Колесо на крыше - Дейонг Мейндерт - Страница 32

Лина презрительно усмехнулась. Йелла даже не знает, в какой стороне Англия. По географии у него оценки хуже всех в классе. Лину вновь охватил страх за малышей, и она пошла еще быстрее. Вот если бы вместо Йеллы с ней был Аука! Ведь его братишка тоже пропал. Уж они бы искали как следует! А может, даже хорошо, что рядом Йелла: идет, болтает, хоть ужасные мысли в голову не лезут. Вдруг Линда и Ян в канале утонули! Лина взглянула на башенные часы — скоро десять. Почти два часа прошло, как малыши пропали.

Йелла понял ее взгляд по-своему:

— Лучше бы учитель залез на колокольню, позвонил бы, собрал народ, вместе быстрее бы нашли. Может, в поле ушли, так кто-нибудь из фермеров видел.

— Правильно учитель сделал, — запальчиво сказала Лина. — Что без конца в колокол звонить? Он сам знает, когда нужно. — Она вдруг рассердилась на Йеллу. — Зачем всех собирать? Подумают, пожар или что хуже.

— Куда уж хуже! — заспорил Йелла. — Вдруг малыши утонули? — Он закусил губу — не надо было так говорить. Лина всхлипнула. — Хотя нет, залезли куда-нибудь, а выбраться не могут. Может, запер кто нечаянно. Вот увидишь, сидят себе да играют, — тут же поправился он.

— Пошли быстрее, — перебила его Лина.

Деревня позади. Ребята побежали в сторону перевернутой лодки. Там в незапамятные времена был пирс, сейчас остались лишь старые сваи, они торчали из воды словно гнилые неровные зубы. Ребята любили лазать по сваям, кругом страшные черные прогалы. Линда и Ян не могли туда забраться, слишком маленькие, успокаивала себя Лина. И что это ей в голову пришло?

Вдруг она остановилась как вкопанная, схватила Йеллу за рукав и молча показала: между сваями что-то белое. Белое! Нет, в белом малыши быть не могли, сейчас не лето. И впрямь у страха глаза велики.

— Ух, я уж подумала… — начала было она. Часто забилось сердце, ноги стали ватные. — Да нет, показалось просто. Показалось.

Йелла присмотрелся повнимательнее.

— Показалось? А это что? — возмутился он. — Это же аисты. Утонули, и их прибило к пирсу. — И он бросился к воде.

Бежать за ним у Лины не было сил — она еще не пришла в себя. Но ведь Йелла сказал, АИСТЫ! И Лина не заметила, как ноги сами понесли ее к пирсу. Когда она подбежала, Йелла уже прыгал вдалеке со сваи на сваю. Вот лег на живот, склонился над водой — так и есть, два аиста. Йелла схватил их за безжизненные крылья и вытащил на сваи.

Он подошел к Лине, лицо у него было мрачное. В каждой руке он держал по аисту, с поникших крыльев капала вода.

— А Янус говорил… — Йелла чуть не плакал. — В газете правильно сказано… Все потонули, не будет у нас в этом году аистов. Пошли, скажем учителю…

— А как же Линда с Яном?

— Ах да… — Йелла посмотрел на аистов. — Я и забыл совсем.

В нем боролось чувство долга и желание скорее показать всем свою страшную находку. Он хотел положить птиц на дамбу, но передумал.

— Ты давай ищи, а я все-таки побегу к учителю. Я мигом, вот увидишь.

Не дождавшись ответа, он вихрем взлетел на дамбу и, держа аистов за лапы, понесся к деревне. Лина тоскливо посмотрела ему вслед. Потом повернулась — надо идти дальше. Ее широкая юбка хлопала на ветру. Тут до нее донесся неясный звук, точно слабо ударили в колокол.

Аисты утонули, Йелла ее бросил, она одна-одинешенька, только ветер воет. У Лины прямо мурашки по спине побежали. И она бросилась вслед за Йеллой.

— Йелла, погоди! Йелла!

Она закричала так пронзительно, что Йелла остановился — вдруг Лина малышей нашла? Он побежал было к ней, но у колокольни остановился, поджидая.

Вон сестренка Лина, она бежит к большому мальчишке — это Йелла. Он сначала куда-то помчался с аистами в руках. Но это совсем не те аисты, что летели над морем, этих Йелла и Лина нашли около пирса. Линда не отрываясь смотрела в щель между досок.

