Ты услышишь мой голос (СИ) - Пиженко Эвелина Николаевна - Страница 208

Она уже не знала, на что списывать своё состояние. Сначала она думала, что просто переутомилась в последние предновогодние дни, но прошло уже около двух недель с тех пор, как она не выступала, а ей становилось всё хуже и хуже. Переживания за отца тоже наложили отпечаток, но позавчера его, наконец-то, прооперировали. Узнав о том, что всё прошло благополучно, и динамика положительная, Наташа долго плакала, теперь уже от радости. Она вообще в последнее время очень много плакала, слёзы наворачивались по любому поводу — и от грусти, и от радости. Правда, радости было намного меньше, или она просто её не замечала?.. Часто она ловила себя на мысли, что даже Валерик не поднимает её настроения. К безграничной материнской любви теперь добавились какое-то щемящие чувства жалости и вины перед малышом… Она буквально истязала себя, думая о том, что может лишить ребёнка отца, ведь Дима так и не помирился с ней. Даже его неожиданный звонок на третий день после отъезда на гастроли не внёс ясности в их отношения — он говорил с ней просто вежливо, попросил не волноваться и пообещал отвезти её к платному ЛОРу, когда вернётся с гастролей. Её «спасибо» он не расслышал и, наверное, поэтому больше не звонил, передавая приветы через Анну Сергеевну. Наташка и не обижалась. Она понимала, что разговор в виде дежурного монолога утомляет, но ей так хотелось услышать совсем другие слова…

Она не раз думала, что они могли бы общаться и с помощью сообщений, но, всё же, молчала из страха получить такой же сдержанно-вежливый ответ, а сам Дима инициативы не проявлял. Возможно, ему просто было некогда…

Решив не дожидаться его приезда, она сама записалась на приём к платным специалистам, и вот теперь направлялась в районную поликлинику.

— Привет! — догнав у самой автобусной остановки, Алёна взяла её под руку.

— Привет! — Наташка искренне обрадовалась встрече.

— Куда направилась?

— В больницу, — Наташа грустно улыбнулась.

— Что, так и не проходит? — имея в виду голос, участливо спросила девушка.

— Не-а…

— Мне кажется, это у тебя на нервной почве, — остановившись вместе с Наташей у остановки маршрутного такси, Алёна поправила меховой капюшон и туже стянула пушистый шарфик, — стопудово.

— Возможно, — Наташа пожала плечами. Разговаривать на улице было сложнее — шум машин заглушал её шёпот, и она отвечала односложно.

— А почему ты на маршрутке, взяла бы такси, — вытянув шею, Алёна выглянула на проезжую часть, — а, вообще, пора уже самой научиться машину водить.

— Да ладно, — махнув рукой, улыбнулась в ответ Наташа.

— Ничего не ладно, тебе вообще уже стыдно должно быть общественным передвигаться, — пошутила собеседница, — Димка скоро кучу денег заработает, купит тебе машинку.

— Я сама не хочу, — Наташа снова махнула рукой.

— Ну, и зря! Был бы у меня такой муж, я бы давно у него машину выпросила.

— Я не смогу водить… — Наташа отрицательно замотала головой.

— Чего это не сможешь?! Все могут, а ты не сможешь? — Алёна подбадривающе кивнула, — У нас уже половина девчонок на своих машинках на репетиции приезжают, не считая Кристины… Ой! — как будто что-то вспомнив, она схватила Наташу за локоть, — Я же совсем забыла! Кристина просила тебе передать, чтобы ты зашла в центр, желательно поскорее.

— Зачем? — Наташа удивлённо посмотрела на девушку.

— Там тебе какие-то деньги ещё полагаются, вроде бы за какое-то выступление не доплатили… Она сказала, что сумма небольшая, но получить нужно срочно, потому, что бухгалтер болеет, а Кристине нужно ведомость закрыть, она вот-вот улетит за границу. Только предварительно созвонись.

