Колесо на крыше - Дейонг Мейндерт - Страница 35

Смущенно потупившись, ребята топтались на месте. Доува сам подошел к двери, сунул в щель палку, поддел ею засов и открыл. Вошел в сарай, следом — ребята. А вытащить лестницы — дело минутное. На шум вышла бабушка Сивилла III, она жила по соседству.

— По-моему, это называется кражей со взломом. В твоем возрасте, Доува, можно и поумнее что-нибудь придумать.

— Ради доброго дела стараюсь, Сивилла, — ответил Доува. — К нам в Приморку везут аистов. Помнишь, когда в последний раз они прилетали? Мы с тобой тогда под стол пешком ходили. И вот сейчас привезут на лодке двух аистов. — И Доува подробно рассказал обо всем.

— Ну, уж этого я не пропущу. Пойду на дамбу во что бы то ни стало, и пусть хоть ветром в море сдует. Дай-ка палку, Доува.

— Да, Сивилла, годы и тебя не пощадили. — И он протянул палку через забор.

А мальчишки, захватив лестницы, уже неслись к школе.

— Что ж, займусь-ка делом и я, — сказал Доува.

Он вынес из сарая моток веревки и пошел следом за ребятами. Подойдя к школе, он увидел, что одна лестница уже стоит у стены. Другую Доува велел втащить на крышу и привязать. Он бросил ребятам моток веревки.

Дирк и Аука управились в два счета, им не терпелось вернуться на дамбу. Только Ээльки нигде не видно. Вдруг из печной трубы повалил дым, на голову Ауке и Дирку полетел пепел.

— Это что еще такое? — удивился Дирк.

Из школы вышел довольный Ээлька. Он стряхнул с одежды крошки торфа, потом вытер руки. Еще бы! Он первым догадался растопить печь.

— Аисты в холодной воде закоченели. В тепле быстрее оживут.

— Ну и ну! — развел руками Доува. — Ишь до чего додумались — аистов на печку сажать!

Дирк и Аука слезли с крыши и вместе с Ээлькой побежали на дамбу. Доуву они ждать не стали. Но он отправился следом. На глаза ему попались два утонувших аиста, они лежали прямо у его крыльца. Старик сурово окликнул ребятишек. Дирка отправил за лопатами в сарай к Янусу, а Ээльке и Ауке приказал отнести аистов к колокольне. Потом велел похоронить их прямо там же, во дворе.

— А можно без спроса на чужой земле хоронить? — усомнился Аука.

— Мы за час столько дел без спроса наделали, что одним меньше, одним больше — уже неважно, — беспечно сказал Доува. — Да и кто узнает? Никого в деревне нет, все там, — он кивнул в сторону дамбы.

И впрямь, туда пришли женщины с малышами и бабушка Сивилла III тоже. Взрослые сбились вокруг нее плотной кучкой, чтобы защитить от ветра.

— Ой, уже подплывают! Хоть бы одним глазком взглянуть, — сказал Ээлька.

— Поглядишь, успеешь. Не оставлять же аистов посреди улицы. А то прилетят их собратья, увидят, что здесь творится, — не очень-то уютно им станет, а? Подумают небось: надо ноги уносить, пока целы.

Эти слова подействовали. Ребята мигом вырыли глубокую яму, положили туда погибших аистов, забросали землей, разровняли и кинулись на дамбу, побросав лопаты. Доува хотел подобрать, но тут по дамбе покатилось дружное «Ура!», и Доува поспешил за ребятами. Народ схлынул к морю, встречать лодку. Доува поспел вовремя: Дирк, Аука и Ээлька подтаскивали ялик к дамбе.

Первой на берег сошла Лина с аистом на руках. Следом — Пиер. Они взбежали на дамбу, вокруг радостно прыгали их товарищи. Вот и Йелла с учителем вышли.

Вдруг из ялика раздался гневный вопль. О Янусе-то забыли! Он так и сидел, привязанный к креслу.

— Поставьте ялик на якорь и вытащите меня с креслом! Или я уже больше не нужен?

Учитель и старый Доува поспешили на помощь. Остальные были далеко и не слышали. Только бабушка Сивилла отстала — она не могла дух перевести от изумления.

По дороге в школу говорили только об аистах. Ээлька, Дирк и. Аука наперебой рассказывали Пиеру и Лине, как они готовились к встрече. Забросали их вопросами. К школе они пришли первыми, женщины были далеко позади, последними шли учитель и Доува: они везли Януса. Янус яростно пыхтел и плевался, он разобиделся, как маленький.

