Само совершенство. Дилогия - Макнот Джудит - Страница 164

– Не искушай меня больше, – поддразнил он Джулию, привлекая ее к себе для того, что должно было в соответствии с его первоначальными намерениями стать кратким прощальным поцелуем. Губы его коснулись ее губ, и он уже хотел ее отпустить, но она крепко обхватила его за шею, страстно целуя взасос. Этим поцелуем она хотела показать, как сильно его любит, и просила у него прощения за сегодняшнюю глупую выходку. И Зак в очередной раз проиграл битву с самим собой. Он обнимал, гладил и целовал ее до тех пор, пока не почувствовал, что еще немного, и его тело перестанет вообще подчиняться каким бы то ни было приказам мозга.

Когда он отпустил ее, она продолжала обнимать его за шею и тереться щекой о его грудь. Котенок, который сегодня успел показать ему свои коготки, теперь снова их спрятал. Она прижалась к нему всем телом, и Зак задумался о том, стоит ли искушать судьбу еще одним поцелуем. Джулия подняла голову, заглянула ему в глаза, недвусмысленно приглашая к продолжению начатого, и Зак подумал, что не стоит.

– Нет, малышка. Я уже и так на взводе – еле стою. И кроме того, – добавил он, пытаясь придать своему лицу выражение подобающей суровости, – я все еще не простил тебя за то, что ты не сказала мне, что твой отец накладывает эту жуткую епитимью на каждого мужчину, который имеет несчастье просить его провести свадебный обряд.

Луна светила достаточно ярко, и Зак заметил, что его слова очень смутили Джулию.

– Я боялась, что тебе будет еще хуже, если ты будешь знать, что все догадываются о том, что с тобой происходит.

– Джулия, – сказал Зак, привлекая ее к себе, – хуже, чем мне сейчас, быть просто не может.

– Я тебя понимаю! – сказала она с таким чувством, что он засмеялся и снова ее поцеловал, после чего осторожно высвободился из цепких объятий. – Ты делаешь меня очень счастливым, – с нежной улыбкой добавил он. – Никогда в жизни мне не было так хорошо, как с тобой.

Глава 84

Сидя за столом мистера Мэтисона, Зак просматривал очередной сценарий. До свадьбы оставалось два дня. При появлении миссис Мэтисон Зак поднял глаза и рассеянно улыбнулся.

– Зак, дорогой, угощайся, – сказала Мэри Мэтисон, поставив перед Заком тарелку с печеньем. Выглядела она немного встревоженной. – Могу я попросить тебя об услуге?

– Разумеется, – сказал Зак, потянувшись за угощением.

– Не перебивай аппетит, не ешь слишком много сладкого перед ужином, – предупредила его миссис Мэтисон.

– Не буду, – пообещал Зак с мальчишеской озорной улыбкой. За те неполные две недели, что Зак прожил в их доме, он успел сильно привязаться к своим будущим теще и тестю. Они были так похожи на родителей, которых ему хотелось иметь и которых у него никогда не было, и их дом был полон любви и радости, которых ему недоставало в детстве. Джеймс Мэтисон был умным и добрым человеком. Они с Заком иногда засиживались далеко за полночь, играя в шахматы, и Зак чувствовал, что Джеймсу тоже с ним интересно. Мэтисон рассказывал ему чудесные истории из детства Джулии и Теда. Он обращался с Заком как со своим приемным сыном, наставлял его, говорил о необходимости бережного отношения с деньгами и настоятельно советовал не снимать фильмы, которые не рекомендуется смотреть детям до шестнадцати. Мэри Мэтисон окружила Зака материнской любовью, корила его за то, что он слишком много работает, а потом отправляла в город с мелкими поручениями, словно члена семьи. Для Зака, который никогда в жизни сам не ходил в мясную лавку или в химчистку, эти будничные заботы казались, с одной стороны, очень трогательными, а с другой – приводили его в замешательство. Но постепенно он привык и даже испытывал странное, неведомое ему раньше удовольствие, когда владельцы магазинов тепло приветствовали его и начинали расспрашивать о новой семье.

– Как Мэри справляется со свадебными приготовлениями? – спросил мясник, передавая Заку завернутого в белую бумагу цыпленка. – Она не забывает следить за своим давлением?

