Пшеничное зерно и океан - Яворски Митко - Страница 8

— В одной маленькой Звёздочке.

— Ненавижу звёзды — ни маленькие, ни большие — никакие, — рассердился Крысиный Царь.

— Моя Звёздочка живёт в моём сердце. Она никому не мешает…

— Даже если бы ты был настоящим принцем, я всё равно не стал бы тебя слушать. А теперь… У тебя осталась одна возможность. Признай себя виновным. Это единственное, что может тебе помочь.

— В чём виновным? — спросил Мальчик.

— Богатство моего царства — это темнота. Свет в нём — это самое отвратительное. А ты даёшь приют каким-то звёздочкам. Если признаешь себя виновным, мы ещё как-нибудь разберёмся. А если разберёмся, то выиграешь ты, а не я.

Крысы, окружавшие Мальчика, мгновенно оскалили свои зубы и закричали:

— Откажись от своей Звёздочки!

— А если она не захочет расстаться со мной?

— Звёзды есть звёзды. Но только до тех пор, пока кто-то следует за их светом — этим самым ненадёжным советником всякого живого существа, — прогнусавил Царь и даже головой затряс от отвращения. — Так что ты очень просто можешь отречься от Звезды. Скажи, что ты наш друг — крысиный. И считай, что её уже нет. Звёзды, когда они светят — наши враги. Всего нескольких достаточно, чтобы разорить моё царство. Ну, отказываешься?

— Не могу.

— Значит, не будешь мне подчиняться? — и Крысиный Царь так оскалил зубы, что Мальчик подумал: "Эти огромные острые зубы — вот его настоящий отличительный знак, а не золотой хвост…"

— Выслушай меня, — попросил Мальчик. — Я расскажу, почему не могу отказаться от своей Звёздочки.

— Говори, — согласился Царь.

— Я был изгнан из собственного дома. Пошёл на могилу Матери. Вокруг меня лаяли голодные псы, и я испугался и крикнул: "Мама!". Но темнота не ответила мне. Я не верил в то, что кто-то может прийти и спасти меня от страха, и заплакал. Тогда ко мне спустилось много звёзд. Одна, самая маленькая, сказала, что хочет быть моим другом. Я всплеснул руками от радости, назвал её моей, и она скрылась — не где-нибудь, а в моём сердце. Пока она живёт в нём, я никогда не бываю одинок. И не боюсь теперь ни собак, ни темноты, — ничего. Звёздочка дарит мне смелость и тепло. Разве я могу отказаться от неё? Никогда, никогда!..

— Эти вредные советы, конечно, даёт тебе Звёздочка? Выброси её, и я тебя уверяю, что жить ты будешь спокойнее, без риска. Верность обещаниям связывает тебя. Пренебрегай ею всегда, когда это тебе выгодно, и всегда будешь чувствовать себя уверенно.

— Нет, я останусь верным своей Звёздочке.

— Что тебе даст эта верность? Не только ничего не даст, но ты ещё и загубишь себя!

— Каким образом?

— О, это так просто, что не требует большого ума.

Царь завертел своим золотым хвостом, это на крысином языке что-то означало. И очень скоро мальчик понял, что именно.

Одна из крыс прыгнула ему на грудь.

— Ну, где скрывается твоя Звёздочка? — спросила она.

— Я не совсем уверен, но чувствую, что она находится в моём сердце.

— Так я и знала. Они всегда вселяются во что-нибудь самое главное. Специально, чтобы развратить, погубить его. Эти проклятые звёзды!

И крыса, сидевшая у мальчика на груди, впилась своими острыми зубами в то место, где беспокойно билось его сердце. Мальчик подскочил от боли.

— Что — больно?

— Больно.

— Скажи, что ты нам друг, и мы попросим прощения за ту боль, которую причинили тебе. Второй раз самым доброжелательным образом советую тебе сделать это, — послышался снова голос Крысиного Царя.

— Ни за что на свете, — был непреклонен Мальчик.

Тогда крыса укусила его сильнее. Он вскрикнул, и по его груди потекла кровь.

— Видишь теперь, какие нехорошие советы даёт тебе твоя Звёздочка? Если бы не она, ты давно бы уже согласился быть нашим другом, и мы не только не угрожали бы тебе, но угостили бы сейчас самыми изысканными яствами. Они хоть и крысиные, но очень вкусные, уверяю тебя. Откажись от своей проклятой советчицы и заживёшь что надо. Никто уж не даст тебе вредных советов.

