Сказки народов Африки, Австралии и Океании - Поздняков Константин Игоревич - Страница 56

56

— Вперед!

— Самбо! Самбо! — неслось отовсюду.

Устыдился брат Аиссы. Как можно подозревать в трусости такого отчаянного смельчака?!

— Бей, барабан, бей, бей! — кричал Самбо и непрестанно разил врага. — Греми, барабан!

Наступил рассвет. Поверженный враг запросил пощады.

— Вот он, спаситель нашей Северной страны! — И вождь с гордостью показал на Самбо, который в изодранной и окровавленной одежде стоял подле него. — Сын мой, — молвил вождь, — тебе мы обязаны победой! Реши сам судьбу поверженного неприятеля.

— Нет! — вскричал Самбо. — Нас спасла Аисса! Это она помогла мне стать настоящим мужчиной и воином.

И Самбо рассказал, как все было на самом деле.

— Самбо, доблестный мой муж! Ты проявил себя дважды храбрецом! И когда отважно сражался с врагами, и когда признался в собственной слабости. Но ведь ты одолел ее!

— Аисса права, — сказал вождь и прижал дочь и Самбо к сердцу. — Бывает, что поднять копье против неприятеля легче, чем поведать людям о собственной слабости.

Стена Каддо

Перевод В. Диковской

Сказка ашанти

 

ил-был в городе Тэнделла некий богач по имени Каддо.

Однажды собрал он перед своим домом всех жителей города и объявил:

— Вот что меня тревожит. В моих амбарах слишком много зерна, просто не знаю, что с ним делать.

Люди внимательно выслушали Каддо, и один человек сказал:

— У нас в городе немало бедняков, у них совсем нет зерна. Дай им немного из твоих запасов, если у тебя есть лишнее.

— Нет! — покачал головой Каддо. — Это плохо придумано и для меня совсем не подходит.

— Ну, хорошо, — вступил в разговор второй человек. — Ты мог бы одолжить зерно нуждающимся. Это было бы тоже очень недурно.

— Нет, — покачал головой Каддо, — и это меня не устраивает.

— Может, продашь излишки? — поинтересовался третий человек.

— Еще чего! — буркнул Каддо.

Немало советов выслушал в тот день Каддо, но ни один из них ему не понравился. Думал он, думал и наконец сказал:

— Пришлите мне завтра девушек, да побольше. Пусть смелют это зерно.

Люди ушли недовольные, но все-таки утром послали к Каддо сотню девушек.

На ста жерновах начали они молоть зерно, весь день мололи, и, когда последнее зернышко было смолото, Каддо повелел девушкам:

— Теперь принесите родниковой воды и приготовьте тесто.

Девушки принесли воды, замесили крутое тесто, а из теста Каддо велел им делать кирпичи.

— Я построю из них стену вокруг моего дома, — сказал Каддо.

Быстро разлетелась весть о том, что Каддо собирается строить стену вокруг дома.

Пришли люди к Каддо и потребовали:

— Не смей этого делать! Какая жестокость! Как можно строить стену из еды! Зерно существует для того, чтобы человек был жив и здоров! Негоже издеваться над бедняками!

— Замолчите! — рассердился Каддо. — Зерно мое. Излишек зерна тоже мой. Что за удовольствие быть богатым, если не можешь делать со своим богатством что хочешь?!

Люди разошлись. Они сердито покачивали головами и осуждали Каддо. А девушки все так же лепили из муки кирпичи и сушили их на солнце.

Когда кирпичи высохли, Каддо повелел строить из них стену вокруг дома.

Стена росла, девушки украшали ее разноцветными раковинами, а Каддо важно расхаживал неподалеку, поглядывал на стену и чувствовал себя превосходно.

Теперь, когда к Каддо приходили работники, они подолгу стояли внизу, а Каддо залезал на стену и оттуда отдавал приказания. И если горожане хотели узнать его мнение насчет какого-нибудь важного дела, Каддо опять взбирался на стену и оттуда высказывал горожанам свои соображения, а они стояли и слушали.

Так продолжалось долго, все кругом только и говорили что о стене Каддо.

Но вот однажды наступил и для Каддо неурожайный год. Ни единого колоса не уродили поля Каддо, ничего не выросло и на полях его родственников.

