Пора цветения - Эванс Глория - Страница 16

- Ничего себе, - пошутила Джин, - после сегодняшнего дня мне надо завтра опять брать выходной. - Прихватив по банке содовой, они спустились во двор и буквально рухнули, обессиленные, под персиковым деревом. - А у тебя намечается хороший урожай. Что ты собираешься делать с ним?

Майкл сорвал два самых румяных персика с нижней ветки.

- Угощать ими очаровательных женщин, которые настолько любезны, что тратят свои выходные, клеят со мной обои, одно удовольствие.- Он повернулся к ней и, опершись на локоть, смотрел, как она откусила от персика большой кусок.

- Очень сладкий.

Потянувшись к ней, он слизнул каплю влаги, оставшуюся у нее на губах. Она вздрогнула.

- Холодно? - спросил он, ухмыльнувшись.

Джин слегка отодвинулась от него.

- Сам знаешь, что нет. Просто я начинаю дрожать всякий раз, когда ты целуешь меня.

- Я никогда прежде не слизывал у тебя с губ персиковый сок.

- Ты прав. Дай-ка вспомнить. - Она потрогала пальцем губу. - Однажды это был клубничный джем, на прошлой неделе, когда я угощала тебя завтраком у себя дома. В другой раз - мороженое, когда мы зашли в кафе, после того как взяли напрокат машину для циклевки полов. Одно из двух: или я неряшлива за едой, или ты как-то не так на это реагируешь.

Он удивленно поднял брови, но не попался на ее удочку. Вместо этого поддел ее на свою.

- Я хочу попытаться достать билеты на Иствудский оркестр. Тебя это интересует?

Она широко раскрыла глаза и тут же села.

- Ну еще бы!

- Ты слушала его раньше?

- Нет! Я слушала Нью-йоркский симфонический несколько раз, а также европейские оркестры.

- Ну что ж, хорошо,- сказал он с явным удовлетворением.- Посмотрю, что можно предпринять. Хоть уже несколько поздновато, но, если мне удастся пустить в ход кое-какие связи, я смогу достать пару билетов.

Джин просияла.

- О, это было бы чудесно! - И видя, как он слегка ухмыльнулся и откусил от своего персика, непроизвольно потянулась к нему и слизнула каплю сока с уголка его рта.

Немедленно ответив на это проявление нежности, он отбросил в сторону свой персик и схватил ее за плечи.

- А вот это, - сказал он, наконец переведя дух, - я не могу оставить без ответа. Ты заходишь слишком далеко, дразня меня, и ты за это поплатишься.

Заметив озорные искорки в его глазах, она игриво улыбнулась.

- И что ты собираешься со мной делать? - Мысль о предстоящем концерте так захватила ее, что она заранее чувствовала себя на седьмом небе от радости.

- А вот сейчас увидишь! - Встав на колени, так что его широкие плечи нависли над ней, Майкл потянулся к ней губами. Его твердые губы открыли ее, мягкие и податливые, а язык то проникал глубоко в ее рот, то отступал, чтобы тут же проникнуть в него снова. От этого дразнящего поцелуя голова ее закружилась. А Майкл, приподняв футболку, осторожно сжал в руках ее груди, лаская и гладя их, а затем повалил Джин на траву.

Но вдруг она взвизгнула и, схватив его за плечи, начала отталкивать, извиваясь.

- В чем дело?… - начал он, но она уже села и схватилась за плечо с перекошенным от боли лицом. - Что такое?…

- Я не знаю, - выдохнула она. Лицо ее было искажено. - Пчела, наверное. Господи, как больно!

Майкл тут же потянулся к ней.

- Дай-ка я посмотрю.- Подняв повыше ее футболку, он осторожно вытащил жало из ранки и протянул, чтобы она рассмотрела его. - Ты была права. Это пчела.

Джин пыталась дотянуться до спины, чтобы потереть укушенное место.

- Ты себе не представляешь, как болит!

- Могу представить, бедная. Вставай. Пошли в дом. Холодный компресс тебе поможет.

Он быстро провел ее в кухню и, выхватив из холодильника кувшин с ледяной водой, смочил конец кухонного полотенца. Выжав воду, он приложил мокрую ткань к маленькому красному пятнышку, оставшемуся от укуса. Свободной рукой он придерживал ее футболку.

- Давай снимем ее. Так будет легче.