— Не откажусь, — ответил Мальчик.

— Эх, какая же она непонятливая: живёт себе в тепле и не хочет уступать. Погубит она его.

— Ни за что на свете не откажусь от моей Звёздочки! — крикнул Мальчик.

И чтобы наказать его за упорство, крысы бросились на него и стали впиваться когтями и зубами в его тело и ожесточённо кусать.

— Оставьте его! — раздался в тёмном тоннеле чей-то приказ.

Крысы мигом оставили Мальчика. Вскочил и крысиный Царь. Он не осмелился уже, как раньше, размахивать своим золотым хвостом.

Этот неизвестный голос спас Мальчика от острых крысиных зубов. И он бросился туда, откуда доносился этот голос. В темноте что-то блеснуло, засияло… И он упал на колени…

В тот же момент его обдало холодом, словно подул злой северный ветер, и он скорее почувствовал, чем увидел, что перед ним большая Глыба льда. Несмотря на это, он продолжал повторять одно и то же:

— Спасибо, спасибо!

— То, что ты говоришь "спасибо" — это хорошо, — ответила Глыба льда и дотронулась до него, как бы желая погладить.

Но разве холод может приласкать? Разве лёд может согреть? Мальчик вздрогнул от прикосновения Льдины. Он сделал то, что сделал бы всякий на его месте — отскочил от неё.

— Почему ты убегаешь? Подойди ближе!

И Глыба льда, правда несколько неповоротливо, сама пододвинулась к Мальчику.

Ещё сильнее он ощутил её холодное дыхание.

— Я замёрзну. Оставь меня.

— Не бойся. Я не из тех, кто преследует тебя. И не потому, что не хочу, а потому, что мне трудно передвигаться. Я люто ненавижу всякое тепло и преследую его, где бы оно ни находилось и в ком бы ни появилось. Но тебя, — обратилась она к Мальчику, — самым дружеским образом заверяю: убегать от меня — это значит убегать от своего счастья. Приблизься же ко мне.

— Не могу. Даже дыхание твоё, касаясь меня, промораживает до костей.

— Подожди, я хочу кое-что объяснить тебе.

— Не хочу. Я не мёртвый камень, чтобы не ощущать твоего холода. Разве будет лучше, если я привыкну к нему?

— Будет легче. Но прежде одно маленькое объяснение. Я не стремлюсь к тому, чтобы твоя кровь застыла. Ни в коем случае! Пользу ты сможешь принести самому себе, только если откажешься от тепла своего сердца.

— Чего же я смогу достичь этим? — удивился Мальчик.

— Откажись от доброты своих поступков, и многое выиграешь. Никакие чужие заботы не будут тебя смущать. С полным равнодушием ты будешь проходить мимо чужих страданий. Разве этого мало? И знай, что только будучи холодным и равнодушным, ты сможешь утвердить свою власть над другими. Послушаешься меня, никто и ничто не отвлечёт тебя от твоих дел. Человек успевает сделать что-то только тогда, когда заботится лишь о самом себе. Станешь думать о других, тебе всегда будет трудно. Запомни это. Хочешь, чтобы тебе хорошо жилось?

— Хочу.

— Тогда изгони свою Звёздочку. До тех пор, пока она в твоём сердце, ты не сможешь понять меня. Она вселилась в твоё сердце специально для того, чтобы мучить тебя заботами о других. Если ты будешь думать о других, тебе никогда не будет сопутствовать успех.

— Ну и пусть, всё равно я не откажусь от Звёздочки. Она самый добрый мой друг.

И Мальчик положил руку на свою искусанную грудь: туда, где было его сердце и в нём — поселившаяся там Звёздочка.

— Да, покорила тебя Звёздочка. Ты так и не сможешь понять выгоды моих предложений. Ну что ж, твоё дело… Уходи и мытарствуй себе по дорогам людских горестей. Я не виновата, что ты меня не послушался.

Льдина откатилась от выхода из тоннеля, и туда сразу же заглянул тёплый солнечный луч.

Мальчик выбежал из темноты крысиного царства, всплеснул руками от радости, подскочил вверх. Он легко нёсся по тропинке, извивавшейся по зелёным лужайкам и смеялся. Лицо его лучилось радостью, словно весенний восход. Никогда он не чувствовал себя таким счастливым.