Большая Ордынка. Прогулка по Замоскворечью - Дроздов Денис Петрович - Страница 28

ЦЕРКОВЬ СВЯЩЕННОМУЧЕНИКА КЛИМЕНТА, ПАПЫ РИМСКОГО

(Климентовский переулок, № 7/26)

Усадьба Долговых располагалась на углу Большой Ордынки и Климентовского переулка, в который выходили южные корпуса. Переулок получил свое название в честь храма Священномученика Климента. Он соединяет Большую Татарскую улицу с Большой Ордынкой, но нам предстоит пройти только по его пешеходной части до Пятницкой улицы. Мы дважды за время нашей прогулки доходили до нее. Безусловно, Пятницкая заслуживает отдельной книги, в которой не последнее место займет и интересующая нас церковь, но очень уж велик соблазн свернуть с Большой Ордынки и посмотреть на этот впечатляющий памятник архитектуры. Немногие московские церкви могут соперничать с храмом Климента, папы римского, числом топографических уточнений в названии. «В Пятницкой улице», «на Ленивом торжку», «на Ленивке», «на Пятницкой», «против полицейской части», «что в Ордынцах», «на Ордынке» – всех и не вспомнить! Эти названия говорят о равном значении церкви для обеих улиц – Большой Ордынки и Пятницкой.

Церковь Священномученика Климента, папы римского

В XIII – XIV веках от первого «живого» моста Большая Ордынка (тогда Ордынская дорога) шла не в сегодняшнем ее направлении, а юго-восточнее – в сторону современных Татарских улиц. В это же время возник пересекающий Ордынку переулок, первоначального названия которого не сохранилось. Возле переулка оседали ордынцы, казанские и ногайские торговцы, которые торговали с Москвой и образовали Татарскую слободу. А рядом обосновались переводчики-толмачи, о чем свидетельствует Старый Толмачевский переулок. На рубеже XV – XVI веков появился так называемый Климентовский городок – укрепленный острожек.

В письменных источниках церковь впервые упоминается в 1612 году, когда русские ополченцы сражались с войсками гетмана Хоткевича. Новый летописец сообщает: «Гетман же, собрав всех лучших людей и всеми людьми учинил напуск, и смяте всеми людьми конными и пешими, и гна их до самыя реки Москвы; аще не бы устоял Князь Дмитрий Пожарской с своим полком, побил бы многих. Князь Дмитрий же Трубецкой и казаки с ним отшедше в таборы своея, а гетман, видев сие, пришед, ста у церкви Екатерининской и таборы своя устрой тут, и острожек, стоящий у церкви Климента Римского Папы, и казаков в нем сидящих взять, и посади в него королевских людей. Ратный же вси во страсе быша велицем; воеводы же вси посылаху к казакам, чтоб за едино стояти против гетмана; они же не хотяху»[84].

Как известно, все закончилось для нашей страны хорошо. Хоть Пожарский и Минин почти опустили руки, видя, что отступили казаки, но у них хватило мужества продолжить борьбу. Они послали за старцем Авраамием – единственным человеком, который дружил с казаками и с которым дружили казаки.

Историк И.Е. Забелин в своем труде «Минин и Пожарский. Прямые и кривые в Смутное время» пишет: «Старец к этой казачьей толпе и обратился с должным увещанием, сказал им льстивую речь, что от них началось доброе дело (разорение государства!), что стали они крепко за истинную православную христианскую веру, раны многие принимая, голод и наготу претерпевая, прославившись во многих дальних государствах своей храбростью и мужеством. «Теперь ли, братие, – говорил старец, – все доброе начало в один час погубить хотите!» И многое иное говорил им со слезами, моля их, утешая и понуждая идти на врага… Казаки за это с радостью обещали за веру Христову стоять и головы свои положить. Кликнули казаки чудотворцевым ясаком: «Сергиев! Сергиев!» и устремились оба полка, дворяне и казаки, единодушно. Враг был побежден»[85].