— Вам лишь бы аисты были живы-здоровы, а на меня — плевать. Так и сдох бы с голоду в своем кресле.

— Не сердись, Янус. Без твоей помощи им бы не управиться, — успокаивала его бабушка Сивилла. Она семенила чуть впереди, палка Доувы пришлась очень кстати.

Подъехали к школе, Янус уже снова был в духе. Все стояли и ждали его команды, тащить ли продрогших аистов на крышу или дать им обогреться у печки. Не успел он подъехать, тут же посыпались вопросы.

Но Янус не спеша въехал в самую середину толпы и задумался. Думал он долго, ждать — одно мучение.

— Ну, представьте, я — аист. Только-только прилетел из Африки и тут сразу — бац! — в ураган попал. Пять дней, пять ночей меня по морю трепало, пока на песчаную косу не вынесло. А там стой по шейку в ледяной воде на ветру да глотай соленые брызги… Нет, если бы я аистом был, так не задумываясь прямо в печку бы прыгнул.

И Лина с Пиером понесли аистов в школу. Раз Янус говорит, значит, так нужно. У печки поставили стулья, и ребята сели, не выпуская аистов из рук.

— Держите за шею, сколько раз повторять можно! — закричал Янус с порога. — Сейчас эти птахи придут в себя, так они вам глаза выклюют.

— Дайте нам подержать, — стали приставать Аука и Ээлька, — вы же их всю дорогу на руках несли.

Лина только упрямо поджала губы — просить бесполезно. Тогда мальчишки взялись за Пиера.

— Ну дай, Пиер, не будь жадиной, я же все-таки тебе брат, — просил Дирк.

— Ну-ка сейчас же отстаньте! — прикрикнул Янус. — Он головой рисковал, этих аистов спасая.

Лина сидела и все смотрела на аиста. От радости хотелось и прыгать, и кричать, и плакать, но нужно сидеть тихо, а то аисты испугаются. Аисты в Приморке, кто бы мог подумать! Как чудесно сидеть перед печкой с аистом на коленях! Аисты в школе! Аисты в Приморке! Она низко нагнулась, чтобы скрыть слезы, и нежно погладила длинную белую шею птицы.

Позади сидел Доува, он рассказывал Янусу о «краже со взломом», но Януса это не очень тронуло. Зато учитель, услыхав, что утонувших аистов похоронили во дворе у башни, всплеснул руками.

— Доува, это же беззаконие! Та земля — собственность государства, королевы! Нас в тюрьму посадят. Нет, их надо непременно выкопать. — Учитель был вне себя.

Янус резко повернулся к нему и сказал:

— Собственность государства, собственность королевы! Ну и что! Если королеве не нравится, пусть приедет, выкопает их и похоронит у себя в Амстердаме за дворцом.

Он не удержался и прыснул со смеху. Видно, представил, как королева везет аистов в Амстердам и сама орудует лопатой в дворцовом саду.

— Тише, Янус, аистов напугаете!

— Подумаешь! — сказал Янус. — Если уж они к рычанию львов в своей Африке привыкли, то Януса как-нибудь потерпят. — И снова захохотал, запрокинув голову.

Аист на коленях у Лины вдруг грозно поднял голову, начал вырываться. Янус тут же перестал смеяться.

— Держи его, Йелла, за шею держи! — крикнул он. — Хватай и тащи на крышу. Мигом! Ожили, голубчики. И ты, Пиер, не зевай!

Пиер и Йелла побежали к дверям, держа аистов за шею, чтобы не клевались.

Аист в руках у Йеллы отчаянно забился.

— Осторожнее, дурень, задушишь, — строго сказал Янус.

Зажав аиста под мышкой, чтобы освободить руки, Йелла полез на крышу. Пиер — следом. По скользкой крыше пришлось ползти. Аист Йеллы изловчился и стал больно клевать его в затылок. Йелла закрыл глаза и, не обращая внимания, полз дальше. Длинным клювом аист сбил у него с головы шапку и продолжал клевать, вырывая целые пряди волос. Ай! Больно! Нет, никакого терпения не хватит! Йелла прижался к лестнице, схватил аиста обеими руками и подбросил. Расправив большие белые крылья, аист легко взлетел на колесо. Пиер и своего протянул Йелле. Увидев подругу в неволе, большой аист выгнул шею и со всей силы тюкнул Йеллу. Тот торопливо выпустил и самку. Большой аист встал рядом, словно охраняя. А она подняла голову и благодарно посмотрела на своего защитника и повелителя.