Проблемы жизни и смерти в Тибетской книге мертвых - Волынская Людмила Борисовна - Страница 17

Психологи дают нам прекрасный совет для земной жизни: жить в настоящем, здесь и сейчас, не переживая о прошедшем и не забегая далеко вперед. Этот совет как нельзя более подходит и для поведения после смерти: поменьше смотреть на то, что осталось на Земле. Если мы научились жить сегодняшним днем в земной жизни, направлять свои мысли и чувства туда, куда следует, нам будет легче осуществить это и за ее пределами. Но если раньше не мы управляли своими психическими состояниями, а они нами, то сейчас нам легко впасть в отчаянье, ужас от разрыва со всем прошлым и страх перед будущим. Мы буквально наполнимся ранящими и разрывающими душу эмоциями. Учиться управлять своими чувствами и при необходимости перестраивать свои эмоциональные реакции было легче на Земле, и мы имели достаточно времени для этого. Но если мы в продолжении всей своей жизни этого так и не сделали, то в Хониид-Бардо совершить решающий скачок в изменении эмоциональных привычек предельно трудно, почти невозможно. И все же такая попытка может оказаться нашим шансом на грани возможного.

Буддийское учение призывает нас не привязываться к людям и вообще ко всему земному и при этом говорит о любви и сострадании к ним. Такого рода позиция вызывает множество вопросов у людей западного и российского менталитета, для которых понятия любви и привязанности почти совпадают. В действительности водораздел между ними проходит как раз в умении жить в настоящем времени. Можно очень сильно любить человека, но если обстоятельства нас с ним разлучают и мы бессильны на это повлиять, то лучше переключиться на ту деятельность, которая требуется от нас сегодня. И когда мы включаемся в нее не просто формально, а с полной отдачей, то требования сегодняшнего дня понемногу начинают занимать наши мысли и вытеснять наше горе. В земной жизни это называется гибкостью, которая и приводит к непривязанности. Оказывается, и в посмертье это замечательное качество крайне необходимо, и даже в еще большей мере. Ведь там мы оказываемся вынужденно разлучены не с кем-то одним, а со всем, что нам было дорого, со всей нашей прежней жизнью. Цепляние за нее нам ни в чем не поможет, а вот вред от нежелания оторваться, оказывается, огромный. Человек, вернее бывший человек, не включается в новую реальность и не делает того, что ему необходимо делать здесь и сейчас.

Именно таким путем возникает явление «беспокойных духов», которые могут тревожить оставшихся на Земле. Этот сюжет лег в основу многих страшных романов и фильмов ужасов. В действительности он не так уж и фантастичен. В этой ситуации плохо всем: и живым, и умершим. Если такое происходит, то живым лучше не пугаться, а помочь усопшему оторваться от Земли, настроить его на это. Ну а тем, чей земной путь окончился, – не цепляться за прошлое и признать новую реальность. Возможно, пути родных и любящих друг друга людей еще пересекутся, но только не на этом этапе. Впереди у нас целая вечность, и это может произойти когда и где угодно – как на Земле, так и в других мирах.

«Проспав» Чикай-Бардо и все закономерные для него положительные эмоции, мы должны войти в Хониид-Бардо в одухотворенно-смиренном состоянии – для нас сейчас это крайне важно. Иначе под тяжестью отрицательных эмоций мы быстро и незаметно для себя провалимся в нижние миры. В нашем обыденном языке, в повседневных разговорах мы часто используем такие понятия, как «легкое» или «тяжелое» душевное состояние. Говорим: «мне легко» или «мне тяжело» – и прекрасно понимаем друг друга. Но в земной жизни мы воспринимаем эти слова в переносном смысле, для нас это скорее метафоры, поскольку наш душевный «вес» несопоставим с весом физического тела. После смерти наше «я» становится не чем иным, как чистым Сознанием, вибрацией мыслей и чувств, и поэтому наш новый вес определяется именно этим. И соответственно этому мы окажемся в тех местах, в тех отсеках неземного мира, куда заведут нас наши мысли, переживания, состояния души. Здесь вес наших эмоций имеет в прямом смысле очень большое значение, так как плотность нашего нового тела равна плотности мысли и вообще любого психического состояния. И тяжелый вес унесет нас вниз, в нижние миры, подобно тому как на Земле тяжелые предметы тонут, а легкие – плывут по воде.

