Эльфийские каникулы демонов - Николаева Мария Сергеевна - Страница 45

А тут еще и компания подобралась такая, что в первую очередь итог лабораторного практикума на них испытать хотелось!

К счастью, дружеского отношения от партнеров для выполнения первого не очень сложного (по словам нашего наставника) задания не требовалось. Не переругались за подготовкой ингредиентов – и ладно.

Вот только где-то к середине пары что-то пошло не так: вначале состав из прозрачного (коим и должен быть по рецептуре) стал ярко-розовым, а потом оно начало вонять розами, как сильнейшее из приворотных. Собственно, именно из-за стойкого аромата оно и не прижилось – кто будет принимать в пищу то, от чего за метр несет любовной магией? Дураков нет.

– Это у вас тут что?! – почувствовав неладное, рядом с нашим столом тут же появился лорд Эллей.

– Судя по цвету и аромату, «Роковой поцелуй», – пожала плечами я. Кстати, название это возникло не просто так: заметив, что в пищу такое зелье не подмешаешь, одна смекалистая ведьма добавила состав в помаду… в общем, с тех пор розовый оттенок губ и ярко выраженный цветочный аромат духов многих мужчин отваживают от общения с прекрасными дамами.

– Но на столе не было ни единого ингредиента для этого зелья! Более того, оно готовится минимум неделю! – воскликнул ядодел, явно не понимая, каким именно способом мы саботировали лабораторную работу. Я тяжело вдохнула. Рыж где-то на заднем фоне не сдержал смешка. Ну да, ему весело, не ему же теперь оправдываться перед директором за сорванное занятие. – В каком именно месте вы отступили от рецептуры? – потребовал ответа Иссаил Эллей. Я недоуменно пожала плечами, ибо точно знала, что сделано все было безукоризненно.

– Мы не отходили от инструкций, – прохладно сообщила Альента. Почему-то желания спорить с темной не возникало ни у кого – на редкость сильная женщина. И опасная. Эх, не забыть бы поинтересоваться, какого лешего она забыла у эльроу.

– Что ж, тогда остается лишь испытать ваше детище. Пока не на вас, а лишь на милых грызунах, что живут в этой комнате. Они в клетках, Крис, не бледней!

А что сразу я? И цвет лица у меня такой не от известий о местной живности, а от осознания того факта, что когда-нибудь мне придется самой попробовать собственноручно изготовленный яд. Лично мне подобное даже представить страшно! С моими талантами я сначала заставлю себя воспылать страстью к ближайшему фикусу, а потом в муках сдохну от безответности этих чувств. А что? Вполне в духе моего дара изобрести подобный выверт. А так как эффекты от созданных мною эликсиров случайны, то и подобрать противоядие будет невозможно. Оптимистическая картина, не правда ли?

Пару минут спустя на наш лабораторный стол водрузили две клетки с самыми обычными белыми мышами. По какому принципу они были поделены, я так с ходу не поняла – может, по половому признаку, а может, еще по какому. Важно другое – извлек Иссаил по мышке из каждой клетки и каждой аккуратно из пипетки (инструмент был одноразовый, стерильный – для чистоты эксперимента, наверно) дал по капле нашего совместного творчества.

Несколько мгновений мы потратили на ожидание. Как-то незаметно все ученики сгрудились у нашего стола и теперь с любопытством следили за экспериментом.

– Ой, сдохла… – жалостливо вздохнула Сабриса, указав на переставшего дышать зверька.

– Крис, смотри, твоими приворотами убивать можно! А ты все «Роковой поцелуй» да «Роковой поцелуй». Я тебе точно говорю, от него-то никто не сдох! – Констан вновь нашел повод для веселья там, где его не было.

– Смотрите-смотрите, а эта оклемалась, только активная какая-то слишком, все норовит в соседнюю клетку перебраться. – Подала голос Йола. Все тут же уставились на вторую хвостатую участницу эксперимента.

– Хм, а у этой выжившей мышки случайно пары нет? – осторожно полюбопытствовала я, отчаянно цепляясь за мысль, что фейский дар изначально имеет светлую природу.

