Клыкастые страсти (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 115

Мечислав понимает, что исчезновение паутины — работа Юли. Она просто выпива-ет силу из брошенного заклятия — и заодно из Рамиреса, раз уж он подставился. Она тя-нет ее в себя, как пылесосом. Тянет все сильнее и сильнее, потому что тоже боится. Боялась. За него. За ребят.

И приходит понимание.

Юля может ругаться, спорить, ссориться… Может делать что угодно. Но ради тех, кого она считает своими друзьями — она может уничтожить даже себя. Сейчас это и происходит. Рамирес сильнее — ну так что ж? «Я погибну, но и тебя, сволочь, со мной зароют!!!»

Отрешенное и спокойное лицо пугает. Но становится еще страшнее, когда на нем появляется выражение неземного наслаждения. А когда начинают размываться контуры девичьего тела, исчезая в вихре силы, Мечислав приходит в ужас.

Он-то знает, что сейчас происходит.

Любой человек, который берет слишком много силы от мира, обязан рано или поздно расплатиться. Такие люди не умирают. Они просто берут слишком много силы — и растворяются в ней, как кусочек сахара в горячем чае. Они становятся частью ми-ра.

Но он не может этого допустить!

Решение приходит молниеносно.

Для Юли силы слишком много. Но для него, для всех его вампиров — если только он сможет взять часть силы в себя…

Бросок. Лишь бы не помешала сила, закручивающаяся вокруг девушки…

Вихрь не сбивает направление. Вампир просто проходит через него, как через бу-мажную стенку. Но Мечислав сильно подозревает, что никто другой не подошел бы к ней. А вот он может. Они — связаны кровью. Вампир и фамилиар.

И клыки впиваются в тонкое запястье.

Юля не пытается отбиваться. Она вообще ничего не делает, просто пьет силу. Жадно, голодно, во многом сама, напоминая вампира, в этот миг.

(Еще чего!!!)

И Мечислав начинает тянуть ее силу — в себя. Как каждый раз, когда он пил кровь этой девушки.

Он ожидал сопротивления, возмущения чего угодно, но только не того, что в не-го бросят потоком бешеной обжигающей энергии. Тело вампира изгибается в пароксизме острого наслаждения. Сила. Жизнь. Боже, каким живым он чувствует себя в этот миг! Но даже в эту ослепительную секунду он не теряет над собой контроля. И бросает силу по незримым нитям, связывающим его с вампирами.

И те жадно пьют неожиданный дар, хмелея от неожиданной и тем более восхити-тельной мощи.

С пола поднимается Вадим. Сила походя бросается на залечивание травм. Костя с Дашей стряхивают остатки заклинания и хватают Рамиреса. Но делать с ним уже ничего не надо. В их руках бьется в конвульсиях существо, похожее на мумию фараона, умершего больше трех тысяч лет назад. Он уже не может никому причинить вреда.

Мечислав видит нити, связывающие когда-то грозного эмиссара Совета с Юлей. И полосует по ним силовым лезвием. Разорвать, или хотя бы ослабить… еще немного — и он тоже не выдержит. Слишком много силы, слишком много жизни даже для вампира… особенно для вампира, который мертв уже столько времени.

И нити послушно рвутся.

Поток силы иссякает. А Юля беспомощно обвисает у него на руках.

Мечислав чуть прикасается губами к ее лбу. Но нет. Девушка жива и здорова. Бешено бьется жилка на тонкой шее, но ритм постепенно замедляется. Она отдыхает.

Слава Богу.

Видение оборвалось. Я глубоко вздохнула.

— Хорошо же я выглядела со стороны.

— Восхитительно — припечатал Мечислав. — Увидел бы тебя кто из людей — штаны бы неделю отстирывал.

— Ну что вы, я недостойна таких похвал, — пробормотала я.

— Недостойна, — согласился вампир. — Но пороть тебя сейчас не время.

— Что-то у тебя шуточки то в секс, то в садо-мазо, — не одобрила я. — Хоть анекдоты по-читал бы.

— Ты мне сама потом почитаешь. Вслух и с выражением, — огрызнулся вампир. — А сей-час нам пора готовиться к прибытию Ивана Тульского.

— Твою зебру!

Я попробовала слезть с дивана. Кое-как подвигалась. Ага. Ноги действуют, руки тоже, да и вообще сил прибавилось.

