Бабки царя Соломона - Донцова Дарья - Страница 47

— А то, что Лену отравили тем же препаратом, совпадение? — зашипела Полина Макаровна. — Хороша мать — еще и сына впутала! Ехидна!

У Ольги дернулась щека.

— Это я ехидна? Могу вам такое про вашего внука рассказать, про наш с Макаром уговор! Да вы…

Она замолчала.

— Какой уговор? — нахмурилась Полина Макаровна. — Давай начинай, послушаем твое вранье.

— Я просто так сболтнула, не было ничего такого. Только я не виновата в смерти Ленки, — пробормотала Ольга. — Да, терпеть ее не могла. Дразнила, замечания делала, придиралась к королеве красоты из коровника, но это все.

Снова стало тихо. Я откашлялась.

— Разрешите представить вам Антонину Варламовну Юрскую, профессионального психолога, профайлера, частного детектива и давнюю подругу Елены.

— Глупости, — поморщился старший Гришкин, — у моей жены не было подруг.

— Вы многого не знаете о девушке, на которой женились, — возразила я. — Захар Назарович, хочу предупредить: то, что вы сейчас услышите, вам не понравится, однако информация проверенная, она соответствует действительности. Пожалуйста, держите себя в руках. Начинайте, Антонина.

Та открыла планшетник, а я искоса глянула на Борцова. Глеб Валерьянович прочитал в моих глазах невысказанный вопрос и украдкой показал два пальца. Я кивнула. Отлично, укол будет действовать еще пару часов, можно не беспокоиться, что Захар Назарович, узнав историю об «ангелочках», разнесет наш офис на молекулы. И, будучи в курсе, о чем сейчас скажет детектив, я стала внимательно наблюдать за реакцией Гришкиных.

— Мы с Леной впервые встретились, когда она стала работать в агентстве Валентина Сидорова, — завела Антонина. — Сама я его знаю с детства, издатель дружил с моим дядей. У нас был договор с Сидоровым. Тот отправлял ко мне на психологическое тестирование претенденток в модели, чтобы понять, чего от них ожидать. Валентин выжимал из своих «ангелочков» все соки, но никогда не выбрасывал отработанный, так сказать, материал на улицу, пристраивал элитных проституток замуж.

Юрская продолжала говорить, а лицо Захара Назаровича каменело.

Рассказав о сутенерстве Сидорова, Антонина подчеркнула, что никогда не вступает в личные отношения с клиентами, но Лена Миронова ей очень понравилась. Психолог быстро поняла: в этой девушке сохранилась детская наивность, она человек искренний, честный, порядочный, способный на сострадание, но одновременно со всем этим в ее характере присутствуют железная сила воли, умение добиваться своей цели, не хныкать при неудачах. Елена напоминала Юрской розовый, в красивых картинках детский мячик. Гламурная внешне игрушка кажется мягкой, но, как мячик ни бьют, тот скачет и скачет, и чем сильнее ему достается, тем выше он прыгает. Миронова провела детство в нищете, заботилась о маленьких братьях-сестрах и вечно пьяной матери. Ей очень хотелось достатка, сытой спокойной жизни, уверенности в завтрашнем дне. Брак с Захаром Назаровичем оказался пропуском в мечту. Многие девушки, расписавшись с богатым немолодым «папиком», начинают бегать по тусовкам, заводят любовников, транжирят направо-налево деньги супруга, становятся поставщицами скандальных новостей для прессы. Лена же была иной. Она очень хорошо относилась к мужу, не хотела разводить его на дорогие подарки, собиралась прожить с Гришкиным счастливо много лет, родить ему троих детей. Как-то она сказала Антонине:

— Рано или поздно я полюблю Захара.

— А если нет? — спросила Юрская.

— Значит, нет, — улыбнулась Лена. — Знаешь, дружба важнее, а мы стали близкими друзьями.

С мужем у Елены сложились идеальные отношения, а вот с остальными членами семьи взаимопонимания не возникло. Ольга откровенно хамила юной мачехе Макара, постоянно подчеркивала, что та связала свою судьбу с Гришкиным-старшим исключительно из меркантильных соображений. Когда женщины оставались наедине, Ольга могла больно ущипнуть свекровь, а однажды нарочно пролила ей на ноги горячий чай. Лена была во вьетнамках, на пальцах вздулись пузыри.