Получается, победоносное сражение русских войск с поляками случилось именно здесь – у церкви Климента. Оно ознаменовало поворотный момент в борьбе против захватчиков. Началось триумфальное освобождение Москвы от интервентов-католиков. Это важнейшая веха в истории церкви Климента, да и всей нашей страны. Если внимательно посмотреть на Годунов чертеж – план Москвы, составленный до 1605 года, – можно увидеть церковь, расположенную на том же месте, где сейчас стоит храм Климента. Во время Смуты церковь была деревянной. В 1662 году на средства Александра Степановича Дурова было построено каменное здание с престолами Священномученика Климента, иконы Богоматери Знамения и Святителя Николая. Дуров – родоначальник известной дворянской фамилии – был думным дьяком при царе Михаиле Федоровиче. В 1636 году он был оклеветан и осужден на смертную казнь. Дуров попросил принести ему в темницу семейную икону Знамения. Известный московский историк Н.М. Молева рассказывает об этом в книге «Ошибка канцлера»: «В ночь перед казнью дьяку явилась изображенная на иконе Богородица и сказала, что его ждет помилование и всяческое благополучие. Одновременно та же икона якобы явилась во сне и царю, поручившись перед ним в невиновности дьяка. Михаил Федорович, проснувшись, отменил казнь, затребовал к себе дуровское дело, оправдал оклеветанного и «за невинное претерпение» значительно повысил в должности и в дальнейшем не забывал своими милостями. Дуров еще в темнице дал зарок, если останется жив, соорудить в своем приходе церковь в честь иконы-спасительницы. С особого разрешения царя он «устроил на том месте, иде же бысть его дом, церковь каменну, украсив ю всяким благолепием, в честь Божия Матери Честного ее Знамения с приделом святителя Николая. А сии святые иконы, яко его домовнии, постави в том святом храме»[86].

До сих пор неизвестно, в чью честь был освящен главный престол церкви – иконы Богоматери Знамения, Преображения Господня или все-таки Климента, папы римского. Возможно, церковь Знамения была придельной, но не сообщалась с главной. Однако, судя по приведенному выше летописному рассказу, храм уже в начале XVII века именовался Климентовским. Священномученик Климент считался на Руси особым святым. Он был апостолом от семидесяти и четвертым епископом Рима. Родившись в очень знатной семье, состоявшей в родстве с императорской фамилией, Климент покинул Рим и уехал в Палестину, чтобы слушать проповеди апостолов. В Иудее он встретил апостола Петра, принял от него крещение и стал его учеником. Незадолго до смерти Петр рукоположил Климента во епископа Рима. Во время гонений на христианство Климент был отправлен в изгнание на каторжные работы в каменоломню города Херсонес Таврический. Климент нашел там более двух тысяч христиан, осужденных на тесание камней в горах. Узнав, что за водой им приходится ходить на большое расстояние, Климент помолился Богу, после чего увидел агнца, стоявшего на одном месте и поднимавшего одну ногу, как бы показывая место. Он понял, что Бог указывает ему на место, где есть вода, и стал копать. Тотчас явился источник вкусной чистой воды, из которого образовалась целая река. Слух о чуде быстро распространился по всей окрестности. Многие люди уверовали во Христа и были крещены в воде от Климента. Говорят, что в день он крестил более пятисот язычников. При Клименте было построено семьдесят пять новых храмов. Император Траян, узнав о случившемся в Херсонесе, послал туда сановника, который подверг христиан пыткам. Но многие из них с радостью шли на смерть ради Христа. Тогда посланник Траяна решил убить самого Климента.

Житие священномученика составлено митрополитом Ростовским Дмитрием, который в конце XVII века написал двенадцать томов житий святых на каждый день года. Вот что сообщает Дмитрий Ростовский: «Сановник повелел посадить его в лодку, отвезти на средину моря и там, привязав якорь на шею, повергнуть в самое глубокое место моря и утопить, дабы христиане не нашли его тела. Когда все это произошло, верующие стояли на берегу и сильно плакали. Потом два вернейших ученика его, Корнилий и Фив, сказали всем христианам: «Помолимся все, чтобы Господь открыл нам тело мученика». Когда молился народ, то море отступило от берега на расстояние трех поприщ, и люди, подобно израильтянам в Чермном море, перешли посуху и нашли мраморную пещеру наподобие церкви Божией, в которой покоилось тело мученика, а также нашли близ него и якорь, с которым был потоплен мученик Климент. Когда верные хотели взять оттуда честное тело мученика, то было откровение вышеупомянутым ученикам, чтобы тело его здесь оставили, ибо каждый год море в память его будет отступать так в течение семи дней, давая возможность приходить желающим поклониться. И так было много лет, начиная с царствования Траяна до царствования Никифора, царя греческого. Много и других совершилось там чудес по молитве святого, которого прославил Господь»[87].