Ты услышишь мой голос (СИ) - Пиженко Эвелина Николаевна - Страница 158

Вздохнув, она медленно вернулась в свою комнату…

…Дима не спал, он лежал на кровати, подложив под голову руки. Ей почему-то стало его жалко — он не был похож на горе-мужа, не знающего, как скрыть любовную связь. Она молча присела у него в ногах, положив на колени сцепленные в замок кисти.

— Наташ, — он первым нарушил молчание, — когда-нибудь я тебе всё расскажу. Даю слово. А сейчас просто — поверь мне. Я тебе не изменил, даже в мыслях. Ты мне веришь?

— Верю… — она сказала это еле слышно, одними губами, глядя куда-то вниз.

Присев на кровати, он взял её ладошку. Молча повернувшись, Наташка обхватила его руками и уткнулась лицом в плечо…

— Дим… — позже, лёжа в его объятиях, она ещё теснее прижалась к нему: так тесно, что Димка чувствовал прикосновения её ресниц к своей груди, — Ты и правда не стал бы меня держать? Если бы я захотела уйти…

— Конечно, стал бы… — Дима глубоко вздохнул, — Я без тебя не смогу…

— И я без тебя не смогу…

Вернувшись домой, Кристина неторопливо прошла на кухню и с какой-то странной улыбкой на лице разобрала пакет, так и оставленный ею на столе. Желание увидеть Диму, возникшее так спонтанно, окончилось её полным поражением, но она почему-то сейчас не испытывала никаких эмоций… Все эмоции растворились в приступе гнева, который охватил её после того, как Морозов покинул студию. Оставшись одна, она какое-то время пребывала в оцепенении, но после того, как он перезвонил и предложил довезти её до дома, Кристина испытала дикое желание отомстить ему за то унижение, на которое она пошла, выпрашивая у него каплю любви… Последнюю каплю — так ей казалось…

Он оттолкнул её, растоптав тем самым последнюю надежду… разбив её, как фаянсовую копилку… разорвав на лоскутки… На него не подействовали даже дорогие духи с феромонами, купленные ею недавно.

Оставшись одна, она вдруг представила, как Дима сейчас приедет домой, к жене и сыну… Он, смеясь, или с возмущением, расскажет своей Наташе о том, как она, Кристина, умоляла его о любви… Как она унижалась перед ним в отчаянии… И как он её отверг — отбросил, как ненужную вещь… Они будут смеяться над ней, а потом лягут в одну постель… А утром они приедут сюда, в студию, и будут готовиться к вечернему концерту — в «Кристалле»… Сорок минут будет петь Наташа, а потом — до утра — «Ночной патруль». Наташа будет петь песни, которые Морозов написал для неё… Возможно, он писал их именно здесь…

Кристина огляделась. Здесь всё куплено на деньги её отца — Леонида Лапина… Отец всё передал ей — своей дочери, Кристине… Все свои песни Морозов писал в этой студии!.. В её студии!.. Это всё — её, она — хозяйка… Завтра он снова придёт сюда и будет репетировать, записывать, играть… И каждой написанной им нотой он снова и снова будет растаптывать её, Кристину…

…Схватив первую попавшуюся под руки гитару, она резко взмахнула руками… Звон разбитого стекла между аппаратной и тон-залом только раззадорил её…

…Она опомнилась, когда в руке остался только гриф. Пульт, усилители, компьютерный монитор, Димкин рабочий ноутбук — всё валялось на полу вперемешку с битым стеклом… Разбитый корпус синтезатора слетел с креплений и висел сбоку, обнажив электронные внутренности, а вырванные клавиши, как выбитые зубы, разлетелись по всему помещению… Оглядев со странной улыбкой разгромленную студию, Кристина надела платье и вышла за дверь…

— Вставай, — потормошив Макса за плечо, она встала с дивана и, подвинув сервировочный столик, снова уселась рядом, — Слышишь? Вставай.

— Который час? — еле разлепив глаза, спросил парень.

— Пять утра, — Кристина открыла бутылку шампанского, — давай, выпьем.

— Не хочу, — он с трудом отвернул голову и снова закрыл глаза.

— Зато я хочу, — наполнив два бокала, она один протянула Максу.

— Не буду, — не поворачиваясь, он пошевелил ладонью, — пей сама.

