Морской волк. 3-я Трилогия (СИ) - Савин Владислав - Страница 92

— Я слышал версию, что парни из Фриденталя просто недооценили венгров. Что у всех объектов, выбранных ими в качестве жертв, была еще и негласная охрана.

— Бред. У венгров нет ничего подобного «Ораниенбургу», мы бы знали. А эти неизвестные показали уровень как минимум не уступающий, и всё великолепно рассчитали. Допустим, у генерала Бакаи хватило ума приставить к своей любовнице лично преданных ему людей, которые жили в номере рядом, не привлекая внимания до времени. Но ведь, как удалось установить, как раз охраной женщины они не занимались, озабоченные исключительно тем, чтобы сорвать нашу акцию! А дымовая шашка у негласной охраны для инсценировки пожара — это обычная вещь? И как им удалось уничтожить трех великолепно подготовленных боевиков не только без потерь со своей стороны, но даже без шума — никто ничего не слышал!

— Ну, бывают разные уникумы. Вот в Марселе я нашел нескольких мастеров искусства сават. Своей властью арестовал и вывез сюда, может, пригодятся — инструкторами.

— Следующим в списке был адмирал Харди. Его должны были взять в ту же ночь. И снова вмешалась некая сторона, причем не обеспокоенная собственно охраной — будь иначе, наших людей не допустили бы к адмиралу вообще! Лимузин подъезжает ночью, четверо боевиков входят в дом, нейтрализуют лишних, выводят объект. Тут у нас есть показания свидетеля, жившего в доме напротив — он страдал бессонницей, сидел у окна и всё видел. По его словам, как только наши люди вошли в дом, на улице откуда-то появились двое, вроде бы проходившие мимо. Что было в следующую секунду, свидетель не понял, но настаивает, что звука выстрела не было — ну откуда штатскому венгру знать, что бывают пистолеты-«бесшумки» — а еще через мгновение эти двое вытаскивают из машины тело остававшегося там шофера и запихивают его вниз, так что ноги торчат наружу — со стороны улицы кажется, что водитель занят ремонтом, от дома не видно ничего. Сами садятся в автомобиль и ждут. Выходят наши люди с адмиралом, открывают дверцы, или их распахивают те, изнутри — свидетель не рассмотрел, — и сразу огонь на поражение. Причем, как показало расследование, был еще минимум один стрелок в доме напротив, один из наших боевиков был убит пулей в голову в секторе, совершенно не просматриваемом из салона автомобиля. После чего двое неизвестных о чем-то быстро переговорили с адмиралом и, перебежав улицу, скрылись из вида. Затем приехала венгерская полиция, дальше неинтересно.

— На чем же они уехали? Был еще один автомобиль? Не настолько же они глупы, чтобы ожидать в квартире у места преступления? Ведь всех жильцов того дома наверняка проверяли — как же иначе вышли на твоего свидетеля?

— Свидетелю показалось, что он слышал звук мотора с соседней улицы, в этом доме проходной двор. Но тут глухо, никто не видел машину, даже марку и тип, не говоря уже о номере. Итого, еще пять трупов наших людей — но это было очень мало в сравнении с тем, что случилось через два дня!

— А что думал сам штурмбанфюрер Скорцени? Если он знал, что в игре появился еще кто-то, как же он решился на акцию против сына Хорти?

— А это уже большая политика. Ультиматум Венгрии от Трех держав, в сочетании с той волной, которую подняли и генерал Бакаи, и адмирал Харди. Казалось, в Венгрии вот-вот начнется то же, что в Румынии — и очень важно было лишить врага руководства. Уж тут продумано было всё — в здании судоходной компании наготове был десяток лучших людей, и еще три десятка прогуливались снаружи, спрятав оружие. Этого хватило бы, даже если учесть тот факт, что встревоженный Хорти-младший, явно опасаясь, притащил с собой полуроту охраны на двух грузовиках. Пришлось всего лишь завернуть тело в ковер, автомобиль уже был подогнан к входу. И тут по нашим людям был открыт снайперский огонь, как определили позже — из окон одной из квартир ближнего дома. Те, не сумев определить угрозу, не придумали ничего лучшего, как стрелять в венгерских солдат. На площади начался настоящий бой, а снайперы, минимум двое, валили всех, до кого могли дотянуться. Одновременно был обстрелян автомобиль, в котором сидел сам Скорцени вместе с двумя помощниками и шофером — стреляли из пулемета, сзади, накоротке, выпустив полную ленту на полсотни патронов, сплошное мясо и решето. Пулемет, кстати, был похищен накануне, при нападении на мотопатруль, двое жандармов убиты, МГ-42 из коляски исчез, злоумышленников никто не видел.

