Про то, как вредно спасать драконов (СИ) - Барбуца Евгения Васильевна - Страница 73

Я бы назвала их своими друзьями. Если бы была нормальной.

Разделась. Комната ярко освещена. Поворачиваю голову и вижу свое отражение в зеркале. На плече мерцала татуировка. А я и забыла. Подошла к зеркалу ближе, и попыталась рассмотреть ее подробнее. Вот же дракон рогатый! Это же надо было. Почему я раньше-то не заметила? Да я ему зубы за такое повыбиваю!

«Сана, чьей смерти так искренне желаешь» — обратился ко мне через ментальную связь Таш.

Не просто смерти, а жестоких пыток одного слишком зубастого упыря.

Под татуировкой явственно просматривались шрамы от клыков. Ну а поскольку меня за это место никто не кусал, а ту ночь я помню весьма смутно, но и того что помню, хватит на всю оставшуюся жизнь, то не трудно догадаться кто их поставил. При встрече, я ему точно зубы выбью, и упырь с тем, что он могущественнее, сдохну, но достану.

Раньше я этого не могла заметить по различным причинам, зеркал по близости не было, а впервые сутки пребывания в замке, как-то не до того было, то умираю, то исцеляюсь, то с накопившимися делами разбираюсь. А сейчас, я впервые за долгое время испытала шок.

В эту ночь мне приснился сон. Нет, мне конечно и раньше сны снились, правда я их на утро не могла вспомнить, но этот был апофеозом. Кажется, я окончательно сошла с ума.

Лежу я в своей гигантской кровати, пребывая в глубинах сознания именуемых сном. Но счастье не длиться долго, в мои сладкие дремы врывается ощущение горячей руки на моей щеке. Открываю глаза, странно это спать во сне. Мать моя король драконов, папа Рахномис!

— Уйди плод больной фантазии, — шарахнула я по Ксадару фаером.

Дракон с легкостью рассеял мое заклинание.

— Не шали, ла Тао, — лукаво улыбнулся этот гад ползучий.

— Мало того, что ты в реальности меня достал, так и во сны пробрался? У тебя совесть есть? Хотя не отвечай, знаю, что нет. В общем как пришел, так и уходи, а я дальше спать, — поворачиваюсь к нему спиной, удобнее устраиваясь на подушках.

— Я тебе снюсь? — услышала я недоумевающий голос крылатого.

— К несчастью, — буркнула я.

— Не хами, — и почему у него такой голос приятный?

Я решила его просто проигнорировать, что мне сделать попросту не позволили. Меня подхватили, на руки прижали к себе, точно сплю, в реальности уже давно бы корчилась от боли. А горячие руки по хозяйски шарили по моему телу. Пытаюсь отбиться. Наивная. У него стальная хватка, куда там моим жалким потугам? Я начинаю злиться, но не пытаюсь кричать. Кто меня во сне услышит? И мало ли что вылезет из-под сознания моего воспаленного разума.

— Все вы драконы одинаковые, — обиделась я.

Такого злобного рыка я еще не слышала. Казалось бы, даже стены ужаснулись, одна я не поняла ситуации и совершила ошибку. Я засмеялась. А еще посмотрела ему в глаза. Вот спрашивается, где в этот момент был мой мозг? Я же Лекарь, я знаю, что серое вещество испариться не может, если конечно нет непосредственного контакта с фаерболом, тогда оно не только испаряется, но и воняет в придачу. Но в тот момент, чувство самосохранения, в который раз, перегорело под натиском раздражения, и кроме смеха я наградила дракона еще и презрительным взглядом.

Раньше я думала, что знаю, что такое безумие. Выйти мне за дракона, хотя безопасней за эльфа, если я это знала! Пламя и лед, бездонная чернота и бесконечный свет дневного светила. Желание убить, и что-то… чего я не смогла понять, но что быстренько включило чувство самосохранения обратно.

Тем временем, меня не убили, как я того спокойно ожидала. Он схватил меня за волосы и дернул мою голову назад, заставляя откинуться в кольце его рук. Не вовремя вспоминаю, что ложилась в кровать обнаженной, да и сейчас одежда не появилась.

Мои глаза широко открыты, под темным разрисованным фресками потолком, летает одинокий светлячок. Но и этот обзор мне закрыли, опять больно дернув за волосы. Больно? Ну и что? Бывало и хуже. А надомной нависло красивое лицо Ксадара.