— Я хочу, чтобы ты со мной выпил, — она настойчиво протягивала ему бокал, — до вечера первого числа у тебя выступлений нет, так что тебя ничего не держит.

— Да, выступлений нет, — повернувшись, он кое-как сел, — а могли бы быть…

— Ну, мало ли что могло быть, — Кристина усмехнулась, — у меня тоже много чего могло быть.

— Например… — скорее по инерции произнёс парень, протирая лицо ладонями.

— Например? — отпив из бокала, Кристина откинулась на спинку дивана, — Например, сегодня ночью я могла бы изменить тебе…

— Ну, и как?.. — равнодушно спросил Макс, — Получилось?

— А тебе не интересно знать — с кем?

— С кем? — так же равнодушно переспросил он.

— С Морозовым, — сделав ещё один небольшой глоток, Кристина поставила бокал на столик, — что, не ожидал?

— Почему? — он пожал плечами, — Я так и подумал.

— А почему ты так подумал? — она снова потянулась за шампанским, — Тебя что, это не задевает?

— Нет, — достав из кармана брюк сигареты, Макс закурил, — не задевает.

— Ну, ты и гадёныш, — улыбаясь, она залпом допила содержимое бокала, — так и думал, говоришь?

— Да.

— А ты не думал, благодаря кому ты сейчас сидишь тут и выёживаешься? — слегка опьянев, Кристина надменно смотрела на юношу, — Ты не думал, благодаря кому ты теперь «звёздный мальчик»? М-м?..

— Думал, — прищурившись, он глубоко затянулся, — благодаря тебе.

— Молодец, — наливая себе ещё шампанского, она не рассчитала, и пена, поднявшись над краем бокала, медленно стекла по его стенкам, хлопьями упала на столик.

— Благодаря тебе, — повторил Макс, — и Уля ушла благодаря тебе… И наш проект накрылся — благодаря тебе… И бухал я вчера благодаря тебе…

— Так-так-так… — она сдвинула брови, — Давай дальше…

— А что дальше, — затушив сигарету в пепельнице, он взял свой бокал, — вот, шампанское в пять утра пью — тоже благодаря тебе…

— Ну, ты и… — она не произнесла оскорбительного слова, только сжала губы, — А ради кого я сама пожертвовала своим проектом? Не ради ли тебя?

— Ради меня? — он цинично ухмыльнулся, — Это ради меня ты столько времени дразнила Морозова? Этот ради меня ты влезла между Улькой и мной? Это ради меня ты использовала меня, как игрушку, добиваясь своих целей?

— Ну, ты и тварь неблагодарная… — Кристина поднесла к губам полный бокал, но, задержав руку, резко выплеснула содержимое в лицо Максу, — А я ещё хотела сделать тебе сольный проект… Гадёныш…

— Подавись ты своими проектами, — он со злостью швырнул свой бокал о стенку: разбившись вдребезги, он разлетелся на сотню мелких осколков, — а я на них плевал… — с этими словами он встал и, схватив свою куртку с пола в прихожей, хлопнул дверью и вышел из квартиры.

Дима растерянно стоял посреди аппаратной. Он, не проронив ни слова, смотрел на то, что осталось от его студии, в которой он работал больше года, в которой было написано столько песен, в которой он проводил большую часть своего времени… Студии, ставшей его вторым домом…

— Дима, что это?! — вошедшая следом Наташа в ужасе застыла на месте, — Это… Кто это сделал?!

— Это не я… — он отрицательно покачал головой.

— Дима… Кто здесь вчера ещё был, кроме тебя? Не скрывай, это ведь серьёзно…

— Здесь была Кристина, — глухо произнёс Дима, — я уехал, она осталась.

— А с ней всё в порядке? — Наташа испуганно огляделась вокруг, — Дима, ты позвони ей…

— Я думаю, что в порядке, — он присел на уцелевший стул, — как же быть…

— Ты о чём?

— Я твои минусовки только сегодня скачать собирался. Они все были в ноутбуке… А ноутбук… — он кивнул на то, что осталось от ноутбука, разломанного на две половинки.

— Как же быть? — она подняла на него свои большие глаза, — Дим…

— Что-нибудь придумаем, — опустив голову на сцепленные кисти, Дима на какое-то время зажмурил глаза, — вживую тебе буду играть…