Охота на оборотня - Илларионова Алина - Страница 91

— Леська, иди-ка сюда! Вот, полюбуйся! Статуя-то как раз на своём месте.

Алесса подошла и ахнула: из-под тяжёлого постамента торчал лоскут чёрной ткани. Это был обрывок жреческой рясы.

— Семнадцать лет город жил и процветал. Никаких преступлений, никаких эпидемий, дружелюбная нечисть в округе. Нас защищали. И лечили тех, кто хочет. Аура города вылечила и мою душу, и твою. Дриада родила ребёнка и, вероятно, другие тоже смогли бы. И это всё она.

— Кто, Вилль?

— Природная Магия. Здесь, под городом, глубинное озеро абсолютной силы. А это, — Вилль кивнул на постамент, — начало подземного хода к нему. Мы не смогли простучать полость, потому что озеро слишком глубоко, а зала с пробившимся источником находится за пределами Храма. Год его строили те, кого пригласил Теофан. Настоящие мастера. Сначала — внешнюю толщу стен, затем облицовывали внутри. И никого не пускали внутрь, мол, не положено. За это время можно было вырыть ход…

Она вернулась помочь. А её обманули и поймали для того, чтобы убивать. Снова.

— Вилль… И что нам делать?

— Заставить мага отпустить её. Здесь должен быть какой-то рычаг.

Вилль оживился и начал ощупывать статую. Алесса стучала кулачком по стене, лбу Иллиатара, дёргала за руки. Разозлившись, ткнула его в глаза сложенными «козой» пальцами.

Статуя вместе с постаментом ровно по маслу отъехала в сторону. Нелюди, переглянувшись, осторожно склонились над провалом.

— Рано, — господин маг глядел снизу вверх крайне неодобрительно. Впрочем, долго рассматривать себя он не дал. С ладони сорвался льдисто-голубой шар, и Вилль интуитивно толкнул Алессу. Он ещё видел, как девушка, охнув и нелепо взмахнув руками, валится на бок, а затем стало темно и холодно. А потом — никак.

Глава 19

— Выспался, Арвиэль? — мужской насмешливый голос долетал, будто сквозь подушку. Теофан, кажется? К голосу прилагался дробный перестук, как от подков о мостовую. Куда он попал? Ощущения собственного тела Вилля не порадовали: было жутко холодно и неудобно, а лоб облепили мокрые пряди. Перестуком оказался лязг собственных клыков. Стонать — признак слабости, кричать на врага — признак слабости, умолять о пощаде — тоже. Безобразие какое! Оставалось таять, мысленно костеря мага.

— Леська, ты цела? — язык тоже не спешил повиноваться. Невнятный вопрос мигом удесятерило эхо.

— Цела, но ещё спит, — усмехнулся липовый жрец и некромант в одном флаконе. — А вот с тобой я перестарался. Схлопотать по лбу изрядной долей леденита — не каждый выдержит.

Вилль с трудом расцепил слипшиеся от инея ресницы, и выдохнул облачком пара. Он лежал в центре округлой залы из необработанного серого камня. Напротив неведомо как крепилось к стене огромное чёрное зеркало, а перед ним на расстоянии ладони от уровня пола висела над провалом алая гексаграмма — Колодец. Лёд и Пламя, зачехлённые, лежали рядом со звездой, но далековато от Вилля. Проклятье, в один приём не докатиться! Извернувшись, Вилль обернулся и увидел Алессу, тоже связанную и с закрытыми глазами. Но, вроде, не раненную.

— Гипнотический сон, — невозмутимо пояснил Теофан, потеребив девушку за плечо. Та всхлипнула, но так и не проснулась. — Или усовершенствованная разновидность приворотного заклинания. Увы, на тебя не действует, а на неё — вполне.

— Не тронь её.

— Сожалею, но тогда мне не на кого будет повесить твоё убиение. Думаю, она огорчится, узнав, что парень гуляет. Индикатор здесь ничего не почует, как и твой домовой — слишком сильный магический фон. Ей останется зарыть в сугробе труп и идти каяться к Берену. Всё под гипнозом, разумеется.

— Рассуждаешь, как баба!

— Она и есть девушка. Выйдет совсем по-кошачьи: коварно и непредсказуемо. Или ты не знал, с кем связался? И не дёргайся — я тащил тебя по ступеням волоком и слегка помял.

Так вот почему по рёбрам будто конница промчалась! Да и верёвка врезается слишком туго, глубоко ни вздохнуть, ни выдохнуть. Но до Зосия магу далеко, этот хотя бы смотрит спокойно и без ненависти. Значит, бить не будет.

