Пирамида - Роллинс Джеймс - Страница 20

По мере того как они спускались по лестницам на самый глубокий уровень раскопок, сердце Мэгги стучало все громче и громче. Внезапно ей стало казаться, что стук доносится откуда-то снаружи.

– Что это за шум? – спросил Норман, сходя со ступенек последней лестницы.

Денал прошептал:

– Я уже слышал его раньше. Когда сеньор Сала прокрался за ту дверь.

Мэгги поняла, что шум долетает снаружи или откуда-то из глубины храма. Звук отдавался даже от камня под ногами.

– Такое впечатление, будто тикают огромные часы, – заметил Норман.

Мэгги подняла фонарь.

– Пойдемте дальше.

По сравнению с шумом снизу ее голос прозвучал словно мышиный писк.

Пройдя последние туннели, Мэгги остановилась перед взломанной дверью. Оторванные скрепы указывали места, откуда были сняты затворы. В грязи по бокам дверного проема валялись три гравированные гематитовые полосы, погнутые и попорченные ломом, который потом прислонили к стене.

Денал наклонился, поднял лом и взглянул на Мэгги. Та кивнула: оружие им не помешает.

Дверной проем был загорожен свалившимся камнем, который раньше запечатывал вход в дальнюю часть храма. Норман опустился на колени в нескольких шагах от входа, поправил очки и попытался заглянуть внутрь.

– Ничего не видно.

Мэгги придвинулась к нему. Никому не хотелось приближаться к двери. Девушка вспомнила ужас в глазах Гила и кровавый пузырь на его щеке. Что ожидает их впереди?

Норман и Мэгги переглянулись. Пожав плечами, она шагнула вперед, выставив вперед фонарик, словно пистолет. В дверном проеме девушка остановилась и вытянула руку. Слабый свет проник совсем недалеко. Там тикало гораздо громче. Мэгги спокойно проговорила:

– Похоже, впереди большое помещение. Свет туда не доходит.

Она оглянулась через плечо на Нормана.

– Давайте подождем остальных, – шепотом предложил фотограф.

Мэгги собиралась сказать то же самое, но Норман опередил ее, и она заупрямилась. Девушка представила, как будет ухмыляться Сэм, если она даже не заглянет внутрь. Не зря же троица так долго тратила батарейки фонарика!

– Я полезла, – объявила Мэгги, двигаясь вперед, пока ее не успел остановить страх.

Она твердо решила, что не позволит парализующему ужасу из детства снова овладеть ею.

– Тогда пойдемте все вместе, – предложил Норман, приближаясь к Мэгги сзади, когда она начала переползать через поваленную каменную дверь.

Преодолев препятствие и оказавшись в коридоре, девушка выпрямилась. К ней присоединились Норман и Денал.

– Взгляните, – предложила она, указывая фонариком. – Что-то вдали отражает наш свет.

Подгоняемая любопытством, Мэгги медленно тронулась вперед.

– Подожди, – остановил ее Норман. – Давай сначала посмотрим, что там.

Оглянувшись, она увидела, как фотограф поднимает камеру.

– Не смотри прямо на вспышку, – предупредил он.

Едва Мэгги успела отвернуться, как фотоаппарат на секунду вспыхнул. Она онемела от изумления. От долгого пребывания в темноте такая яркость ослепила. Однако девушку поразила не резь в глазах. Выхваченная на какую-то долю секунды из мрака комната запечатлелась на сетчатке.

– Т-ты видел? – спросила она.

Охваченный суеверным страхом, Денал произнес что-то на родном языке. Норман откашлялся, прочищая горло.

– Повсюду золото и серебро.

Мэгги подняла фонарик, фиолетовое сияние которого казалось теперь слабым.

– И статуя… ты ее видел? Должно быть, метра два высотой.

Мэгги снова двинулась вперед, следом за ней – Норман. Денал с ломом держался поблизости. Норман прошептал:

– Два метра. Не может же она быть золотой…

Мэгги пожала плечами.

– Когда сюда впервые прибыли испанцы, они оставили описание найденного в Куско храма Солнца. Там говорилось, будто комнаты были выстланы толстыми золотыми плитами, а в самой глубине храма размещалась модель кукурузного поля в натуральную величину. Стебли, листья, початки, даже сама земля – все из золота.

К этому времени группа достигла входа в комнату. Опустившись на колени, Мэгги осторожно провела рукой по золотой пластине под ногами.

