Просто Богиня (СИ) - Алексеев Павел Александрович - Страница 26

Я перехватила взгляд дирижёра, и он ободряюще кивнул. Ну, начали…

/фрагмент песни Whitney Houston — I Will Always Love You/

http://www.youtube.com/watch?v=3JWTaaS7LdU

При первых словах песни, безо всякого аккомпанемента зал затих. Затем к голосу присоединились клавишные, скрипки, музыка становилась всё сильнее и глубже и когда грянуло 'And I will always love you…', зал застыл глядя на меня, а я сдёрнула платок, так, чтобы волосы водопадом рассыпались по плечам и, раскинув руки в стороны в одной из которых свисал до пола мой платок, устремив взор вверх взывала — 'I will always love you…', 'я всегда буду любить тебя…'. Тут даже и перевода не нужно, надеюсь, смогла передать все, что хотела зрителям…

А потом были финальные ноты, припущенная и склонённая к плечу голова, затихший голос, сложенные на груди руки с по-прежнему неразлучным платком. И зал вздрогнул. Наверное, тут и на Съездах партии так не гремели аплодисменты. Не знаю, как у других певцов, но у меня зал встал весь, вместе с самим Леонидом Ильичом. Он во всю силу хлопал ладонями и орал 'Молодец дочка!' и неведомо кому грозил кулаком. Потом он не выдержал и выскочил на сцену, сграбастал меня в охапку и от души несколько раз расцеловал, потряхивая при этом как грушу. Я вытянулась в струнку и когда услышала 'проси, чего хочешь', пискнула 'отпустите меня пожалуйста, вы меня сломаете…'. Так как стояли возле микрофона, это услышали все. Тут же зал содрогался, уже от хохота…

Через какое-то время, меня всё-таки отпустили, и я сбежала за кулисы. А там уже попала в руки других 'поздравителей'. Ладно Майя, Утёсов, добродушный дядечка Козловский, милейший человек Марк Бернес, Зыкина — но вот слащавая улыбочка и голос Миансаровой меня взбесили, и я не выдержав на неё вызверилась. Видимо поняв, что я к общению с ней я абсолютно не готова, она быстренько ретировалась. Тут за кулисы прокрались журналисты и принялись меня терроризировать. Вот от этих зверей я избавилась только когда заявила, что мне срочно надо 'попудрить носик' перед выходом на сцену, только тогда отвязались.

В этот раз я не стала сильно что-то менять в своём образе. Добавила немного теней на глазах, чтобы придать более грустный вид, слегка изменила причёску, тёмное платье с серебром и длинными рукавами… Всё в принципе. Ага, вот и меня зовут. Ну, пошли. Мда, надеюсь не перестаралась, сразу вопрос — что случилось? Не, нормально всё, в образ вхожу.

Зал встретил меня аплодисментами, кланяюсь, мило улыбаюсь, благодарю… Ага, щас спою:

/фрагмент песни Un-Break My Heart — Toni Braxton/

http://www.youtube.com/watch?v=p2Rch6WvPJE

И руки я заламывала и стонала и слёзы пустила из обоих глаз и чуть ли волосы из головы не вырывала. Девочки из бэк-вокала старались, на гитарных переборах у половины зала тоже чуть ли слёзы не вышибло. Женщины точно глаза платками вытирали…

Хлопали, кричали из зала, чей-то голос из зала выкрикнул — 'Богиня, я люблю тебя!' Тфу на тебя… Леонид Ильич снова выскочил на сцену, снова меня схватил в охапку, и расцеловал, а потом тихо спросил:

— Про что песня хоть, жалостливая-то такая…

— Про то, как сердце плачет, про любимого, который погиб.

— Та ты что! — охнул Ильич, — Вот же горе-то какое…

И не откладывая дело в долгий ящик, постучал по микрофону, сказал:

— Прошу внимания, товарищи! — зал практически сразу затих, — Надеюсь, песня вам всем понравилась, очень душевная песня. А главное, песня, от всего сердца. Которое болит и страдает от боли по утрате любимого человека, о котором и поёт наша юная звезда и не побоюсь этого слова — юная Богиня. Давайте почтим минутой молчанья этого, несомненно — достойного, молодого человека…

Зал встал, а я чуть не упала. Не поняла? Чьего человека?! Я же ему про суть песни сказала!

— Прошу садиться, товарищи. А ты, Богиня, держись! Я верю в тебя. Нет — мы верим в тебя, правда, товарищи? — Леонид Ильич обратился к залу, из которого тут же донеслись ободряющие выкрики — 'Богиня, держись!', 'мы с тобой!', и всё остальное на ту же тему, — Так что, крепись. Ты ещё молодая, пройдёт время, и боль утихнет, а мы уж тебе поможем. Ты главное, пой дочка! Пой!

Я пропищала что-то вроде, что 'ага, а как же, обязательно…', наконец-то думала, можно уже слинять со сцены, но не тут-то было. К Ильичу метнулся кто-то из сотрудников зала и что-то шепнул. Тот удивлённо посмотрел на меня, потом в зал и кивнул. На сцену неторопливо поднялся серьёзный дяденька азиаткой наружности и, улыбнувшись мне, подошёл к микрофону.

Ильич кашлянул, потом сказал:

— Тут неожиданно попросил слова товарищ Миршакаров, которого вы все хорошо знаете. Председатель Верховного Совета Таджикской ССР. Ему слово!

— Здравствуйте товарищи! — поздоровался он сильным, но мягким голосом, — Сразу хочу сказать, я хотел попросить слова для выступления в конце концерта, на церемонии вручения наград. Но под влиянием чувств, решил сделать это сейчас. Так же, перед лицом всего Советского народа, я хочу попросить у Филатовой Дианы — нашей юной Богини, прощения… Да-да, именно попросить прощения! К сожалению, не всегда значимые новости доходят до правительства республики сразу, как бы не было мне стыдно в этом признаваться. Мы работаем над этим недостатком и боремся с недобросовестными сотрудниками. Пребывая на гастролях, Диана Филатова совершила беспрецедентный, героический поступок — подвиг! Не раскрывая подробности, которые являются секретными, скажу, что она спасла жизни нескольких десятков людей, большинство из которых являются членами КПСС и ВЛКСМ. За мужество и самоотверженность, Президиум Верховного Совета Таджикистана принял решение представить Филатову Диану к правительственной награде — ордену Боевого Красного Знамени! Позвольте вручить вам эту заслуженную награду…

Глава 11

Я стояла как статуя, стукнутая кувалдой по голове. И думала — награда нашла своего героя. В себя пришла в тот момент, когда товарищ Миршакаров прицеливался, как бы приколоть мне на грудь, туго обтянутую приталенным платьем, боевой орден. Пришлось, взять у него этот орден и приколоть самой. А зал хлопал и скандировал — по-здра-вля-ем! по-здра-вля-ем!