— Ты поедешь его встречать, — припечатал Мечислав.

Я хотела отказаться, но куда там.

— Мне нельзя. Не по чину. Я — тоже Князь Города. А вот тебе — в самый раз. Ты — мой фамилиар, моя вторая половинка. И это — одна из твоих обязанностей.

Я закатила глаза.

— Ладно — утешил меня вампир, — не огорчайся. Я отправлю с тобой Вадима.

Ну хоть кто-то мне поднимет настроение.

Иван Тульский был… внущающ. Это был вампир метра под два ростом. Высокий и мощный он передвигался с грацией большого хищника. И в его явных сотне килограммов не было ни одного грамма жира. Даже лицо было таким, словно на кости черепа налепили несколько мышц и гладко обтянули кожей. Темно-каштановые волосы, черные пронзительные глаза, крючковатый нос, высокий лоб и резко очерченные скулы дополняли картину. Короткая бородка закрывала рот и чуть-чуть смягчала очертания подбородка. Не намного. Первый увиденный мной бородатый вампир. Общее впечатление было… страшным. Если бы на месте Андрэ оказался этот милый дядечка — я бы точно не смогла с ним спорить. Или смогла? Черт его знает! Подругу я бы не сдала. Но описалась бы от страха — и это тоже факт. Вид у него был такой, словно дядечка примеривается — сразу содрать с тебя кожу — или еще помучить пару месяцев? И склоняется в сторону «помучить».

Я вцепилась в руку Вадима. Ой, ёёёёё, и ЭТО я должна приветствовать?

— Юлька, ты — справишься?

В голосе вампира была искренняя тревога. И это помогло мне собраться. Я — Леоверенская. Пусть даже мне и страшно до… до смены подгузников — я — справлюсь. Это — мой дом. Я — его страж. И если кто-то наивно надеется меня запугать своей внешностью, а потом этим пользоваться… Ха!!!

Слоны еще больше, но я ведь их не боюсь, я просто не стану попадаться им под ноги. А если слона расписать в три краски — они еще и пострашнее будут. А ну собраться! Твой дед войну прошел, твой прадед на Сахалине с японцами воевал, а если еще и поглубже копнуть то один из пра-пра-пра-предков и под командой Кутузова Наполеона бил! Мои предки никогда страху не поддавались! А если бы кто поддался — прибили бы на месте. И меня не было бы! Не сметь оскорблять их память!!!

Пяти секунд мне хватило на принятие решения.

Он — страшный.

Я — боюсь.

Бежать — некуда.

Вывод — надо драться.

Как?

Высокомерие? Не катит.

Пренебрежение? Надменность? Гордость?

Рядом с этим айсбергом? Да я буду выглядеть даже не моськой — мокрицей рядом со слоном.

Дерзить? Мне Мечислав потом ноги выдернет. А ведь этот тип начнет меня размазывать — и я не сдержусь. Начну хамить и ругаться. Чем это кончится? Какая разница. Главное — ничем хорошим. Вот.

Быть радушной?

Этот тип разотрет меня в порошок, вытрет ноги и выудит всю информацию. Даже ту, которой я и сама не знаю. И еще мне придется сопровождать его до города. А ехать в од-ной машине с ЭТИМ?!

Черта с два!!!

О!!!

Идея была так неожиданна, что я аж вздрогнула. И вспомнила. Одну мою подругу. Точнее — однокурсницу, у которой все преподаватели мужского пола просто боялись принимать экзамены. А ведь такая милая девушка.

И вообще. Это уже раз сработало. С Рамиресом. Но Рамирес-то меня знал. А этот — только рассказы слышал. Так что можно играть. Прорвемся!

— Юлька, нам пора, — шепнул Вадим.

Я подняла руку и вампир умолк. А я еще раз собралась с мыслями.

Этот единственный вариант — может и сработать. И, пожалуй, это — единственное, что мне доступно.

Я оскалилась.

— Если кто-то посмеет меня перебивать, чтобы я ни говорила — пишите завещание сразу. В трех экземплярах.

Мужчины переглянулись. Потом Вадим неуверенно кивнул.

— Как скажешь. А что именно ты будешь говорить?

Раскрывать свою задумку я точно не собиралась. Слишком хороша.