Предлагается невеста с хорошей родословной (СИ) - Чуб Елена Петровна - Страница 84

— Чем я могу помочь? — Эльф смотрел на меня все еще не слишком доверчиво, но от его предложения я отказываться ни в коем случае не собиралась.

— Я нажимаю ей пять раз, вот так, — демонстрирую наглядно. — А вы делаете искусственное дыхание.

— Что я делаю? — недоуменно переспросил мужчина.

— Зажимаете ей нос и пытаетесь вдохнуть в ее рот воздух.

— А… Вы уверены, что это подействует?

— Если и дальше будете продолжать болтать, то неуверенна! — Гаркнула я, и показала собственным примером, как ему нужно действовать. Внимательно проследив за процессом, эльф понятливо кивнул, и присел рядом с Маринкой.

И понеслось. Прекрасно понимая, что с каждым мгновением шанс на благополучный исход, становится все призрачнее и призрачнее, я с нежданным от себя остервенением, пыталась заставить биться остановившееся сердце подруги. Руки устали неимоверно, и порезанное плечо, после каждого движения, отдавало тупой ноющей болью, на что я старалась не обращать внимания. Мой добровольный помощник был на высоте. Быстро разобравшись с нехитрой техникой оказания первой медицинской помощи, он четко и своевременно исполнял свое задание. Но после каждого раза, он бросал на меня все более и более неуверенные взгляды. Хорошо, что при этом молчал, а не то бы я точно сорвалась.

Когда по телу Маринки прошла легкая судорога, у меня прямо камень с души свалился, а эльф недоверчиво уставился на подающую первые признаки жизни девушку.

— Она… оживает?

— Делайте ей вдох, — нетерпеливо прервала я его. — Сейчас нельзя останавливаться.

Едва он только наклонился над Маринкиным лицом, та неожиданно распахнула глаза, и, увидав нависшего над собой эльфа, резко вскинула вверх руку со сжатыми в кулак пальцами. Не ожидавший такой резвости от предположительной покойницы, мужчина даже не успел уклониться, в результате чего получил довольно ощутимый удар в переносицу.

Глава 26

После того как подруга более-менее пришла в себя, ее перетянули на нашу стоянку, причем обиженный ею эльф, категорически отказался этому способствовать. И не удивительно: благодаря Маринкиному рукоприкладству, под обоими глазами красавчика, медленно, но верно образовывались темные круги. Зрелище — умопомрачительное. Даже его длинноухие соотечественники старательно отводили глаза от своего взбешенного товарища, стараясь скрыть проскальзывающие то и дело на их лицах усмешки. Вцепившись обеими руками в поднесенную Тайлитой парующую кружку, наполненную горячим ароматным отваром, подруга тяжело вздохнула, украдкой посмотрев на отошедшего в сторону, подальше от всех, эльфа.

— Маринка, ну ты даешь. — Выговаривала я некоторое время спустя, виновато понурившей голову подруге. — Человек тебе жизнь спас, а ты с ним так поступила.

— Не человек, а эльф. — Все так же, не поднимая головы, буркнула, закутанная в несколько одеял девушка. — И вообще, я же не специально его ударила. Оно как-то само получилось. Глаза открываю, а надо мной непонятно что нависло, в глазах туман стоит, подумала, что это та гадость со щупальцами мной перекусить решилась.

— Не вздумай еще, кому это рассказать. — Понизив голос до еле слышного шепота, посоветовала я подруге. — Если этот блондинистый эльф узнает, с кем именно ты его перепутала, еще инфаркт хватит, оправдывайся потом перед его сородичами… Он и так после твоей выходки в себя никак не придет. — Маринка после моих слов еще больше опечалилась, и опустила голову вниз.

— Элена, оставь ее в покое, — подошедший к нам с еще двумя кружками в руках Антариэль, вручил одну из них мне, и, усевшись рядом, принялся небольшими глоточками отпивать из своей. — Ей и так досталось, а теперь еще и ты…

— Марина, — повернулся он к девушке, печально разглядывающей содержимое своей кружки, — постарайся хотя бы некоторое время не дразнить его, а не то мало ли что. Эльфы — народ высокомерный и злопамятный до ужаса. А альтэ Талионэорвиэль, считается у них одним из лучших бойцов. Представь, каково ему сейчас от осознания того, что ему подпортила физиономию какая-то человеческая девчонка. И еще, как только он остынет немного, с твоей стороны было бы уместно принести свои искренние извинения. Все-таки это он тебя нашел и касарка тоже он прикончил, мы с Кэриэнталем, совсем в другом месте тебя искали.