— Теофан, отпусти её… Пожалуйста. Прошу.

— Девушку или Магию? — деловито поинтересовался маг.

— Обеих.

— Боюсь, ничего не могу обещать. Вот если бы госпожа знахарь была от тебя беременна… — Теофан перевёл мечтательный взгляд с одного на другую. — А так она не представляет интереса для науки. Магию слишком долго пришлось уговаривать высунуться наружу. Столько лет твердил, что мы с ней хотим одного — лечить. Каждый день, каждый час, из года в год. Я сам почти поверил!

— Зачем тебе это?

— Арвиэль, с такой силой можно сворачивать горы!

— Чтобы вместо рудных залежей выросла груда щебня?

— И те, кто увидит эту груду, не посмеют перейти мне дорогу. Время не стоит на месте, Арвиэль, а равеннские трусы сами тормозят прогресс запретом на часть заклинаний. Скадарцы куда умнее. Ты бы видел их лаборатории — вот где смелость и мудрость!

— Послушный демон, да?

— Легионы демонов! Окна в другие миры! Кстати, ты был прав с выводами за исключением ма-аленького пункта. Снежный пёс не один. Их трое.

— Трое?!

— По жертве на каждого. Всем необходима здоровая конкуренция, тем более, что один получился на редкость своевольным. Что ж, сам виноват.

— Тот, которому досталась Берта?

— Угадал. Он сам её попросил. Ты убил того, кому достался Демьян. Третий — само послушание. Моё совершенство! Пожалуй, я подарю ему сильное и здоровое тело.

— Ты рассказываешь это мертвецу? — Вилль завозился, пытаясь улечься поудобнее и незаметно растягивая верёвку.

— В тюрьме ты мог добиться ответов — видишь ли, я не переношу боли. Но ты не стал, и теперь заслуживаешь полного откровения, а затем — достойной смерти от когтей красивой девушки! — Теофан улыбнулся, явно восхищаясь собственной затеей. Вилль её не оценил, подтвердив хмыком скептический настрой. Только бы добраться до клинков.

— Посмел бы изменить, я б его зарубила собственными саблями, — послышался слабый голос. — С чувством… и расстановкой.

Двое мужчин вытаращились на неё с помесью благоговейного трепета и уважения.

— Кхм… Идея не так уж плоха, — поразмыслил вслух Теофан.

— Пресветлая! И с этой страшной женщиной я спал в одной постели? — «ужаснулся» аватар.

— В качестве бревна, между прочим!

— Ну-ну, шутите, шутите, — хмыкнул жрец. — У тебя странное отношение к смерти, Арвиэль. Хотя бы толику уважения Привратнице!

— Она — просто точка в конце летописи жизни.

— Хмм… Жаль, что с тобой нельзя договориться, Арвиэль. Ты мог бы оказаться помощником куда лучшим, нежели Зосий. Мда-да, пришлось воспользоваться его помощью, когда я добывал собак и медведя для опытов. И ты, ты его спугнул! Нашествие зомби на твоей совести, Арвиэль, а я защитил город. Прости, не хотел тебя расстраивать.

Аватар мрачно изучал трещины на полу. Вроде, какой-то рисунок по окружности. Красиво и мрачно. Знахарка презрительно выплюнула:

— Врёте вы. И вы ничем не лучше Зосия, так же глумитесь. Я была о вас лучшего мнения.

— А я восхищаюсь вами! Но вам не стоило расспрашивать меня тогда, а вашему другу надо было спокойно ждать магов, как велели. Кое-что попрошу объяснить и мне — почему на Арвиэля не подействовал яд?

Знахарка, припомнив в гневе разбитую бутыль, злорадно ухмыльнулась. Значит, вот какую святую водичку Теофан принёс умирающему Виллю?

«Порвём глотку или вытряхнем ливер?» — мстительно облизнулась пантера.

— Сохранила вам на компот, — ответила знахарка, мимоходом отмечая, что Вилль хмурится уже недоумённо. Один-один, господин маг. — Подопытного скалозуба в чём провезли?

— В чане для краски! — с достоинством огладил бороду липовый жрец, едва ли не лопаясь от гордости. — Я знал, что стражники не догадаются проверить их все. Зверя я прятал здесь в клетке, но, к сожалению, на его куцый умишко страх подействовал сильнее охотничьего зелья. Удирая, он едва не расколотил моё Окно, — Теофан кивнул на зеркало.