Большая Ордынка. Прогулка по Замоскворечью - Дроздов Денис Петрович - Страница 72

Конечно, в конце XIX века Викторсон не мог тягаться с крупными производителями гильз, такими как фабрика в селе Толмино Московской губернии. Но продукция предприимчивого фабриканта была настолько качественной, что очень скоро табачные гильзы Викторсона стали самыми популярными в Москве.

В советское время фабрика была национализирована, а позже упразднена. Здание надстроили третьим этажом. В нем разместились квартиры работников Первой образцовой типографии. Несколько лет назад в доме располагалось посольство Исламской Республики Мавритания, которое перебралось в Большой Саввинский переулок. Его место заняло дипломатическое представительство Республики Куба.

На противоположной стороне Большой Ордынки интересны два строения дома № 61 – бывшая городская усадьба Д.Ф. Новикова – А.Н. Давыдова. Одним из первых владельцев усадьбы в 1820-х годах был коллежский асессор Новиков. При нем построили одноэтажный главный дом. Окна парадного фасада были декорированы сложными наличниками с растительным орнаментом, а три центральных окна выделены полукруглыми кокошниками.

В 1881 году при купцах Давыдовых по проекту архитектора П.А. Виноградова слева от дома на месте старого деревянного на высоком каменном основании возвели новый флигель с антресолями со стороны южного фасада. Дверь парадного входа была оформлена в духе эклектики с кронштейнами кованого зонта над входом. Уличный фасад был украшен наличниками окон в виде рамок с филенками, над которыми расположены лучковые фронтончики с декоративными розетками. Под окнами по всему фасаду проходит карниз, отделяющий нижнюю часть здания. Под карнизом помещена часть наличников, представляющая трехчастную композицию из цветка в круге и пальметок по бокам. Особенностью главного фасада является также широкий простенок от верхнего края окон до карниза, который скрывает помещения антресоли. После 1917 года до 1980-х годов здание было приспособлено под коммунальное жилье, все потолки и стены были обиты современными материалами, поэтому декоративное убранство парадных помещений не сохранилось. Однако уцелели объемы печей, зашитых в короба.

По соседству – в доме № 63 – еще одно старинное владение: городская усадьба Н.Н. Мальцевой – В.В. Петрова. Первые палаты появились здесь в конце XVIII века. В 1820 году возвели существующий дом, который дважды перестраивался: в 1879 году архитектором Н.С. Зубатовым и в начале XX века. Парадный фасад украшен с большим вкусом, главным образом оконными наличниками с богатой резьбой, полукруглыми кокошниками и фронтончиками. Композиционную законченность фасаду придают два карниза: промежуточный под окнами и более массивный венчающий карниз с резными украшениями.

Вернемся теперь на правую сторону Большой Ордынки. Дом № 70 в конце XIX века принадлежал купцу первой гильдии, потомственному почетному гражданину Константину Викторовичу Осипову. Особняк был построен архитектором Н.А. Мемноновым. В 1908 году основанный Константином Викторовичем торговый дом «К. Осипов и Ко» обанкротился и все имущество купца было продано за долги с аукциона. Новым владельцем участка на Большой Ордынке стал Николай Дмитриевич Ижболдин – представитель семьи купцов-миллионеров. Его отец Дмитрий Григорьевич Ижболдин родился в городе Сарапуле Вятской губернии, известном своим кожевенным производством, и разбогател на поставке сапог во время Крымской войны. Дмитрий Григорьевич всю жизнь занимался мануфактурной торговлей и стал купцом первой гильдии и почетным потомственным гражданином города Сарапула.

Николая Дмитриевича Ижболдина знали и принимали в лучших московских домах. Он активно участвовал в создании комиссии по строительству железной дороги. Занимаясь благотворительной деятельностью, он познакомился и подружился с великой княгиней Елизаветой Федоровной. В 1911 году Ижболдин задумал построить на участке на Большой Ордынке шестиэтажный доходный дом (теперь № 68). Здание, аналогов которому в Москве нет, было возведено по специальному проекту талантливого инженера и архитектора Н.Г. Лазарева. После революции 1917 года Ижболдин эмигрировал во Францию. В возрасте семидесяти лет был рукоположен в сан православного священника в Париже и богослужил под юрисдикцией константинопольского патриарха. Умер Николай Дмитриевич в 1958 году и был похоронен на русском кладбище Сент-Женевьев-де-Буа, в документах которого есть такая запись: «Ижболдинъ, Протоирей отец Николай».

