Такая удивительная Лиговка - Векслер Аркадий Файвишевич - Страница 99

В 1898 г. Конон Васильев содержал здесь полотерную мастерскую, Михаил Алексеевич Киселев – экипажно-кузнечную мастерскую, унаследованную Екатериной Ивановной Киселевой (1904 г.), купец Иван Васильевич Кондратьев – торговлю парчой, Филипп Андреевич Мосичкин и домовладелец мещанин Николай Матвеевич Пономарев – ломовые извозы, Спиридон Семенов – легковой извоз. В 1905–1910 гг. Алексей Семенович Давыдов содержал сапожную мастерскую, Евдоким Иванович Иванов – ломовой извоз, Ефим Матвеевич Носов – легковой извоз, Петр Никитович Радышевцев – торговлю сеном, Федор Федорович Симаков – бондарную мастерскую, Николай Семенович Хлыстов – кузницу, дворянка Анна Александровна Ясакова – мелочную торговлю.

В 1914 г. после смерти владельца имущество перешло вдове Татьяне Владимировне Пономаревой по духовному завещанию, утвержденному 13 августа 1903 г.

В годы блокады в доме № 100 жил с женой Анной Степановной (урожденной Гусевой) будущий первый секретарь Ленинградского ОК КПСС Григорий Васильевич Романов.

Г.В. Романов (1923–2008) – советский партийный и государственный деятель. Родился в деревне Зихново, ныне Боровичевского района Новгородской области. В 1941 г. с первых дней Великой Отечественной войны стал солдатом Ленинградского фронта. Прошел всю войну. Находился на фронте в составе войск Ленинградского, 3-го и 2-го Прибалтийских фронтов. Принимал участие в обороне и прорыве блокады Ленинграда, в его полном освобождении от вражеской осады. В 1944 г. в действующей армии вступил в ряды КПСС. Завершив после войны учебу в Ленинградском кораблестроительном техникуме, куда поступил еще в 1938 г., работал конструктором, начальником сектора, заместителем главного конструктора проекта ЦКБ завода им. А.А. Жданова Министерства судостроительной промышленности СССР. Без отрыва в 1953 г. от производства окончил Ленинградский кораблестроительный институт.

В 1955–1957 гг. – секретарь парткома, парторг ЦК КПСС на заводе. В 1957 г. избран секретарем, а затем первым секретарем Кировского райкома КПСС в Ленинграде. Затем началось стремительное восхождение Романова: секретарь Ленинградского горкома КПСС (1961–1962), секретарь (1962–1963), второй секретарь Ленинградского обкома КПСС (1963–1970). С сентября 1970 г. – первый секретарь Ленинградского обкома КПСС, член Военного совета Ленинградского военного округа. Избирался депутатом Верховного Совета СССР VII–X созывов. С 1971 г. – член Президиума Верховного Совета СССР. Возглавлял делегацию КПСС на XVIII съезде Компартии Финляндии (1978) и партийно-государственную делегацию на праздновании 20-летия революции на Кубе (1979). Награжден тремя орденами Ленина, орденом Октябрьской геволюции, орденами Трудового Красного Знамени, «Знак Почета» и медалями. В 1985 г. снят со всех постов. В последние годы жил в Москве, где его дочь руководила коммерческим банком.

Собиратель и популяризатор городского фольклора Н.А. Синдаловский собрал немало анекдотов, героем которых был Романов:

«С именем Романова связано появление в Петербурге Концертного зала «Октябрьский», построенного к 50-летию Октябрьской революции. Идея будто бы принадлежала самому первому секретарю обкома КПСС, и он лично курировал проектирование здания. Но когда проект был уже готов, и времени для его реализации оставалось мало, выяснилось, что место для строительства вообще не определено. Исполнители нервничали, постоянно напоминая об этом Григорию Васильевичу. Однажды, как рассказывает легенда, такой разговор зашел в машине первого секретаря по пути от Московского вокзала в Смольный. Романов не выдержал и махнул рукой: "Вот здесь и стройте!" Машина в это время проезжала мимо Греческой церкви, построенной в свое время усилиями греческой общины Санкт-Петербурга вблизи греческого посольства.