Раздетая, Джин и не подумала смутиться, до того она была обеспокоена болью в спине, которая усиливалась с каждой минутой.

- Лучше? - Он посильнее прижал мокрое полотенце к больному месту.

- Немножко. Я чувствую жжение.

- Это поможет.

Но холод не помог. Когда ткань согрелась, он снова намочил и приложил ее. Однако к тому времени Джин согнулась от боли. Широкие багровые полосы проступили у нее на коже. Она пыталась чесать их, царапать, но боль и жжение становились все сильней.

- Что же это такое? - обеспокоенно спросил Майкл, трогая эти полосы пальцем.

- Я не знаю. - Голос ее был слабым, сердце пульсировало сильными толчками, - Это абсурд какой-то. Всего лишь обычный пчелиный укус…

- Вот я и не пойму…

- Мне плохо. - Джин дышала с большим трудом, словно ей не хватало воздуха. - Я чувствую жар… и холод. Я задыхаюсь. Что со мной, Майкл?

- Тебя когда-нибудь раньше кусали пчелы?

- Нет, - заплакала она. - Кажется, нет. Не помню.

Швырнув в раковину полотенце, уже по-настоящему испугавшись, Майкл повел Джин к гаражу.

- Едем в больницу! Они там знают, что делать. - А когда она вся задрожала, он крепче прижал ее к себе. - Все будет нормально, дорогая. Только не волнуйся!

Ближайшая больница была милях в пяти от дома Майкла. Они показались им обоим бесконечными.

- Я ненавижу больницы, - шептала Джин.

- Тихо. Не разговаривай. Просто расслабься.

- Моя мать болела три месяца, прежде чем умерла, и мне приходилось ходить туда каждый день.

- Успокойся. Все будет нормально. Есть же способы, чтобы справиться с подобными вещами. И мы мигом вернемся домой.

- О Майкл… мне так жаль, что я доставляю тебе столько хлопот.

- Никаких хлопот. Я сам виноват.

- Ты не виноват. Я тебя спровоцировала.

Он нажал на тормоз перед красным светом и тихо выругался. И, едва проехали машины на поперечной дороге, рванул вперед, не дожидаясь зеленого.

- А если тебя остановит полиция…

- У нас будет эскорт. Это не повредит.

Джин закрыла глаза. Среди сменяющих друг друга волн жара и какого-то болезненного озноба ей было чуть легче, когда Майкл прижимал ее к себе. К тому времени, как они добрались до отделения "Скорой помощи", она уже почти задыхалась.

- Ты можешь идти? - спросил он, осторожно помогая ей выйти из машины.

- Думаю, да. - Но ноги у нее подкосились, и, прежде чем она осознала это, он подхватил ее на руки. Она чувствовала себя такой больной, что даже не протестовала.

Испытывая страшное головокружение и судорожно хватая ртом воздух, она едва сознавала, что он говорил медсестре за столом. А следующее, что она почувствовала, придя в себя, это то, что она лежит на столе для осмотра с кислородной маской на лице. В ужасе она уцепилась за руку стоявшего рядом Майкла.

Подошел врач и стал задавать какие-то вопросы. Джин испытала мягкое сжатие резинового жгута, когда мерили ее кровяное давление, холодное прикосновение стетоскопа к своему горячему телу. Потом она услышала, как кто-то просит Майкла выйти в коридор и подождать снаружи. Испуганная перспективой остаться здесь без него, она открыла

глаза и увидела, как он отрицательно качает головой. Но едва успела с облегчением вздохнуть, как почувствовала резкий укол в руку.

- Все в порядке, - шепнул он, наклонившись к ней и поглаживая ее лоб. - Просто укол адреналина. - Он крепко сжимал ее руку.

Потом врач спокойно стал объяснять ей, что произошло.

- У вас повышенная чувствительность к пчелиным укусам. Вам известно, что у вас склонность к аллергии? - Она покачала головой. - С вами никогда не было ничего подобного, в детстве, может быть?

- Я ее уже спрашивал об этом, - вмешался Майкл, - она сказала, что не помнит ничего такого.

Врач с минуту слушал ее сердце, потом сделал знак сестре, которая тут же вышла.

- Обычно в ее возрасте бывает уже не первый укус. Но в детстве она могла и не запомнить его. Он мог быть не такой сильный, как этот. Дышите глубже. Через несколько минут я сделаю другой укол.