Mass Effect - Карпишин Дрю - Страница 159

— Ты сказал брать людей живыми, — ответила одна из азари.

— Я имел в виду ее, а не его! — воскликнул батарианец.

— Ты уверен, что этого хочет Ария? — уточнила азари.

По крайней мере, теперь Андерсон знал, на кого работают их похитители, хотя он не мог понять, зачем они могли понадобиться легендарной королеве пиратов.

— Ну хорошо. Веди их на корабль.

Андерсон решился заговорить:

— Она в шоке, — сказал он, кивнув на Кали.

Его голос показался ему самому странным — из-за сломанного носа.

— Если Арии мы нужны живыми, осмотрите ее раны.

— Ведите их на корабль и сделайте обоим по уколу панацелина, — приказал батарианец. — Потом загрузите данные из лаборатории и установите взрывчатку. Я хочу убраться отсюда до прибытия подкрепления.

Батарианцы протащили их по стыковочному трапу вовнутрь пиратского фрегата и грубо усадили их в расположенные у стены кресла. Андерсон взвыл, когда всем весом упал на свои руки, скованные сзади наручниками, а Кали закричала от боли, и он мог только представить, что она почувствовала, упав на свои сломанные пальцы.

— Снимите с нее наручники, — сказал он.

— Побеспокойся о себе, — сказала одна из азари, всаживая ему в плечо длинную иглу.

Через несколько секунд все погрузилось в темноту.

Глава 16

Когда Андерсон пришел в себя, он обнаружил, что лежит на большом удобном диване в хорошо обставленной гостиной.

Стряхивая остатки головокружения, вызванного панацелином, он повернулся набок, спустил ноги на пол и встал. Он тут же понял, что на нем нет одежды, и заметил, что его майка и трусы аккуратно сложены на стоящем рядом с кроватью стуле. Они совершенно явно были тщательно выстираны, никаких следов крови из разбитого носа. Рядом с нижним бельем лежали брюки, рубашка, носки, и даже стояла пара ботинок.

Удивленный, он медленно оделся и быстро обследовал комнату. В одном конце комнаты находились старинные двойные двери на петлях, слегка приоткрытые. За ними он увидел большую шикарную постель. На другом конце комнаты находилась современная автоматическая дверь — закрытая и, судя по красному огоньку на дверной панели, запертая.

Одежда ему не принадлежала. Но сидела отлично. Стараясь двигаться как можно бесшумнее, он подошел к запертой двери и нажал на дверную панель. Он услышал сигнал, но дверь не открылась. Несмотря на дорогое окружение, он был пленником.

Но где Кали?

Двигаясь быстро, но тихо, он подошел к двойным дверям и осторожно приоткрыл их. К его облегчению, Кали лежала на кровати, укрытая несколькими одеялами. Видимо ее тоже раздели. Кто-то сложил ее одежду на стул рядом с кроватью, но Андерсон заметил, что это та же одежда что была на ней, когда их взяли в плен.

Она мягко сопела, все еще не придя в себя от воздействия панацелина и длительного недосыпания.

Подойдя ближе, он с облегчением увидел, что ее пальцы не сломаны, а вывихнуты. Может, ей потребуется неделя, чтобы восстановить руки, но, по крайней мере, кто-то оказал ей первую помощь.

Он подошел к зеркалу и осмотрел свое отражение. Его раны тоже кто-то обработал, нос был вправлен, и разбитая губа залечена. Если бы не пара небольших синяков и припухлостей, было бы трудно сказать, что ему крепко досталось.

Он было подумал разбудить Кали, но потом решил дать ей еще немного поспать. Они все равно не смогли бы ускользнуть из золотой клетки прямо сейчас, а ей был необходим отдых. Он вернулся на диван и на минутку закрыл глаза.

— Эй, солдат, — прошептал ему прямо в ухо чей-то голос. — Подъем.

Андерсон открыл глаза и увидел, что перед ним стоит Кали, полностью проснувшаяся и одетая.

— Я, должно быть, задремал, — пробормотал он, садясь.

— Ты храпел как элкор-астматик, — сказала она ему.

— Я не виноват, — возразил он. — Эти ублюдки сломали мне нос.

Кали подняла свои вывихнутые пальцы:

— Ты еще легко отделался.

— Как же ты оделась? — спросил Андерсон.