— И снайперам удалось безнаказанно уйти? При стрельбе днем?

— Удалось, Руди. Поскольку это всё же Венгрия, а не Франция, которая пока считается вроде как союзником. К тому же в горячке боя даже не все наши, а уж венгры точно не разобрали, что стреляют со стороны. Когда спохватились — было поздно. И в завершение, буквально вечером того же дня, совершенно внаглую, убийство генерала Фриса, командира 29-й мотодивизии.

— Так это точно были не наши?

— Руди, ну не дошли мы еще до того, чтобы вот так списывать в расход заслуженных ветеранов! Фрис — старый вояка, и на фронте-то часто пренебрегал опасностью, ну а в Будапеште, столице союзной нам страны, ездил в сопровождении всего лишь адъютанта. Его автомобиль остановили некие люди в штатском, на возражения предъявив жетон СД (похоже, один из тех, что был взят у наших в «Ритце»), А затем хладнокровно расстреляли генерала и его спутников, вот только адъютант, хотя и тяжело раненный, остался жив и рассказал как про жетон, так и про фразу одного из убийц другому в самом конце: «Сбрось улики», — сказанную по-немецки. Возле нашли бумажник, будто случайно выпавший из кармана, там были деньги, венгерские пенге, и какое-то письмо на венгерском, по которому, однако, нельзя было найти адресата — всё выглядело в итоге как неумелая провокация. Что отнюдь не прибавило у армейцев желания выполнять наши приказы — а формальное их исполнение иногда походило на пассивный саботаж! Что было после, ты знаешь. Воззвание Хорти, несколько дней уличных боев в Будапеште, настоящее сражение по всей венгерской территории — всё же часть венгерской армии поддержала нас, и быть бы регенту повешенным, и сынок бы его болтался рядом, мы ведь успешно подавляли мятеж — но времени не было! Русские перешли в наступление, и войск не хватало, еще и держать фронт, и разоружать венгров, а при том, что началось на Висле, мы не могли перебросить в Венгрию ни одной дивизии! Итог — Венгрия потеряна, Хорти сейчас в положении румынского и болгарского монархов, а фюрер взбешен! И ему срочно нужна голова виновного, ведь в этом деле предательство видно невооруженным глазом! Откуда план операции «Панцерфауст» стал известен кому-то еще?

— Вопрос, кому именно? Русские или англичане?

— А вот это скажешь мне ты, Руди. Если сумеешь разрешить одну загадку этой истории. Буквально накануне событий в Будапеште были замечены некие шведы, говорящие по-английски. Так как известная вам организация, выдающая сине-желтые корочки, как раз в эти дни резко увеличила там и объем своей работы, и штат сотрудников, этот факт прошел незамеченным, слежка за этой компанией была обычной рутиной. Наш агент «Магда» была при них переводчиком, и в ее донесениях не было ничего подозрительного — на первый взгляд. Донесения шли в «британский» отдел и, как положено, подшивались в папку «прочее» — отчего-то решили, что если это шпионы, то не иначе как УСО. А когда уже после, здесь, в Управлении, чисто случайно всё прочли и сопоставили, то схватились за голову! Потому что эти «шведы» были замечены во всех местах до событий. Заранее сняли номер в «Ритце», квартиры в других местах. Были и у моста Елизаветы, крутились там повсюду — ну, как любопытные гуляки. Поскольку всё это было еще до того, как что-то случилось, никто не встревожился. Эх, если бы наша почта работала не так оперативно! Донесения успели прочитать до событий, и так как в них не содержалось ничего необычного, угрожающего, то благополучно сдали в архив. Если бы один служащий не проявил добросовестность и хорошую память…

— Ну так в чем же загадка, Генрих? Обычная подготовка к акции.