Имя Романова вошло в пословицы и поговорки. "Зимний стоит, Елисеев торгует, Романов правит, Мариинка танцует" – стало чуть ли не визитной карточкой того времени. Имя первого секретаря вошло составной частью в неофициальную ленинградскую топонимику. Комплекс защитных сооружений, строительство которого началось при Романове, в народе стали называть "Дамбой Романовной" О нем слагали легенды и рассказывали анекдоты: "Вы не знаете, почему Невский перекопали?" – "Романов потерял свою любимую заколку". Романову были посвящены детские дворовые игры и забавные школьные страшилки. Далеко не все представители царской фамилии могли похвастаться таким количеством фольклора о себе, как Романов. Даже инициалы Григория Васильевича стали объектом фольклора и в конце концов заслонили собой фамилию первого секретаря. За глаза его стали называть «ГэВэ». Расхожей поговоркой того времени стала фраза: "Живет Романов по-романовски". Вариации на тему «династической» фамилии продолжались в прозвищах. Даже в коридорах Смольного его иронически называли "Последним Романовым".

Очевидцы рассказывают об ежедневном обязательном ритуале, который, не смущаясь окружающих, совершали охранники, сопровождавшие Романова домой после работы в Смольном. Как только машина останавливалась, следовало сообщение по рации: "Первый прибыл на объект". Среди малолетних жителей этого «объекта» родилась уникальная игра, которая так и называлась: "Первый прибыл на объект". Участниками этой детской игры были: Первый, Охранник, Телохранитель и Шофер. К сожалению, мы не знаем интонационной окраски этой диковинной дворовой забавы. Зависть? Ирония? Равнодушие?.. Но в нашем собрании городского фольклора есть школьная страшилка – образец одного из популярнейших жанров ребячьего мифотворчества, зарождавшегося как раз в те годы:

В скандальной мифологии эпохи застоя особое место занимает нашумевшая легенда о необыкновенно роскошной свадьбе дочери Григория Васильевича, устроенной им будто бы в Таврическом дворце среди великолепных интерьеров блестящего екатерининского вельможи. Мало того, для свадебного стола хозяин Ленинграда будто бы приказал взять из Эрмитажа царский парадный сервиз на сто сорок четыре персоны.»[89].

В конце 1860-х гг. на участке находился двор купца 2-й гильдии с 1856 г. подрядчика Николая Ивановича Котова (1822–1887), сдаваемый под ломовые извозы Якову Ивановичу Баранову и Николаю Петровичу Гальцову. Котову принадлежал и дом № 104.

В 1875 г. во владение участком вступил крестьянин Петербургской губернии Московско-Ямской слободы Александр Михайлович Барышников. Архитектор А.А. Щедрин тогда же оценил домовладение в 22 тыс. руб., отметив, что на участке в 560 кв. саженей выстроены каменный двухэтажный лицевой дом длиной по набережной 8 саженей и одноэтажные службы по обеим сторонам двора. Деревянные строения, по заключению архитектора «выстроены неправильно, прочностью не отличаются» и в оценку не приняты. После смерти мужа с 25 мая 1885 г. вдова Лукерья Ивановна Барышникова управляла имуществом до 1901 г. В 1898 г. домом владели также ее дети: Анна, Людмила и Константин.

9 ноября 1901 г. во владение вступила жена петергофского мещанина Екатерина Александровна Афанасьева-Жукова. В 1908 г. она вышла замуж за потомственного гражданина Ивана Михайловича Вагина. В 1918 г. по ее духовному завещанию, утвержденному 23 мая, имущество передано Константину Александровичу Барышникову, владевшему участком и в 1917 году. Все строения на участке до 1917 г. сдавались под извозы и сопровождающие их мастерские.

На втором участке купца 2-й гильдии Н.И. Котова площадью 420 кв. саженей были построены каменный трехэтажный дом с таким же двухэтажным флигелем по задней границе двора, одноэтажные конюшни и службы.

В 1890 г. Александро-Невское общество трезвости открыло здесь одну из своих чайно-столовых (всего Общество содержало десять чайно-столовых и одну чайную, где бедные обслуживались за символическую плату, а совсем неимущие – бесплатно).