– Есть, а это разве имеет какое-то принципиальное значение? – спросил Иссаил, с самым задумчивым видом продолжая рассматривать итоги нашего маленького опыта.

– Поздравляю! Вы только что доказали, что мышам свойственны эмоции! – вместо ответа на заданный вопрос воскликнул Рыж. – А также то, что Криськины яды действуют весьма избирательно, и личностям, не нашедшим любви и счастья, из ее рук лучше ничего не принимать. Иначе их ждет ее судьба, – и Констан, полностью довольный произведенным эффектом, ткнул пальцем в мышиный трупик.

– Да что ж я за зверек такой? – вздохнула с самым обреченным видом. – Вместо стандартных зелий – привороты, которые выглядят как обычные составы, а вместо ядов – привороты с избирательным летальным эффектом.

– Любопытно. И часто у тебя так? – Иссаил Эллей поспешил воспользоваться случаем и узнать про меня что-то новое.

– Да у нее всегда так! Ей даже зелья варить у нас в институте указом лорда-директора запретили, – хмыкнул Рыж. Его, видимо, задевало, что все внимание вновь сконцентрировалось на мне, а не на его благородной персоне.

– Очень интересный эффект. Надо будет провести еще пару опытов…

– А может, не надо? – подала голос я. Почему-то рисковать и повторять подобное снова мне совсем не хотелось.

– Надо! Представь только, какое это поле деятельности для создания новых, никому не известных ядов! – с энтузиазмом первооткрывателя произнес лорд Эллей. Я посмотрела на него и поняла, в кого получилась такая увлекающаяся. К сожалению, сейчас это играло против меня, ну и против всех, кто окажется слишком близко к зоне эксперимента. Может, посоветовать знакомым на время слинять из города? А то мало ли что…

Глава 9

Практическое травоведение

К счастью, срочные дела отвлекли моего предположительного родича от экспериментов с моим участием, а потом уже и мы забыли о той его угрозе. Как оказалось – зря. Но кто ж знал, что он на практикум по травоведению припрется?! «Ядов» у нас до следующей недели и быть-то не должно было! Вот только лорд Эллей, покончив со всеми делами, первым же делом примчался проверить нас.

Рисолея, читавшая нам курс травоведения, и слова против сказать не успела, как оказалась втянута в эксперимент.

К счастью, никаких опасных ингредиентов в лаборатории по травам не имелось, а потому можно было не опасаться, что директор ШИПа излишне увлечется и создаст условия для чего-то совсем уж катастрофичного. С другой стороны, до его комнат и склада с реактивами не так уж и далеко, а значит, если он увлечется вопросом всерьез… Представлять последствия столь масштабной катастрофы моя фантазия решительно отказывалась. Странно, а я раньше считала, что воображение у меня богатое.

Ладно, по ходу дела разберемся.

Для чистоты эксперимента варить «эльфийский почесунчик» заставили всех. Ну в смысле разбили на прежние тройки и велели следовать рецептуре. Зелье это, кстати, по составу и действию ближе всех подходило к ядам из тех, что можно было сварганить из имеющихся здесь материалов. И обладало оно крайне пакостными свойствами. Впрочем, это и так ясно из названия: чесаться оно заставляло всех, кого коснулись испарения состава. Причем этим оно и было страшно – для действия не требовалось мазаться им или пить, достаточно было немного распылить или вылить на горячие камни, чтобы все в радиусе двух-трех метров начинали отчаянно счесывать с себя кожу. И да, в зависимости от концентрации эта прелесть могла привести к довольно мучительной смерти. Нормальный составчик для исполнения группой первокурсников?! А ведь по программе эльроу его проходили лишь на пятом году обучения, ибо оно слишком опасно на всех этапах производства – специально потом интересовалась!

Как мы все там не самоубились особо зверским способом, для меня так и осталось загадкой. Наверно, все-таки сказалось то, что большей частью личности здесь были опытные, бывшие свидетелями не одного взрыва в учебных практориях, а потому весьма вдумчивые и осторожные. Причем приглядывать приходилось не только за собой, но и за соседом, чтобы случайно не стать жертвой чужой ошибки.