Владелец химчистки вручил Заку большую стопку белого льняного столового белья.

– Для вас стирка бесплатно, – сказал он. – Мы рады внести свой вклад в подготовку к свадьбе. Вы станете членом замечательной семьи, мистер Бенедикт.

– Самой лучшей, – сказал Зак, нисколько не покривив душой.

Зак сделал вид, что не обратил внимания на явную нервозность Мэри Мэтисон, потому что заметил, что она пытается ее скрыть. Она опустила глаза и расправила складки на фартуке.

– О какой услуге вы меня просите? – спросил он и шутливо добавил: – Если вы хотите, чтобы я почистил лук, как вчера, это будет стоить вам еще одной тарелки с печеньем.

Мэри присела на краешек стула.

– Нет. Я пришла совсем за другим. Мне нужен совет. Или, вернее, я хочу, чтобы ты меня слегка обнадежил.

– Насчет чего? – спросил Зак, готовый обнадежить ее относительно чего угодно.

– Насчет кое-чего, что сделала Джулия, к чему на самом деле я сама ее подтолкнула. Мне нужно задать тебе гипотетический вопрос.

Зак откинулся на спинку кресла.

– Продолжайте.

– Предположим, что один человек, к примеру, мой муж, – с виноватым видом сказала она, и Зак тут же подумал, что речь действительно идет о Джеймсе Мэтисоне. – Предположим, что у него есть пожилая родственница, с которой он очень давно поссорился, и я точно знаю, что эта родственница хочет с ним помириться, пока еще не слишком поздно. Если мы – Джулия и я – также знаем, что свадьба Джулии может быть последней и лучшей возможностью для примирения, будет ли правильным или неправильным пригласить эту родственницу, не сообщив ему об этом?

Зак подавил отнюдь не благородное желание отомстить Джеймсу за тот кабальный договор, который тот принудил его заключить. Однако он не считал, что миссис Мэтисон и Джулия поступают правильно, и был готов сказать об этом, когда она упавшим голосом сообщила:

– Проблема в том, что мы уже это сделали.

– Понятно, – сказал Зак, мстительно улыбаясь. – В этом случае не остается ничего иного, кроме как надеяться на лучшее.

Миссис Мэтисон поднялась, развязала и снова завязала фартук.

– Мы тоже так подумали. Важно помнить, – многозначительно добавила она, собираясь уходить, – что копить в себе обиды плохо. В Библии об этом говорится. Господь ясно, очень ясно дает нам это понять.

Зак с подобающе серьезным выражением лица ответил:

– Да, мэм, я об этом слышал.

– Называй меня мамой, – поправила его миссис Мэтисон и, шагнув к нему, по-матерински обняла, заставив Зака почувствовать себя маленьким мальчиком. Ощущение было незабываемым. – Ты замечательный человек, Зак. Очень хороший. Мы с Джеймсом гордимся тем, что ты входишь в нашу семью.

Через час Зак вновь оторвал взгляд от работы, когда вернувшаяся из школы Джулия заглянула ему через плечо.

– Что это? – спросила она, положив ладони ему на плечи и целуя в щеку.

– Сценарий для фильма, который я хотел бы снять. Он называется «Последняя интерлюдия», но в сценарии есть серьезные недоработки, и над ним придется хорошо потрудиться.

Он вкратце рассказал ей сюжет и обозначил проблемы. Джулия внимательно его слушала. Когда тема была исчерпана, Джулия неуверенно сказала:

– Я бы хотела попросить тебя об одном большом одолжении. Завтра мой последний день работы в школе, не только с детьми, но и со взрослыми женщинами, которых я учила грамоте. Для меня было бы очень важно, если бы они подумали, что ты постарался найти время для встречи с ними. Особенно мне хочется, чтобы ты познакомился с Дебби Сью Кэссиди. Она такая умница. Но она слишком сурова к себе, потому что считает, что раз она не научилась за несколько месяцев читать как выпускница колледжа, то дела ее безнадежно плохи. Она очень начитана. Она слушает много аудиокниг, – поспешила пояснить Джулия, встретив недоумение во взгляде Зака, – и у нее есть замечательный дар говорить очень просто, но при этом поразительно точно передавать словами то, что она чувствует. Она хочет когда-нибудь написать книгу.