Не вернуться никогда - Верещагин Олег Николаевич - Страница 57

— Тебя что, русалки за ноги тянут? — хрипло спросил Вадим, поравнявшись с ним. Мальчишка повернулся к молодому ратэсту:

— Они у меня… как из свинца… — но о помощи — гордый — не просил. Вадим поплыл рядом, подставлял здоровое плечо, когда мальчишка снова начинал "нырять". Ротбирт забрал у какой-то женщины маленькую девочку и усадил себе на шею…

… - К лесу! — прохрипел Вадим, толкая мальчишку в спину. Тут на песке лежали тела тех, кто погиб у самого спасения — стрелы данванов добивали и сюда… Ротбирт уже бежал, прикрывая окольчуженным телом сразу несколько человек. — В лес беги! Я… сейчас…

А у самого внезапно не стало сил. Мальчишка опустился на колени, а потом уткнулся лицом в песок…

…Подхватив потерявшего сознание ратэста под мышки и надрываясь до крика, мальчишка поволок Вадима к кустам…

* * *

Ан Эйтэн йорд Виардта был в бешенстве. В его руки попало всего около сотни людей — в основном раненых воинов, многие из которых уже умирали. Эти безумцы, чтобы не попасть в плен, убивали сами себя и друг друга, топились, бросались головой в камни… Около трёх сотен сумели, перебравшись через реку, скрыться в лесу — сунувшихся через брод хангаров встретили стрелами из чащи.

Самым же непредставимым было то, скольких воинов потеряли данваны, чтобы истребить этих… этих рыжих. Хорошую весть он принесёт на базу — двести восемьдесят четыре человека погибли, больше, чем за три предыдущих года Игры! И это уже не игра…

Данваны в гневе дотла обобрали урхан и отплыли…

* * *

Вадим очнулся, когда у него из бока вытаскивали стрелу. Вскинулся — но тут же вжался во влажную траву, хватая воздух ртом — мешать лекарю было нельзя.

Повернув голову, он увидел сидящего рядом Увальда. Он держал в руках чашку с водой, в которой женские руки мочили тряпку.

— Эрна, — позвал Вадим. Но тут же понял, что это не Эрна. Его перевязывала Ринд. И всё-таки позвал ещё: — Эрна.

— Лежи тихо, — послышался женский голос, — ты чуть не истёк кровью.

— Где Ротбирт? — спросил Вадим…

…Из ратэстов не уцелел больше никто. Две трети спасшихся были дети младше двенадцати лет, три четверти остальных — женщины и старики. Оружие могли держать лишь восемнадцать из двадцати семи оставишихся мужчин… а из них, в свою очередь, одиннадцати ещё не исполнилось четырнадцати.

Это всё, что осталось от пятитысячного рода, приведённого сюда Йохаллой. Весь скот, почти весь скарб, почти все кони достались врагу или погибли, пропали.

Ротбирта Вадим нашёл на опушке леса. Кто-то перевязал его, но анлас, кажется, не обращал на это никакого внимания. Он стоял на коленях возле Эрны.

Раненая в живот и тщательно перевязанная, девушка тяжело дышала, на губах вздувались кровавые пузыри. Ротбирт стоял молча, с сухими глазами и заострившимся лицом. Вадим остановился рядом. Ротбирт даже не повернул головы. Но сказал:

— Она звала тебя.

— Что? — не поверил своим ушам Вадим. Ротбирт повторил:

— Она звала тебя. Она говорит.

Вадим встал рядом с девушкой на колени. Вокруг лежали сотни трупов, которые некому было предать огню. Но эта девушка была жива. Она звала Вадима. Чёрт побери, этих девушек было как грязи. Ни одна из них не стоила… не стоила… не стоила…

— А ты? — спросил он хрипло. Ротбирт пожал плечами, вздохнул:

— Что я?

— Ты же тоже с ней хотел быть.

— А она зовёт тебя. Ты её держи за руку, может, она не умрёт. А я пойду. Вокруг много кому надо помочь.

— Я… сейчас, — Вадим тяжело поднялся — обеими руками упираясь в колено — и достал меч. Достал — и протянул его к Ротбирту. Навстречу Сыну Грома серебряным лучом лёг клинок анласа. Мечи скрестились над телом тяжело дышащей девушки. И два мальчишеских, но по-взрослому суровых голоса послышались над берегом:

— Своей кровью и своей честью! Дубом, терновником и ясенем! Зелёными холмами и хрустальными реками! Именем предков и своим именем! Я клянусь, что мы придём на берега этой реки вновь и вновь залью их кровью, но будет это кровь наших врагов. Я настигну и покараю убийц, где бы они не скрывались. И если моя жизнь пойдёт в уплату за мою месть — я плачу эту цену. Дьяус слышит! Дьяус знает! Дьяус свидетель! Дьяус слышит!! Дьяус знает!! Дьяус свидетель!! Дьяус слышит!!! Дьяус знает!!! Дьяус свидетель!!!

ИНТЕРЛЮДИЯ. ОТКУДА БЕРУТСЯ ГЕРОИ?(1.)

… И вечно в балладах герои живут…

Дыхание легкие рвет из груди, срываясь надорванным хрипом.

Ничто не законченно — все впереди и тело заходится криком…

Кольчуга — в клочки, щит изрублен в щепу, на меч опираюсь устало,

И тех, развеселых наемных рубак не так уж и много осталось.

Засада. Так просто. Законы игры — и кодекс войны не нарушен.

Но только скажите тогда, отчего мне горечь терзает так душу?..

Сказать? Ну смотри, напросился ты сам. Хотя — ведь не врут обреченным…

Имей же ты смелость признаться себе, как в трусости был уличен ты.

А их капитан предложил честный бой… не губить чтоб людей понапрасну.

Ведь загнанный зверь, хоть и полуживой, становится очень опасным…