Насмешка и желание, вот что я прочла. Мдя… эльфы, вы еще хотите моей смерти? Я согласна, даже сопротивляться не буду.

— Девочка моя, где же твои манеры? Веди себя подобающе, — впервые в жизни слышу ласковый рык. У Таша это звучало как мурчание, а вот у Ксадара, совершенно по особенному. Мысли куда вы полетели? Что? А причем тут странные чувства в низу живота, и вовсе они не странные.

— Вот же продукт воображения, надоедливый. Я тебя не звала. И уберись ты уже, наконец, из моего сна! — возмутилась я.

Меня заткнули. Поцелуем. Горячим, жестким, властным. Одна его рука пыталась размазать меня об его тело, вторая отправилась в путешествие по спине и тому, что ниже.

— Отпусти меня, прошу, — умоляла я. Хочу проснуться.

Яркие ощущения затопили мое сознание, а его губы спустились к шее. Потом я почувствовала обжигающие поцелуи на коже покрытой татуировкой. Он лизнул место укуса. Спустился к груди.

Проснись, Сана, проснись!

— Я не хочу.

Поцелуй, легкий укус, слизнул капельку крови с белой кожи. Я лежу на кровати, как-то не заметила перемещений. Руки он мне заломил, ему надоели мои бессильные попытки вырваться. А дальше произошло повторение уже случившейся когда-то ночи. Боль и наслаждение. И вновь меня посетило ощущение, будто все это происходит не со мной. Это не меня он так целует. Не меня так страстно ласкает. Не на моей коже остаются кровавые следы. Меня здесь просто нет.

— Если это все плод моего воображения, то я на всю голову ушибленная, помешанная на боли извращенка, — грустно вздохнула я.

Я свернулась клубочком в большем и теплом кольце его рук.

— Почти идеальная. Остался последний урок, — посмотрел он на меня, улыбаясь. И улыбка его была мне не понятна. — Спи.

Он держал меня, в своих сильных руках, медленно покачивая. Ну как тут не уснешь?

Впервые за многие годы, я проснулась не от того, что меня кто-то бьет, поливает ледяной водой, кричит на ухо, грызет, тормошит, в общем можно продолжать до бесконечности, а потому, что я выспалась. Бодрая, счастливая, довольная и выспавшаяся. Впору мурчать от удовольствия. Вспомнила свой сон. Не то чтобы он испортил мне настроение, но все же зародил искорки сомнения в моей душе. Подхожу к зеркалу. Кожа чистая, без каких-либо следов. Сама я выгляжу свежо. Взгляд довольный и отдохнувший.

В этот момент желудок решил напомнить о том, что помимо прочего неплохо было бы питаться чаще одного раза в сутки. Закончив утренний моцион, отправилась в столовую. Хотя с равной степенью меня тянуло и в лабораторию. Мало того что дел по горло, так еще и сумасшедшие теории рождаются со скоростью дракона.

В обеденной зале команда была уже в сборе, и почему они всегда первыми к столу приходят? Забавная картина, сидит народ за пустым столом, и хмуриться.

— Шая, ты в курсе, что уже полдень? — возмутились они.

— И вам доброго часа, — кивнула я. И села во главе стола.

Тут же активизировались слуги, из живых, и подали еду. Команда злобно на меня посмотрела. Я уже давно поняла, что голодный истребитель — злой истребитель. Не стала акцентировать внимание на их плохом поведении, а просто начала медленно и со вкусом есть. Я изо всех сил пыталась сохранить то довольное и веселое настроение, появившееся в честь отдохнувшего и расслабленного организма, догадываясь, что эти попытки тщетны.

Осматриваю жадно жующий народ. Меня слегка беспокоило вялое состояние Зара. Все же оборотню трудно дается соседство с фантомами, тем более в таком количестве. Нужно будет его отвлечь, и лекарством не забыть напоить, я его не Шере испытывала, хорошая штука, и побочные действия веселые. Далее близнецы. Сев и Нав выглядят пришибленно, неужели Ванир их настолько измотал? Алак как всегда радовал своей постной командирской рожей, зато Рэйка сияла как светляк в ночи, может ее вместо светильников в замке использовать? Диль все время хмурился. Асандер выглядел напряженно, и все время смотрел на меня. Не то чтобы такие взгляды лишали аппетита, скорее зарождали сомнение. Но все же, я не переставала усиленно сохранять благодушное настроение, стараясь не замечать некоторых странностей, и категорично загоняя умные и не самые приятные мысли подальше.