— Это было нелегко, — признала она и добавила кокетливо, — если бы ты не спал, я бы попросила тебя помочь мне.

Ситуация была слишком щекотливой для Андерсона, чтобы улыбаться, но он постарался.

— Мне кажется, тебе надо выпить, — сказала Кали. — И я бы тоже не отказалась. Я нашла в углу бар, но я не могу налить себе.

Андерсон поднялся и направился в угол.

— Вот там. Открой шкафчик.

Выполнив ее просьбу, он обнаружил богатый ассортимент качественного дорогого алкоголя на вкус любой расы: от кроганского ринкола до илассы — любимого напитка азари.

Он решил не выбирать ничего экзотического и налил в два стакана бренди.

— Со льдом? — спросил он.

— Чистый, — ответила Кали.

Андерсон принес стаканы к дивану, на котором сидела Кали. Она неуклюже — из-за своих поврежденных пальцев — взяла у него стакан.

— Ты знаешь, почему нас здесь держат? — спросила она, сделав глоток.

— Я думаю, с нами хочет встретиться Ария, — ответил он, все еще стоя перед ней. — Но я не знаю, сколько нам придется ждать.

— Устраивайся поудобнее, — сказала Кали, похлопывая по дивану рядом с собой.

Андерсон сел рядом ней и осушил свой стакан одним глотком.

— Как ты думаешь, это имеет отношение к Грейсону? — спросила Кали, пока он наклонялся, чтобы поставить свой стакан на журнальный столик.

— Я удивлюсь, если нет.

Кали потягивала свой бренди, и Андерсон вдруг понял, что они сидят гораздо ближе друг к другу, чем это было необходимо — на диване было много свободного места. Но он почему-то подвинулся к ней еще ближе.

Он знал, что есть вещи, о которых Кали не хотелось бы разговаривать прямо сейчас. Но он все же решил спросить:

— Что тебе удалось обнаружить в лаборатории?

— Ты был прав, — признала она. — «Цербер» имплантировал Грейсону какую-то технологию Жнецов. Что-то сходное с кибернетикой, только более агрессивное, быстро развивающееся. И гораздо более сложное. У них были только предварительные результаты, но они как-то изменяли его, превращали его в… я не думаю, что сама понимаю, во что.

— Это можно остановить? — спросил Андерсон. — Обратить?

— Я не знаю, — мягко ответила Кали.

— Мне жаль, что я втянула тебя во все это, — сказала она, сделав еще несколько глотков бренди. — Если бы не я, ты бы здесь не оказался.

— Я останавливался и в гораздо худших гостиницах, — ответил Андерсон, пытаясь обратить все в шутку.

— Но, по крайней мере, ты мог выехать оттуда, — мрачно ответила она.

Андерсон протянул руку, обнял Кали за плечи и привлек к себе. Она повернулась и положила голову ему на плечо.

— Мы и это переживем, — пообещал он ей. — Когда-нибудь. Как-нибудь. Мы это переживем.

Он посмотрел ей в глаза, и она запрокинула голову, чтобы он мог лучше ее разглядеть. Он медленно приподнял ее голову, приближая свои губы к ее.

Автоматическая дверь отворилась с резким скрипом, и их обоих словно отбросило друг от друга.

— Черт, — выругалась Кали, стакан неловко выпал из ее руки, и остатки бренди пролились на колени.

Послышался грубый смех и вскоре в комнате появились три азари, кроган и два батарианца. Пока дверь за ними закрывалась, Андерсон краем глаза заметил в коридоре за ней еще двух кроганов.

Батарианцы и кроган ухмылялись, Андерсон догадался, что смеялись именно они. Он узнал одного из батарианцев: это был Санак, командир тех, кто напал на них на станции.

Две азари выглядели как близняшки, хотя были ли они таковыми на самом деле ему — как человеку — было непонятно, но разницы между ними он не видел. Третьей азари, стоящей посередине, была сама Ария Т'Лоак.

— Мы не помешали? — спросила она, чуть приподняв уголки губ в улыбке, словно увиденное ее забавляло.

И Андерсон, и Кали поднялись, но ни один не ответил. Андерсон почувствовал, что краска стыда заливает лицо, но Кали была невозмутима. В ее взгляде не было ничего, кроме ненависти к незваным гостям.

— Вы знаете, кто я? — спросила Ария.