— А на дамбе Лина и Йелла. Они аистов несут, — сказала она вслух.

Ян вылез из-под колокола.

— Где? Где?

— Иди сам посмотри.

Ян попятился.

— Да не бойся, Линда тебе упасть не даст, — как взрослая успокоила его девочка и подсадила повыше.

Ян припал к щели и взглянул вниз.

— Как высоко! — испуганно сказал он и хотел слезть, но Линда не отпускала.

— Не бойся, я крепко держу, — сказала она. — Ну как, видишь?

— Да, они несут тех аистов.

— И вовсе не тех. Ох, Ян, какой ты бестолковый! Те в море стоят. Посмотри как следует.

— Не вижу, — ответил Ян.

Линде не терпелось сказать сестре, что они подобрали других аистов. И она даже крикнула:

— Лина, это совсем не те аисты!

— Где ты, Линда, где ты? — раздался снизу пронзительный возглас.

— Здесь я, здесь! — закричала Линда в ответ, но в это время налетел ветер, со свистом ворвался в башню и заглушил ее слова.

— Где ты? — все звала Лина. — Скажи, где ты?

— Да тут, наверху. Разве ты не видишь? А Ян снова под колокол залез.

— Под какой колокол? Ты что, на башню забралась?

— Да. И Ян со мной.

— Линда! Есть там какой-нибудь камень? Найди поскорее и бей им что есть силы по колоколу.

Линда огляделась. На полу камней много — должно быть, обвалились со стены. Линда выбрала самый большой, с трудом подняла обеими руками, шатаясь, подтащила к колоколу. Хотела с размаху ударить, но уронила — слишком тяжелый. Он стукнулся о край колокола. Дон-н! — громко пожаловался колокол, и долго еще по всей башне летало эхо. Ян испугался и, дрожа всем телом, тут же вылез из-под колокола. Он встал, задрал голову, прислушиваясь. Эхо ему понравилось. Он засмеялся. А Линда испугалась. Что теперь будет! Она отбежала к окну и стала смотреть вниз.

— Линда, как ты это? Покажи! — попросил Ян.

Испуганная Линда молча показала на камень. Ян тут же поднял его обеими руками и ударил по колоколу раз, другой — дин-н-дон-н! Теперь уж точно все в округе услышат!

— Ну вот, и ты еще, сейчас все сбегутся. Ох и попадет же тебе от мамы! — Линда указала на окно, как будто мама уже была рядом.

Линда оказалась права. По дороге торопливо шли две женщины и мужчина — учитель и матери малышей. Люди в полях прислушивались, глядя на колокольню. К ней уже сбегались мальчишки.

— Ну вот, доигрался, — прошептала Линда, — мама идет!

Ян заплакал.

А снизу опять послышался голос Лины:

— Ян, Линда, оставайтесь наверху. Не вздумайте спускаться. Сейчас придет учитель и мама.

Мама, да еще с учителем! Линда, как затравленный зверек, стала озираться.

— Сейчас твоя мама придет. Ну и попадет же тебе! Будешь знать, как в колокол звонить.

— Ты первая начала.

Ян заревел пуще прежнего и, спотыкаясь, пошел к люку. Но когда увидел черную зияющую дыру, лестницу, а за ней еще люк и еще, то сразу перестал плакать. Он повернулся, перед ним опять был колокол, и Ян заплакал вновь. Не удержалась и Линда.

И так громко они ревели, что не слышали, как открылась внизу тяжелая железная дверь, как по шаткой скрипучей лестнице поднялись учитель и Йелла. А когда услышали, то пугаться было поздно. Учитель нашел их на грязном полу, они сидели, прислонившись к колоколу, прижавшись друг к другу, и вовсю ревели.

— Ну что за слезы? — спросил учитель. — На башнях плакать не положено, да и не из-за чего. Посмотрите-ка, и Йелла со мной пришел. Ну-ка садитесь к нам на плечи, мы будем вашими лошадками, отвезем вас домой. Хотите прокатиться? Закройте глаза и ничего не бойтесь, — скомандовал учитель.

Линда перестала плакать, послушно закрыла глаза и потянулась к Йелле — пусть Яну достается большой и страшный учитель.

Пока спускались, Линда слышала, как учитель, шагавший позади, подбадривал Яна, о чем-то спрашивал, но Ян лишь всхлипывал и отнекивался. Глаза Линда открыла только когда вышли. И растерялась.