— Ну, хорошо, — растерянно сказала Наташа, — а как я созвонюсь, она меня не услышит…

— Давай, я сейчас ей перезвоню, — Алёна с готовностью вынула телефон и, найдя номер, нажала на вызов, — Кристина? Это Алёна… Ты просила Морозовой передать, чтобы она приехала в центр… Да, я передала… Она спрашивает, когда… Завтра сможешь? — эти слова относились к Наташе, — Да, говорит, сможет. В шесть вечера? — Наташка в очередной раз кивнула, — Сможет… Ну, всё, пока… Ну, вот, — пряча телефон в карман, Алёна снова выглянула на дорогу, — как раз и твоя маршрутка…

— Спасибо, — благодарно кивнула Наташа.

— Да не за что, — дождавшись, пока она войдёт в микроавтобус, Алёна крикнула в закрывающуюся дверь, — не забудь, завтра в шесть!

Визит к платному ЛОРу тоже не принёс ожидаемого результата. Он слово в слово повторил то, что Наташа уже слышала от предыдущего врача. «Результат стресса» — уже в который раз прозвучал неутешительный вердикт.

В кабинет терапевта она входила, уже не питая особых надежд…

— Раздевайтесь, — выслушав её жалобы, молодой, лет двадцати семи-двадцати восьми, доктор вдел в уши стетоскоп, — по пояс всё снимайте, — уточнил он, заметив, что, сняв свитер, Наташа осталась в бюстгальтере.

Вынужденная подчиниться, она стояла, не смея поднять глаз, пока врач слушал сердце и лёгкие.

— Подождите, — она уже собиралась торопливо одеться, когда он, кивнув ей на стул, взял со стола аппарат для измерения артериального давления, — давление смерим.

Незаметно вздохнув, она покорно протянула руку, стараясь не смотреть в его сторону.

Несмотря на то, что это был врач, Наташка ужасно стеснялась, а молодость мужчины приводила её в ещё большее смущение — в какой-то момент ей показалось, что в его взгляде мелькнул совершенно не профессиональный интерес. Одеваясь, она никак не могла застегнуть дрожащими руками крючки на бюстгальтере, а, наконец, застегнув, чуть не надела свитер задом наперёд.

— Вы ко мне уже обращались? — выписав направления на анализы и другие обследования, доктор ещё раз посмотрел в амбулаторную карту, потом на саму Наташу и слегка прищурился, — Мне ваше лицо знакомо…

— Нет, не обращалась, — прошептала Наташа, отводя взгляд от пронзительных глаз мужчины.

— Странно, — тот покачал головой, — но я вас уже где-то видел…

— Может, на концерте, — пожав плечами, предположила девушка.

— На концерте?! — он удивлённо округлил тёмно-серые глаза.

— Да, в последнее время я выступала в ночных клубах.

— Ну, да… — сложив руки на груди, с удовлетворением вспомнил доктор, тут же решив, что теперь будет уместным перейти на ты, — Так и есть! Я видел тебя в ночном клубе… кажется, в «Кристалле». Ты стриптизёрша… да?..

— Нет, я не стриптизёрша. Я там пела… — обречённо приняв его фамильярность, Наташа печально усмехнулась, — Теперь уже не пою.

— Теперь вспомнил. Ничего, всё поправимо, — он ещё раз внимательно посмотрел на неё и протянул бланки направлений, — с результатами всех исследований снова придёшь ко мне, будем думать, что с тобой делать, — как будто вспомнив о чём-то, он слегка усмехнулся, — а мне понравилось, как ты пела. С удовольствием бы послушал ещё.

— Спасибо, — Наташа кивнула головой и приподнялась со стула, — я могу идти?

— А автограф? — он недоумённо посмотрел на неё, потом рассмеялся, — Я пошутил. Да, можешь идти. Хотя… — он бросил лукавый взгляд, — Автограф всё же я у тебя попрошу.

— Шутите? — не сочтя для себя возможным тоже перейти на ты, она грустно улыбнулась.

— Нисколько, — он посмотрел уже серьёзнее и, достав из стола пустой бланк, протянул его Наташе, — вот здесь напиши что-нибудь на память.

— А что написать? — она нехотя взяла протянутую им авторучку.

— А что в голову взбредёт, ко мне не каждый день знаменитости на приём приходят.

— Я не знаменитость.

— Ну, будешь, наверное.

— Вряд ли.

— У вас это легко, — от неё не укрылись ехидные нотки, — богатый покровитель, и слава обеспечена.

— А хотите, я вам на фото распишусь? — в свою очередь улыбнулась Наташа, правда, улыбка получилась скорее вымученной.