— Да я не против извиниться, — тоскливо объяснила Маринка, — только он даже слушать меня не станет. И так до этого, старался как можно дальше держаться, а теперь — так вообще…

Сестрица, страдающая от того, что на нее не обращает внимание мужчина — это нечто невообразимое. Обычно все наоборот как-то происходило. А сейчас сидит вся из себя задумчивая, вздыхает, и как-то не по себе даже становится. Неужели и правда влюбилась? И эльф еще этот… на него магия «Говорящих», судя по всему, совсем не действует, а Маринка уже сама себя убедила в том, что этот красавчик-дедуля, практически в ее руках. А тут такой облом. Что же делать-то?

— Эйлена, не вздумай вмешиваться. — Немного напряженный голос Антариэля отвлек меня от размышлений на тему как бы попытаться помочь страдалице. Заглянув во внимательно разгадывающие меня, синие глаза, я сделала вид, что не понимаю о чем собственно речь. Не прошло.

— Я серьезно. Они достаточно взрослые, чтобы самим разобраться.

На следующий день, уже вечером, подъезжая к воротам Лиезэна, я припомнила Антариэлю его слова:

— И ты говорил, что они сами разберутся. — Возмущенно киваю на, пасмурно сидящую в седле у Кэриэнталя, Маринку. Та чуть не плакала, и так с самого обеда, когда мы на очередной привал расположились. А все из-за одного психически неуравновешенного эльфа. Подруга, в надежде, что тот более-менее успокоился после происшествия с касаркой, решила все-таки подойти и извиниться. Да и синяки у него уже почти сошли, у эльфов, оказывается организм как-то так интересно устроен, что на них все заживает гораздо быстрее, чем на представителях других рас. Подошла. Извинилась… на свою голову. Альтэ Талионэорвиэль, после того как Маринка к нему приблизилась и прощения попросила, как с цепи сорвался: Мало того, что орал как ненормальный, о том, чтобы «низкая человечка и близко не смела к нему приближаться», так еще и рукой замахнулся, с явным намерением залепить ошарашенной такой реакцией, девушке звонкую оплеуху. Сдержался в последний момент. Несколько мгновений они наверяще разглядывали один другого, затем Маринка молча развернулась к нему спиной, и направилась в мою сторону. Остаток вчерашнего дня и весь сегодняшний, подруга вела себя подозрительно тихо, даже со мной разговаривать не хотела. На холодного красавчика, который вел себя так, будто ничего особенного не произошло, все члены нашего маленького отряда, включая и остальных эльфов, кидали косые осуждающие взгляды. Но, судя по всему, того они мало трогали, и это еще сильнее накаляло ситуацию. То, что мы подъезжали к Лиезэну, еще больше все осложняло. Завтра мы должны были разделиться: Кэриэнталь с Бэртом и Тайлитой отправлялись в столицу, а я с Маринкой и Антариэлем, в сопровождении эльфов, должны были ехать в Элигерский Лес. Принц предложил моей подруге отправиться с ним ко двору, подождать, когда я вернусь обратно, но та категорически отказалась, объяснив это тем, что оставлять меня без присмотра среди высокомерных длинноухих хамов, совершенно не собирается. Причем, сказано это все было довольно громко, в расчете на то, что один определенный «длинноухий» ее обязательно услышит. И услышал. Нервно дернувшийся было в ее сторону эльф, сделав над собой усилие, заставил себя остановиться и сделать вид, что сказанные девушкой слова его совершенно не касаются.

А теперь мы въехали в Лиезэн. Городок хоть и не большой, но чистый и аккуратный. Последовав совету стоящих на воротах стражников, указавших нам направление, мы подъезжали к самой лучшей гостинице города. Ввалившись внушительной толпой, в гостеприимно распахнутую дверь добротного двухэтажного здания, мы заняли почти все свободное пространство, традиционно занимающего нижний этаж, обеденного зала. Подбежавший к нам, невысокий коренастый мужчина, оказавшийся хозяином этого заведения, поинтересовался чего угодно благородным господам.