Мелкий бес - Сологуб Федор Кузьмич "Тетерников" - Страница 229

Софья свела разговор на то, отчего он не женится. Передонов угрюмо молчал. Софья делала намеки на свою сестру, таких-то ведь пышек и любит Ардальон Борисыч. Ей казалось, что он соглашается: он смотрел так же сумрачно, как всегда, и не спорил.

— Я ведь знаю ваш вкус, — говорила Софья, — вы егастых недолюбливаете. Вам надо выбирать себе под пару, девицу в теле.

Передонов боялся говорить, — еще подденут, пожалуй, — и молча сердито посматривал на Софью.]

Л. 66 — [Неизбежно говорили и о женщинах и девицах, о распутных и о чистых, обо всех одинаково грязно и пошло: эти грязные люди не понимали и не знали девичьей чистоты; их город казался им кишащим полудевственницами (слово, которое они слышали от кого-то), жаждущими порока внебрачного или брачного.]

Л. 67 — [оправился немного от своего страха, и]

Л. 68 об. — [ему понравилось, что Варвара «рожу скорчит».]

Л. 69 — [— Да, в чем тебе уверяться-то, чудак! Повенчаешься, все верно будет.

— В том, что они надо мной не смеются, — объяснял Передонов.]

Л. 70 — [— им и на дворе стыдно будет.]

Л. 70 — [— Ну, я в щелку глядеть буду, а они пускай пройдут.

— Право, уж не знаю.]

Л. 70–70 об. — [Передонов ломался, чтобы победить свой страх перед бойкими барышнями, из которых каждая страшила его по особой причине: Дарья уж очень скорая да решительная, Людмила хохотом изведет, Валерия кокетка да модница.]

Л. 72 — [Хохотунья Людмила первая усмотрела в этом требовании смешную сторону, и своим звонким хохотом заразила других сестер.]

Л. 72 — [где стоял и ждал на дворе Передонов.]

Л. 73 об. — 74 об. — [Дарья первая решилась, присела на стул и быстро сняла свою обувь.

— Ну, я готова, — крикнула она, и принялась приплясывать по белому дощатому полу столовой.

Ей было немножко стыдно, и она храбрилась. На нее глядя, согласилась и Людмила. Она принялась неторопливо стаскивать с себя башмаки. Смех беспрестанно задерживал ее: снимет башмак или чулок с одной ноги, да и замрет от смеха. Меж тем Дарья все вертелась перед сестрами, приплясывая и хохоча преувеличенно-весело.

— Ну, что ж, Валерочка, голубка, — сказала Лариса, — не отставай от сестер, милая, — все вместе, заодно, что уж тут стыдиться: ведь не красть пойдешь.

— Хуже, — сердито сказала Валерия.

Она неохотно села на стул, приподняла юбку, ярко покраснела и сказала брату:

— Не торчи здесь, пожалуйста.

Рутилов исчез так быстро и ловко, как будто его здесь никогда и не бывало. Он побежал к себе надеть фрак и белый галстук. Валерия, стесняясь, ломаясь, отговариваясь, сняла один башмак, наклонилась к другому, но сейчас же опять выпрямилась и упрямо сказала:

— Не хочу.

Но прежде, чем она успела опять наклониться, — поднять свой башмак, Дарья подбежала к ней, быстро опустилась перед нею на колени, крикнула:

— Лариса, придержи ее за руки!

И принялась разувать Валерию проворно и ловко. Валерия делала вид, что отбивается. Лариса неторопливо подошла, сладко улыбаясь, и взяла ее тонкие руки в свои, белые, полные, приятно теплые и приятно мягкие. Тогда Валерия села спокойно, и постаралась заплакать, да не сумела: в этом веселые сестрицы упражнялись редко и мало. Валерии было очень стыдно думать, что надо пройти босиком по двору, а Передонов будет глядеть. Видя, что слез не выжать, она стала натянуто улыбаться, повторяя:

— Ужасно глупо! Право же, ужасно глупо! Только знайте, — я не сама иду, это вы меня насильно тащите.

Наконец, успела разуться и Людмила. Она все хохотала, и делала вид, что ей будет стыдно. Ей и в самом деле было стыдно, больше, чем Дарье, но не так, как Валерии. А Дарья неутомимо выдумывала разные шутки, и смешила сестер.]

Л. 76 — [Ее стыдливость заражала и других двух сестер.]

Л. 76 об. — [Смеялась даже и горевшая от стыда Валерия, убегая позади всех.]

Л. 76 об. — [— Ну что, видел? — спросил Рутилов.]

