Освободившийся (СИ) - Поселягин Владимир Геннадьевич - Страница 54

— Оха, как интересно. Похоже, меня там может ждать горячий приём, — пробормотал я.

То, что эта мелочь меня не видела, я был уверен на сто процентов, совершали транзитные прыжки они на краю системы почти на пределе дальности моих сканеров. Я-то их видел, это и было преимущество у тяжелых кораблей, более мощные сканеры и радары, им меня в жизнь не увидеть. Разве что они бы имели при себе малый радиолокационный корабль, но что-то я его там не заметил.

— Алекс, выведи картинку крейсера неизвестных на общий визор… Хм, мародёры, — уверенно констатировал я разглядывая крейсер, украшенный разными художествами безумного гения. Помимо того что борта крейсера были испоганены какими-то мазками краски, что явно показывало его принадлежность к банде, так ещё к стволам пушек и другим частям внешней обшивки крейсера были привязаны человеческие тела. Эта банда мне сразу разонравилась. Не стоит издеваться над погибшими, если конечно это мёртвых привязывали, а не живых. Похоже, от подобных нелюдей можно было ожидать чего угодно.

— Похоже, корабли украдены с баз флотского резерва местного или соседнего государства, — подтвердил мои мысли Алекс.

— Думаю, лезть в соседнюю систему не стоит. Кто его знает, что они ещё там набрали, может у них и дредноуты есть? — предположил я, и, вздохнув, сказал. — Ладно, уходим, считаю соседнюю планетарную систему бесперспективной.

В течение четырёх часов сверхтяжелая 'Матрона' разгонялась перед прыжком в гипер, пока звёзды не рванули нам на встречу. Как рванули так и вынырнули. Почти сразу, и трёх минут не прошло, как 'Матрона' была принудительно выведена из гипера. В момент прыжка нос 'Огонька' смотрел как раз в сторону соседней системы, мой путь в гипер проходил так же и через неё, но как выяснилось, система была перекрыта глушилками.

Я как раз выходил из рубки, бронестворка только-только начала закрываться, как я после сигнала рыбкой нырнул обратно и мгновенно занял только что покинутое кресло глядя на пилотские мониторы.

В системе шёл бой, около сотни кораблей с одной стороны и чуть меньше с другой. Планета была фактически окружена разными модулями и минными полями, поэтому нападающие шли в лоб на гражданский терминал, превращённый обороняющимися в укреплённую крепость. Похоже, бой длился уже давно, было видно, что сейчас шла вялотекущая перестрелка с дальних позиций. Сама система была буквально замусорена всякими обломками и другим техногенным мусором. Проанализировать ситуацию и определить где тут 'плохие' а где 'хорошие' я не успел, на общей волне вдруг рявкнули:

— Это наш трофей!

— Система наша, значит и он наш! Борей, ты вообще обнаглел, пытаешься отбить планету, которую мы первые захватили, так ещё претендуешь на наши транзитные борта. Если не прекратишь, то мы всё-таки запустим мортиры.

— Вам их ещё ремонтировать неделю, попытайся, — в голосе первого неизвестного явно слышалась усмешка.

Этот краткий диалог всё расставил на свои места. Вот она явная демонстрация моих выводов о будущем бывших территорий Содружества. Планету с её инфраструктурой и вполне возможно немногими уцелевшими жителями захватили пираты или контрабандисты. Сейчас между ними особой разницы нет. Закон Силы во всей красе. А другие, те, что промедлили и не успели, пытаются отбить её и захватить под своё управление. Вполне возможно, что подобное происходит не только на этой планете, но и возможно на многих других. Я не говорю что на всех, но на большинстве вполне возможно. С учётом того что пираты активно тратят в боях захваченные ими ресурсы и ценных спецов, надолго им этого не хватит. Вон, недалеко от крепости обороняющихся плавают обломки более чем двадцати кораблей.

Естественно, как только я оказался в пилотском кресле, то активировал щит на полную мощность, реакторы взвыли от нагрузки, пришлось запускать дополнительные, и на разгонных уходить в другую систему. От части флота нападающих отделились шесть кораблей. Вполне современный линкор с плохо замазанными эмблемами патрульных сил, четыре крейсера и одно среднее десантное судно, а через минные поля прошла группа обороняющихся. Сейчас рвя разгонные движки в попытках догнать меня, обе группы пытались успеть первыми.