– Поразительно… Наверное, мы нашли еще один храм Солнца.

Норман застыл на месте.

– Что там? Вон, на полу.

Мэгги выпрямилась.

– Где?

Он показал на темную тень, дальше которой свет фонарика уже не проникал. Девушка подняла фонарь повыше. Электрические лучи отражались от золота и серебра, словно лунный свет от глади пруда. Там, словно рябь на воде, темнел какой-то островок. Мэгги шагнула с фонариком ближе, наступив одной ногой на краешек металлического пола.

Денал остановил Мэгги:

– Нет, мисс Мэгги. Здесь плохо пахнет.

– Он прав, – согласился Норман. – Что это за вонь?

Теперь Мэгги тоже обратила внимание на неприятный запах, перебивающий терпкий аромат влажной земли и плесени. Девушка кивнула в сторону камеры.

– Попробуй еще раз, Норман.

Кивнув, фотограф поднял камеру, и Мэгги отвела взгляд. Комнату осветила резкая вспышка.

– Боже правый! – воскликнула Мэгги и отпрянула, прикрывая рот рукой.

Девушка не сводила глаз с темного островка на полу. Перед ее мысленным взором все еще стояло искаженное мукой лицо. Истерзанное тело, широко раскрытые от смертного ужаса глаза и кровь… много крови. Позади, ближе к дальней стене, лежало еще одно тело.

– Хуан и Мигель, – пробормотал Денал.

Все надолго замолчали.

– Это ведь не Гил убил их из-за золота? – спросил Норман.

Мэгги медленно покачала головой. Изуродованный труп Хуана снова принял неясные очертания. По сокровищнице по-прежнему разносилось громовое сердцебиение какого-то гигантского зверя. Теперь Мэгги догадалась: за стенами и под полом комнаты гудит огромный механизм.

Неожиданно в ее памяти всплыло выгравированное на гематитовых полосах предупреждение: «Мы оставляем эту могилу небесам. Да не потревожат ее никогда».

– Мэгги?

Она обернулась к Норману.

– Нет. Их убил не Гил. Это храм…

Прежде чем Норман успел что-нибудь сказать, зал содрогнулся так, что все упали на пол. Мэгги больно ударилась о край металлической плиты. Глотая ртом воздух, девушка отползла назад, чувствуя опасность.

– Что это? – крикнул Норман.

Мэгги метнула луч фонарика в обратную сторону. Через вход в захоронение прямо на людей катилось густое облако пыли. Девушка с трудом выговорила:

– О боже! Вставайте!

– Что происходит? – в ужасе спросил Норман.

Мэгги толкнула его к выходу.

– Давай же, Норман! Этот чертов храм рушится!

Сэм проверил, как дела у Ральфа. Чернокожий здоровяк попытался привстать, опираясь на руки. Когда часть крыши осела, его ударило по голове. К счастью, скрежет сверху предупредил студентов о том, что на них рушится потолок.

– Ты в порядке? – спросил Сэм, смахивая пыль со шляпы.

Ральф перекатился на колени.

– Вроде бы. – Он осторожно коснулся окровавленной шишки на лбу. – Гранитной плитой меня еще не били.

– Не двигайся, – предупредил его Сэм и поднял упавший фонарик. – Пойду проверю, что случилось.

Ральф недовольно поднялся на ноги.

– Вот еще. Держимся вместе.

Сэм кивнул. На самом деле ему тоже не хотелось отправляться на разведку одному. Верхний уровень раскопок превратился теперь почти в сплошное облако дрейфующей земли и пыли. Сэм закашлялся, прикрывая рот и нос согнутым локтем.

– Сюда, – буркнул он и повел Ральфа обратно в шахту – к первому уровню храма.

Увидев впереди обломки лестницы, Ральф простонал:

– Это не к добру.

И он не ошибся. Дорогу перегораживала груда булыжников, напоминающих рассыпанные детские кубики.

– Наверное, первый уровень полностью рухнул, – предположил Сэм.

На его поясе затрещала рация. Взяв ее, Сэм услышал обезумевший голос Филиппа:

– …хорошо? Да отвечайте же! Прием!

Сэм нажал на кнопку передачи.

– Филипп, это Сэм. Мы в порядке. – Над его головой зловеще заскрежетала крыша, посыпалась земля. – Но не знаю, надолго ли. Как у вас с рытьем нового входа?