В 1962 году в бывшем особняке Ижболдина разместилось посольство Северной Кореи. Теперь здесь располагается посольство Республики Кения.

Следующий дом (№ 72) был построен в 1820-х годах. В середине XIX века им владели купцы-старообрядцы братья Алексей Иванович и Николай Иванович Пуговкины. Они владели домами в Москве и занимались продажей фуражек в лавках в Китай-городе. В начале XX века у особняка появился новый хозяин: купец Егор Никитич Кулешов, торговавший шелком. Дом дошел до нас с незначительными изменениями и является типичным для эпохи ампира. Центральная часть парадного фасада украшена дорической четырехколонной колоннадой, которая покоится на аркаде. Колоннада увенчана фронтоном с лепным медальоном. Маленькие фронтоны окон составляют с большим фронтоном портика композиционное единство. Раньше здесь находилось посольство африканской Республики Руанда.

Теперь в этом недавно отреставрированном особняке базируется дипломатическое представительство Аргентины.

Напротив посольства Аргентины дом № 67 – еще один «доходный великан». В Москве в начале XX века сорок процентов жилья составляли доходные дома. Парадный фасад дома № 67 украшен едва заметными эркерами на уровне третьего, четвертого и пятого этажей. Входы в здание выделены ризалитами с щипцовыми завершениями. Центральная часть фасада украшена ступенчатым аттиком.

ФИЛИАЛ МАЛОГО ТЕАТРА

(Большая Ордынка, № 69)

Малый театр – явление в отечественной культуре сродни Третьяковской галерее. И как хорошо, что венчает Большую Ордынку здание Малого театра, пусть здесь и находится только его филиал. Особенный дух Малого, его философия и театральная школа сохранены и на Большой Ордынке. Традиции старейшего московского театра восходят к дорежиссерским временам, когда актеры с особым усердием и добросовестностью относились ко всем элементам своей работы, когда актерская игра выходила на первый план, когда каждому произнесенному со сцены слову знали высокую цену.

В 1752 году императрица Елизавета Петровна «актеров, которые в Ярославле содержали театр и играют комедии, и кто им для того еще потребны будут, привесть в Санкт-Петербург». Через четыре года в столице Российской империи был учрежден первый российский театр. В 1759 году в Москве при университете появился публичный театр под управлением директора университета, поэта и драматурга М.М. Хераскова.

Но московская публика еще не была готова к пониманию и принятию сценического искусства. Однако на основе университетского театра был создан драматический Большой Петровский театр, названный по площади, на которой находился. С 1806 года театр перешел на казенный счет и стал называться Императорским московским театром. В 1824 году по проекту знаменитого О.И. Бове, знакомого нам по церкви Всех Скорбящих Радость, архитектор А.Ф. Элькинский перестроил для театра особняк купца Варгина на Петровской площади. Так у драматической части труппы появился постоянный дом. Чтобы не путать Императорский московский театр с находившимся рядом Большим, первый стали называть Малым. В те времена понятия «малый» и «большой» означали лишь их сравнительные размеры. Но вскоре Большой и Малый стали именами собственными и сегодня во всех странах мира звучат на русском языке.

У здания на Большой Ордынке есть собственная богатая история. Интересную подробность сообщают авторы книги «Я люблю этот город вязевый...»: «А.Н. Радищев родился на Большой Ордынке, в доме бабушки Настасьи Григорьевны Радищевой. Это была богатая дворянская семья»[193]. В 1867 году здесь был построен двухэтажный каменный дом с флигелем, принадлежавший купцам Макаровым. В 1913 году уроженец Греции Фаврикодорос арендовал особняк, увеличил его до красной линии улицы и открыл один из первых в Москве кинотеатров «Кино-Палас» на тысячу мест. Говорят, синематограф так и не начал работать. В 1914 году по проекту архитектора Н.А. Спирина здание кинотеатра было перестроено в помещение для театра, в которое вскоре въехала труппа антрепренера и актера П.П. Струйского. Об открывшемся театре Струйского в Москве практически не знали. Он предназначался главным образом для зрителей Замоскворечья.