Таким образом, свое посмертье определяем мы сами. Именно в этом и заключается психологичность Тибетской книги мертвых. Не какие-то независимые от нас посторонние силы, не враги, не черти, не демоны насильно потащат нас в страшные миры, а мы сами провалимся туда, если звучание нашей души будет созвучно вибрациям тех миров.

Конечно, это происходит ненамеренно. Никто (или почти никто) не говорит себе, что хочет попасть в адские миры, никто специально не добивается этого. Но ведь и в земной жизни обычно никто намеренно не вызывает в своей душе раздражение, зависть, безысходность или другие негативные эмоции, а тем не менее они всем нам хорошо знакомы. В Бардо это происходит еще легче, поскольку, лишившись физического тела, наше «я» становится совокупностью психических состояний. И в земной жизни мы получаем вовсе не то, что своенравно хотим, а то, для чего у нас есть ресурс, что вытекает из наших эмоций и поступков, из нашей сущности в целом. Созвучные с нами люди и ситуации притягиваются к нам, и именно с ними происходит взаимодействие. Увы, это далеко не всегда совпадает с нашими сознательными желаниями. В посмертье это становится квинтэссенцией – мы просто автоматически окажемся в том месте, которое соответствует тому, о чем мы подумали и что при этом почувствовали.

Ну хорошо, скажете вы: а где же справедливость? Ведь мы обозлились или впали в уныние в Хониид-Бардо, из-за того что наши близкие и любимые люди вели себя неподобающим образом. Почему же ответственность ложится на нас, а не на них? Вроде бы наши переживания обоснованны, а отражается это на нас, почему-то именно мы должны расплачиваться вдвойне: сначала подвергаться тяжелым переживаниям, которые мало того что терзают нас сейчас, так вдобавок еще утяжеляют нашу дальнейшую посмертную жизнь и карму (ее мы «нагуливаем» не только на Земле).

С этим необходимо разобраться в земной жизни, пока у нас есть для этого время. За подобными вопросами скрывается представление о том, что мы не несем ответственности за свои эмоциональные реакции. Мы слишком часто оправдываем свои отрицательные эмоции действиями других людей по отношению к нам. И когда эти действия неблагоприятны для нас, мы считаем вполне нормальным находиться в разгневанном или подавленном состоянии. Ведь это другие люди или обстоятельства вызывают в нас эмоциональный отклик, а мы здесь ни при чем. Нас похвалили, и нам стало приятно, а если нас обругали или обманули, то мы, естественно, злимся или грустим.

При такой эмоциональной логике мы в жизни то и дело оказываемся игрушкой в руках других людей или стечения обстоятельств. А в посмертье – в руках злых демонов, а точнее – темных сторон наших собственных бессознательных процессов, которые отделяются от нас и кажутся нам чем-то посторонним. Занимая такую эмоциональную позицию, мы невольно культивируем в себе зависимость как черту характера. А привыкнув быть зависимыми на Земле, мы не сможем перестроиться сразу после смерти. Таким образом, слишком многие люди имеют шанс получить меньше, чем того заслуживают, из-за случайных преходящих обстоятельств, например сиюминутного поведения оставшихся на Земле родственников и друзей. Человек несомостоятельный, без внутреннего стержня не может быть другом самому себе ни здесь, ни там.

В действительности мы вовсе не обязаны реагировать привычным способом на то, что происходит с нами. Прежде всего, мы можем хотя бы отчасти сами выбирать для себя ситуации. Если мы часто гуляем глубокой ночью по темным улицам, то велика вероятность того, что на нас нападут бандиты. Если мы общаемся с конфликтными и злыми людьми, то велика вероятность того, что на нас будут нападать эмоционально. Необходимо осознать свой выбор: зачем мы это делаем? Зачем гуляем так поздно или общаемся с тяжелыми людьми?