Л. 77 — [ «Длинные у них юбки, — думал он. — Вот если бы поближе и побольше увидеть».

— Ноги юбками закрыли, — угрюмо сказал он.]

Л. 77 — Вот чудород, — воскликнул Рутилов, — погоди, женишься, тогда все увидишь. Ну, которую же тебе?

Л. 77 — [Еще смеяться в городе станут.]

Л. 77 об. — [Как же, — младшая, и вдруг!]

Л. 78 об. — [Молоденькая, хорошенькая, — какашечка, егозушка.]

Л. 78 об. — [И долго, ухмыляючись, воображал он разные незамысловатые картины на сюжеты, вынесенные им из домов терпимости и из сожития с Варварой.]

Л. 79 — [Мысль об этом вдруг обеспокоила его.]

Л. 79 об. — [когда услышала, что Передонов передумал.]

Л. 80 — [— Сейчас, сейчас, — ведь не на пожар.]

Л. 80 об. — [Барышни были послушны и на этот раз. Дарья изготовилась к венцу еще скорее младших сестер.]

Л. 81 — [Если не будет никакой заручки, со свету сживут.]

Л. 81 — [себе под нос]

Л. 81 — [чуть не силой.]

Л. 81 об. — [Сестры закричали все разом:

— Вот осел-то! Дурачина! Скот! Да что это он вздумал, издеваться, что ли!]

Л. 81 об. — [Вот еще! Дураков надо учить. А я его еще обломаю в лучшем виде.]

Л. 82 — [Первая утешилась Дарья, — и начала придумывать на его счет шутки. Поднялся хохот. Одна Валерия сердилась дольше всех, — но не вытерпела и она, засмеялась звонким и хрупким смехом.

Рутилов, видя, что сестры готовы утешиться, сказал им:

— Ну, я пойду. Мы еще посмотрим. Битый час возились с дураком.]

Л. 84 — Вообще в этом кружке не уважали друг друга. При женщинах не стеснялись делать самые грязные намеки, — и женщины участвовали в общей веселости.

— Мы с биллиарда! — воскликнул Рутилов.

— Проферштелился, — уныло пояснил Передонов.

— Знаем мы, с какого биллиарда, — блеял Володин, и заливался гнусным хохотом, — будущий инспектор забавляется на биллиарде.

И все пакостно хохотали, мужчины и женщины. Только один Передонов оставался угрюмым.

Л. 84 об. — Ну, как ваша дюшка поживает? — спросил Володин, корчась и хихикая. — Клавдюшка — дюшка!

И все хохотали, находя очень смешным, — что Клавдия — Клавдюшка-дюшка.

Л. 87–87 об. — Если бы он был наблюдателен, то поведение Грушиной и в другом отношении возбудило бы в нем немалое беспокойство: ему легко было бы догадаться, что у нее с Варварою [существует] какой-то заговор. Варварино волнение, смешки Грушиной, их переглядыванье и перешёптыванье, — все выдавало это. Но Передонов ничего не заметил. Ему подозрительным казался один только Володин, который беспрестанно называл его будущим инспектором.

Л. 90 — Софья опять начала шутить по тому случаю, что Варвара села рядом с Володиным. И Рутилов поддерживал ее. Но уже игрецкий азарт разжигал остальных, и только Володин значительно выпячивал губы да потряхивал лбом.

Л. 91 об. — И все смеялись, что Передонов вместо туз сказал пуз.

Передонов всё продолжал проигрывать. Наконец он яростно разорвал карты и достал новые. Но и это не помогло.

Л. 92 — Ну, с чего им давать-то, — возразила Софья.

— Нет, уж вы не говорите, — спорила Грушина, — уж я знаю, что дают, — не деньгами, так другим, чем могут.

Л. 92 об. — 93 — Все захохотали, так как о столкновении Володина с предводителем дворянства Веригою было уже известно всем в городе. Володин охотно повторил свой рассказ: он поверил вчера Передонову и Варваре, что поступил именно так, как следовало, и думал, что теперь смеются над Веригой. Но его подняли на смех. Он обиженно выпятил нижнюю губу.

— Ничего, Павлушка, не унывай, — утешал его Передонов, — я тебе за это невесту высватаю. Знаешь девицу Адаменко?

Володин промолчал, но мысль об этом сватовстве понравилась ему.

Л. 93 об. — Передонов сел на стул перед стеною и, подняв ноги, неистово топтал стену при общем хохоте.

Л. 94 об. — Предосторожность почти излишняя: близорукий Передонов едва ли рассмотрел бы эти знаки. Да он ничего и не видел, кроме оголенной скверны.

Л. 95 — [с того же вечера]