— Сучка… — выругался сейчас Захар Назарович и погрозил супруге сына кулаком. — Ты за все ответишь.

— Случайно тогда получилось, — захныкала Ольга, — чашка из руки неожиданно выскользнула. Ленка напридумывала про мой злой умысел.

— Попляшешь у меня, — зло вымолвил Гришкин. — Почему жена ничего мне не рассказывала? Отчего молчала о выходках этой дряни?

Антонина оперлась локтями о стол.

— Ответы на ваши вопросы очевидны: супруга не хотела вас расстраивать, волновать, быть разжигательницей семейных скандалов. Лена родилась и выросла в глухой провинции, но оказалась куда более интеллигентной, чем коренные москвичи, члены вашей семьи. Ее травили все: Полина Макаровна, Федор, Лидия, домработница Нина, Макар, Ольга. Только Саша искренне любил Лену, которая практически заменила ему мать. А вы ничего не замечали.

Юрская замолчала и обвела присутствующих пристальным взглядом. Затем продолжила:

— Лена была умна, поэтому решила себя обезопасить. Она приехала ко мне и сказала: «Представь, родила я ребенка, а Захар неожиданно умер. Не хочется думать о смерти мужа, но всякое возможно. Я уверена, что он оставит мне львиную долю наследства. И начнется ад! Стая волков набросится на нас с малышом, начнутся суды, на меня потоком польется грязь, адвокаты живо раскопают, что я была «ангелочком». И кстати, эта весьма неприятная для Захара информация может выплыть в любой момент. Короче, я тебя нанимаю как детектива. Покопайся в прошлом всех Гришкиных, найди то, что каждый из них прячет, вытащи из шкафов похороненные в них скелеты. А я сложу папочки с компроматом в укромном месте. Узнает, допустим, Ольга, про «ангелочка», начнет меня шантажировать, а я ей шепну: «Дорогая, не стоит затевать войну, в противном случае Захар Назарович узнает, что ты совсем не белая и пушистая. Помнишь ту нехорошую историю?» И выложу ей то, что отыщется».

Жена Макара тихо охнула, и Юрская все говорила:

— Я начала работать, и первым моим объектом стала Ольга. История с Кобыленскими быстро вылезла наружу, долго работать не пришлось. Но одновременно выяснился еще один интересный факт. Разведясь с Владимиром, Ольга недолго грустила, вскоре стала любовницей Игоря Бахмутова, кинопродюсера, известного своими свободными сексуальными взглядами. О вечеринках, которые Гарик закатывал в своем загородном доме, до сих пор ходят легенды. Бахмутов спал как с женщинами, так и с мужчинами, не брезговал и подростками. Один из охранников продюсера тайком снял на видеокамеру разудалую оргию, наверное, хотел шантажировать шефа, но не успел выполнить задуманное — Игорь умер от инфаркта. Вдова Бахмутова, никогда не принимавшая участия в забавах мужа, немедленно продала полученное наследство и усвистела жить в Америку. Любовница, считавшая себя гражданской женой киношника, осталась на бобах, ей ничего не перепало. Положение усугублялось тем, что в момент ухода Игоря на тот свет Ольга была на пятом месяце беременности. Она решила родить ребенка от Бахмутова, надеясь привязать его к себе с помощью малыша.

— Наивно и глупо, — оценил поведение Ольги Иван. — Младенец не цепь, не сможет мужика приковать. Ничего хорошего из союза по залету обычно не получается.

— Насчет глупости затеянного не согласна, — возразила я. — Конечно, кинодеятель был не из тех, кто ради отпрыска женится на любовнице, он детьми от законной жены совсем не интересовался, но ведь можно получить по суду алименты.

— Анализ ДНК, подтверждающий отцовство, в особых случаях можно сделать и беременным, — вступил в беседу Глеб Валерьянович. — Почему Ольга на него не решилась? Нерожденный ребенок мог претендовать на наследство.

Антонина улыбнулась.

— Верно. Она это знала и отправилась на процедуру. Но там выяснилась забавная вещь: непременная участница оргий Бахмутова оказалась беременной не от Игоря, а от кого-то, с кем весело кувыркалась во время вечеринок.

— Сука!.. — опять не удержался Захар Назарович.

— Не люблю непечатные выражения, но в данном случае иначе не скажешь, — вздохнул Борцов.