. Инночка сдавала кандидатский минимум уже беременной, а потом даже приносила своего мальчика на кафедру И звали его… звали…

Юрий Юрьевич. Игорь?

Лидия Николаевна. Да, именно — Игорек. Изумительный мальчик. Такой живой! Я носила тогда античную камею. Николай Ферапонтович во время гражданской войны в какой-то дворянской усадьбе… нашел. Так вот, Игорек все ручонки тянул к камее…

Юрий Юрьевич. Он всегда к чужому ручонки тянет. А потом вы с ними общались?

Лидия Николаевна. Конечно, перезванивались. Инночка работала в горкоме и всегда поздравляла меня с седьмым ноября.

Юрий Юрьевич. А когда вы в последний раз перезванивались?

Лидия Николаевна. Недавно. Она поздравляла меня с шестидесятилетием.

Елена. Бабушка! Это же было двенадцать лет назад.

Лидия Николаевна. В самом деле? Как летит время!

Елена. Бабушка, у тебя должен быть ее телефон!

Лидия Николаевна. Конечно, я никогда ничего не выбрасываю… (Ищет, потом листает записную книжку.) Когда-то давно я выкинула одну бумажку. Оказалось, это уникальное письмо Миклухо-Маклая с Огненной земли в Русское географическое общество. Федя со мной чуть не развелся. С тех пор я ничего не выбрасываю. Вот он — телефон…

Елена. Звони, бабушка!

Юрий Юрьевич. Бессмысленно. Прошло двенадцать лет. Все изменилось…

Лидия Николаевна. Это у вас, новых русских, все изменилось. А у нас, старых советских, все осталось по-прежнему: и квартиры, и телефоны, и мужья, и принципы…

Лидия Николаевна набирает номер. Все, затаив дыхание, ждут.

Лидия Николаевна (огорченно). Неправильно набран номер.

Юрий Юрьевич. Я же говорил: все бессмысленно…

Елена. Бабушка, дай сюда книжку! (Берет книжку.) Ну конечно: в этих номерах изменилась первая цифра. Вместо единицы нужно набирать девятку.

Елена набирает, а услышав гудки, отдает трубку бабушке.

Лидия Николаевна. Алло! Инночка! Алло! Здравствуй, Инночка! Не узнаешь?.. Ай-ай-ай! Забыла свою старую научную руководительницу… Ну конечно же я! Да, Лидия Николаевна… И я очень рада тебя слышать! Ну как ты живешь, милая? Почему не звонишь?.. Нет, я жива, как слышишь. Давно уже на пенсии… И ты тоже на пенсии? А Лева?.. Тоже на пенсии. То-то я его статей в «Правде» давно не вижу… Теперь печатается в еженедельнике «Путеводитель по сексу»? Да уж — седина в бороду, бес в ребро… Совершенно лысый и толстый? А был спортивным и кудрявым… Шнурки себе завязать не может? Кто бы мог подумать! Ох, эти мужчины без женщин никуда! В детстве мама шнурки завязывает, а в старости — жена…

Федор Тимофеевич. Я сам себе шнурки завязываю.

Елена. Бабушка, какие шнурки! Спроси ее про сына!

Лидия Николаевна. Сейчас, спрошу… (В трубку.) Инночка, я давно хотела тебя спросить, как ты относишься к тому, что вместо социализма с человеческим лицом сделали нам капиталистическую козью морду?

Слушает ответ, удовлетворенно кивая.

Елена. Бабушка, о чем ты спрашиваешь!

Юрий Юрьевич. Все правильно! Бабушка — молодец. Это написано во всех учебниках по бизнесу: прежде чем выудить нужную информацию, надо сначала установить с человеком неформальный контакт на основе общих интересов.

Лидия Николаевна. Ты за кого, Инночка, голосовала на выборах? Ты… Ты? Как ты могла! (Ехидно.) Значит, ты теперь стоишь на позициях правых оппортунистов. Поздравляю! Не ожидала от тебя, не ожидала! Прав был Ленин: классовое сознание определяет всё! У твоего сына, кажется, своя прачечная?.. Как это — нет прачечной? А я слыхала…

Юрий Юрьевич. Не надо про прачечную, это я образно выразился.

Лидия Николаевна. Кто сказал про прачечную? Да так один… Не будем об этом… Как мы живем? Как все: боремся, ходим на демонстрации… Что Федор Тимофеевич поделывает? Сидит… Нет, не в том смысле. Он сидит на стремянке и передает тебе привет… Костя? С Костей просто беда. Пьет… Лев Соломонович тоже? А кодировать пробовали?.. Сам себя раскодировал? На какой день?.. На двадцать пятый? Ну, это еще ничего! Костя сам себя раскодировал на третий день. Он же у нас ученый!

Федор Тимофеевич. Лида, не надо об этом! Это наши семейные дела. Зачем ей знать!

Елена. Про Игоря спроси?

Лидия Николаевна. Сейчас спрошу. А как там Игорек, не пьет?.. Играет? Пусть играет. Мужчины — большие дети. Федя тоже в шахматы играет… Сколько? Сто тысяч долларов в казино проиграл! Кошмар…

Юрий Юрьевич. Вот они где, мои денежки!

Возвращается Марина. Вручает Болику напильник.

Лидия Николаевна. А жена куда смотрит?.. До сих пор холостой? Может, и правильно. (Смотрит на Марину.) Если бы Костя не женился — не пил бы…

Марина. Ну конечно, я во всем виновата!

Лидия Николаевна. А кто еще? Ты и демократы… Нет, Инночка я это не тебе… Да, представляешь, до сих пор не развелся… Я тоже, как и ты, считала, что это у него ненадолго. Оказалось, всерьез и надолго… Леночка? Леночка выросла. Работает бухгалтером. Работала… У одного мерзавца. Он ее уволил за то, что она отказалась подделывать финансовые документы… Все подделывают? Но ведь это ужасно, ужасно…

Юрий Юрьевич. Я больше не буду!

Елена. Бабушка, он больше не будет! Спроси ее про Игоря! Где он?