Догнать они меня догонят, неповоротливая 'Матрона' слишком медлительна, хотя запас скорости при принудительном выходе ещё сохранялся и я в данный момент её наращивал. Но крейсера для того и были спроектированы, они загонщики, соответственно быстрее.

Особо я не боялся, щиты у меня мощные, хрен продавишь и собьёшь, вооружение отличное, только нетерпеливо поглядывал на экран, где кроме прочей информации отображалась медленно увеличивающаяся скорость и готовил вооружение к бою. Из всех кораблей мне был опасен только один, патрульный линкор, да и то особо сильно. Эти корабли были спроектированы именно для патрульных сил, то есть максимум средней артиллерии и толщины брони, небольшое количество крупной и всего одна туннельная пушка, но зато четырёхсотмиллиметровая. Вот она мне была опасна, десятка два выстрелов в одном место и он сможет продавить мне щит с одной стороны… если я буду сидеть сложа руки и одновременно не ремонтировать сгоревшие эммитеры. В ином случае даже он мне ничего не сделает. Я хорошо постарался для защиты своей собственности.

Как только обе группы вошли в зону устойчивого поражения моих туннельных скорострелок, почти сразу двенадцать башен этих орудий задрожали, когда стволы их пушек выпустили первые очереди разогнанных до сверхскорости специальных болванок.

Четыре орудия у меня били по линкору, продавливая щиты. Было видно, как пузырь щита прогибается, под ударами болванок сияя разноцветными всполохами. Только после четвёртой очереди щит на носу исчез и следующие болванки, вспарывая крепкую броню, вызвали разгерметизацию отсеков и разворот корабля. Капитан решил, что пора уносить ноги, пока его корабль относительно цел. Он был в том прав, ведь я стрелял не только по нему, но и по другим кораблям не только этой группы, но и обороняющимся. Результаты обстрела обеих групп, четыре корабля полностью уничтожены, я включил туда и десантное судно, шесть перешли в неуправляемый дрейф, пестря многочисленными пробоинами и выпуская облака замерзающего воздуха.

Я уже удалялся, когда обе группы сцепились в схватке. Про меня они успели забыть.

Я не говорю, что бой был только в одни ворота, используя щит, пришлось постараться, отражая ракетные залпы, я даже противоракеты не стал выпускать, экономя, щит вполне удержал их, к тому же большую часть до подхода к щиту посбивала защита из турелей ПКО. Даже удалось выдержать два выстрела из туннельной пушки линкора, пока он не вышел из боя. Результат их потерь я уже озвучил, но и у меня они были. Шесть эммитеров сгорело с левого борта у кормы, и, надо же было такому случиться, что одна средняя ракета как-то смогла пройти в этот момент в пробоину щита и её не поразили турели ПКО. В результате она разорвалась в среднем транспортном контейнере на внешней подвеске, уничтожив всё, что было внутри, помяла броню и стыковочный узел, а также две турели ПКО, что находились рядом, требовали ремонта. В контейнере находились запчасти к платформам. С учётом того что я их мог наделать на своём комбинате любое количество, не такая страшная потеря, был бы материал для производства.

Следующие сутки я уходил на разгонных, тратя драгоценное топливо, у меня его осталось семьдесят шесть процентов, не покидая рубки и занимаясь одновременно ремонтом повреждений. Обычно на таких кораблях два-три пилота и они работают посменно, но у меня замены не было, вот и приходилось всё это время проводить в рубке. Хорошо, что кресло могло изменять форму и я спокойно выспался, пока Алекс отслеживал состояние судна, скорость и проверял дорогу по пути нашего движения.

С ремонтом я закончил быстро. Ещё тогда, неподалёку от планеты, с любопытством глядя на развивающиеся бои у планеты, моё появление вызвало толчок к этому, я сбросил обломки контейнера и, сняв часть обшивки, на комбинате произвел ремонт, выправив сектора брони, и вернул на место. Не забыв также заменить поврежденные турели и сгоревшие эммитеры. Всё это я сделал за два часа. Да, быть инженером с меткой и инженером без неё, это две большие разницы. В ином случае я бы часов восемь возился, пока бы не привёл судно в порядок.