На следующий год повторилось то же. Пришлось Каддо продать скот, чтобы купить зерна для еды и сева. Третий год тоже выпал неурожайным.

Мало-помалу родственники и слуги Каддо разбежались кто куда, остались с ним лишь юная дочь да шелудивый осел.

Пришла пора, и Каддо начал голодать. Как-то раз он отломил от просяной стены маленький кусочек и съел его. На следующий день отломил кусочек побольше и опять съел. И так день за днем. Стена Каддо становилась все ниже и ниже, и наконец настал такой час, когда вся стена была съедена.

Понял Каддо, что пришла пора просить у людей помощи. Только кто захочет ему помочь? Жители родного города, которых он так обижал? Пожалуй, нет.

Был на свете только один человек, к кому Каддо мог обратиться за помощью, — Соголи, царь соседней страны, который славился своей щедростью и великодушием.

Сели Каддо с дочерью на голодного осла и отправились в страну царя Соголи.

Семь дней ехали они, а когда приехали, царь Соголи встретил гостей радушно — повелел разостлать для них мягкие шкуры, пригласил Каддо и его дочь присесть рядом с собой и крикнул слугам принести лучшие яства.

— А теперь скажи мне вот что, — обратился царь Соголи к Каддо. — Много всякого рассказывают о вашем городе. Слыхал я, что люди там голодают, даже семенного зерна не осталось — все съели.

— Да, — кивнул Каддо. — Лихое время выгнало их из дому, а зерно они давно съели.

— Говорят, в Тэнделле жил богатый и знатный человек по имени Каддо. Он и сейчас пребывает там? Что с ним? Жив ли он?

— Да, — отвечал Каддо, — жив.

— Выдумщик этот Каддо! Рассказывают, будто он выстроил из просяной муки стену вокруг дома и, когда разговаривал с людьми, любил восседать на этой стене.

— Да, — печально согласился Каддо, — это правда.

— У него и сейчас так же много скота, как и раньше?

— Нет, скота у него не осталось.

— Большое несчастье для человека, который владел многим и потерял почти все. А работники и слуги еще с ним?

— Разбежались. Из всего большого семейства осталась у него одна-единственная дочь. Все ушли, потому что в доме не стало ни еды, ни денег.

Царь Соголи грустно посмотрел на Каддо:

— Что же это за богач, если и скот у него пал, и слуги разбежались! А скажи, пожалуйста, что сталось с просяной стеной вокруг дома?

— Он ее съел, — сказал Каддо. — Каждый день отламывал от стены по кусочку, пока всю не съел.

— Очень странно, — удивился царь Соголи. — А ты, случаем, не из семьи Каддо?

— Да. Когда-то я был богат и знатен. Когда-то было у меня столько скота, что не сосчитать. И необозримые поля, и сотни слуг и работников, и амбары с душистым хлебом. Да, был я когда-то первым человеком в городе Тэнделла.

— Значит, ты и есть тот самый Каддо?

— Когда-то я был богат и горд, а сейчас сижу перед тобой в лохмотьях и прошу помощи, — произнес Каддо.

— Что же я могу для тебя сделать?

— Дай мне немного зерна для сева.

Царь Соголи повелел слугам принести мешки с зерном и погрузить их на ослов. Каддо смиренно поблагодарил его и поехал с дочерью домой, в город Тэнделла.

Ехали они семь дней, и в дороге Каддо сильно проголодался. Давно уж не видел он столько зерна, сколько вез из царства Соголи.

Каддо взял несколько зерен и съел. Потом еще и еще и остановиться уже не мог — все ел да ел. Он забыл, что везет зерно для сева.

Приехал Каддо домой, сразу же лег спать, а утром, едва встал, снова начал есть зерно. Ел и не мог остановиться, так от обжорства и умер. А люди с тех пор говорят: зерно растет не для того, чтобы делать из него стены вокруг дома.

Невидимка

Перевод В. Диковской

Сказка ашанти

 

юди из деревень по берегам реки Ковалли часто говорили о звере под названием Невидимка. Будто весь день этот Невидимка прячется в лесу, а как стемнеет, бесшумно, точно леопард, подкрадывается к деревне.