Эльфийские каникулы демонов - Николаева Мария Сергеевна - Страница 40

Да уж, это точно. Леди Олеф действительно показательный случай. Уходить и возвращаться – не в альвийском духе. Обычно если кто-то из крылатых исчезает без объяснения причины – значит, ты больше не нужен. Как только гаснут их чувства – они уходят дальше. Впрочем, как я поняла, не только это гонит их вперед. Очень редко они убегают от страха. Альвы боятся любить и дарить свою любовь кому-то, особенно детям. Это их пунктик. Они настолько не желают своим малышам собственной судьбы, что бросают их сразу после рождения – надеются, что без их примера перед глазами те выберут иной путь… Глупость, если честно. Большинство альвийских подростков срываются именно из-за отсутствия понимания их близких. Миром правят клише, а раз все альвы ведут себя беспутно, то в глазах общественности их дети уже заклеймены…

Но я отвлеклась от Олеф. Она за последние полвека умудрилась уйти от герцога Нимара дважды и даже собиралась сбежать в третий раз, но я ее остановила. Тогда же я и узнала про все эти глупости типа «без меня им будет лучше». И после этого кто-то еще удивляется трудностям взаимоотношений с крылатыми? Да у них тараканов в голове побольше, чем у многих!

Стоп-стоп. Мне тут кое-что в голову пришло…

– Нил, но если ты все это видишь, – я взглядом обвела зал, имея в виду ниточки связей, – то почему не помогаешь им найти правильный путь?

Он вздохнул, обреченно так, болезненно, словно совсем не желал отвечать на этот вопрос. Но все-таки ответил:

– Нас мало, Крис. Как ты думаешь, сколько осталось чистокровных? Мизер. А мир, приняв пришельцев, начал все чаще привязывать нас к своим новым детям. Способствуй я быстрейшему воссоединению пар – мы бы уже давно растворились в пришлой крови.

– Это жестоко.

– Это правильно. Твои сородичи проводят ту же политику. Еще скажи, что ты не понимаешь, насколько верно поступил граф Орше, выбрав для твоего приятеля невесту.

– Это другое, – я попыталась оправдать демонов. Но, разумеется, мне не дали этого сделать.

– Абсолютно то же самое. Еще скажи, что ты не понимаешь, о чем я говорю.

Я опустила глаза, не в силах выдержать давления его взгляда. Невозможно быть мной и совсем ничего не видеть – для этого надо оглохнуть и ослепнуть, но даже тогда…

– Это просто иллюзия, мираж, рожденный связью иного рода, – почему-то начала оправдываться я. Странно, ведь ко мне-то это вообще никакого отношения не имело, но вот сдержаться не вышло. Нет во мне этой сдержанности.

– Ты меня не перестаешь удивлять. Не путай понятия и не подменяй их. Я говорю о любви, о чувстве, а не о страсти. Уж поверь, разменяв пару-тройку тысячелетий, на многое начинаешь смотреть иначе. И физическая сторона близости отходит на второй план. Это молодости свойственен максимализм и желание все свести к известным понятиям, а со временем на многое начинаешь смотреть по-другому. Ты и Тиа, ты и Констан, ты и Свитти… Природа твоих чувств к ним – одна, и именно ты расставила акценты так, как есть сейчас. Но пожелай ты иного – и Тиа окажется просто верным и преданным другом, а Рыж предметом твоих мечтаний. Что же касается той ниточки, что ты видела, – она ничего не значит. Это не приговор. Она лишь связывает две души, которым хорошо и комфортно рядом. Дом, Крис, это не только страстный любовник, это и родители, и дети, и друзья – это все те, без кого ты не мыслишь свою жизнь. Глупо замыкаться на ком-то одном. Уж поверь существу, обреченному на бессмысленный поиск собственной клетки.

От его слов веяло такой тоской, что я невольно почувствовала себя лишней. Да и танец как-то незаметно подошел к концу. Мы остановились на границе отведенной для танцующих пар части зала. Нил, осознавший, что слишком разоткровенничался, явно чувствовал себя не лучшим образом. Он как-то неловко отступил на шаг, я механически подняла глаза и… Это было странно. Волшебно и странно. Иллюзия танца уже покинула меня, я уже почти не видела нитей связей, но возможно именно поэтому я и узрела нечто, находящееся на стыке той и этой реальности.

Она была прекрасна. Вся словно сотканная из наполнявшего зал света. Длинные золотистые волосы мягкими волнами струились за ее спиной и растворялись где-то в пространстве, полупрозрачный стан был едва виден, а руки… руками она одновременно обнимала свое любимейшее дитя и медленно свивала тонкую ниточку. Ниточка была еще тоньше волоска, но уже насыщенно-алая, цвета только что пролитой крови.

Заметив мое внимание, она нежно улыбнулась мне и поднесла палец к губам. Молчи, – эта невысказанная вслух просьба была понятна как никогда. Молчи, ибо он снова разрушит все сам. Он ведь совершенно себя не любит, это глупое драгоценное дитя.

Я только опустила ресницы в знак того, что не нарушу этой тайны. Иллюзия истаяла, стоило мне вновь открыть глаза. Вот только ощущение причастности к чему-то поистине волшебному осталось. Как и мысль о том, что где-то я уже видела лицо этой… богини?

Глава 6

Веселые посиделки

Нил сбежал, воспользовавшись моим замешательством. Я же продолжала думать над тем, что видела. Богиня так трепетно и нежно обнимала его… и эта только-только начавшая протягиваться нить… Что он чувствует? От чего прячется здесь?

Да, Нил в скором времени превратится в главную загадку моей жизни, ибо основной причиной головной боли для меня он уже стал.

– Тебя еще мой отец не замучил своими глупостями? – поинтересовалась Милада, подкравшись ко мне со спины так же, как недавно к ней ее блудный родитель. Я постаралась выжать из себя улыбку понатуральнее, повернулась к ней и отрицательно качнула головой:

– Он сегодня на диво серьезен. У меня от него даже голова болеть начала.

– Редко, но бывает, – понимающе кивнула Ладка. – Что ж, в таком случае мое предложение можно воспринять как спасительное. Мы тут с Кайлом и Натой сбежать собрались и продолжить праздник уже в большем уединении. Разумеется, ты в числе приглашенных, так же, как и моя неуловимая сестренка.

– За ней еще одна девица хвостиком таскается, – посчитала своим долгом сообщить я. Милада лишь пожала плечами, не видя в этом особой проблемы:

– Не важно, так даже веселее. Ну что? Присоединишься?

Если честно, мне просто необходимо было сейчас выпить, чтобы разные картины мира прекратили сталкиваться друг с другом и наконец-таки наложились одна на другую. Порой общение с некоторыми сущностями проще пережить в нетрезвом состоянии. И чем более нетрезв рассудок – тем лучше.

– С радостью.

– Тогда отлавливай мою родственницу и постарайся не попасться Нилу – он любит портить все веселье, – сообщила Ладка, после чего, махнув мне рукой, побежала к Кайлу и стоявшей рядом с ним эльфиечке.

Сабрису долго искать не пришлось, на уговоры же я и вовсе не потратила ни минуты – девочки моментально согласились отправиться с нами, стоило лишь передать им слова Милады. В общем, с вечеринки мы сбежали вшестером: Милада, Кайл и Наталь выступали приглашающей стороной, а я с Саби и Мадди играли роль гостей.

Пока мы добирались до дома Кайла, все успели перезнакомиться друг с другом. Впрочем, долго нам идти не пришлось – здание располагалось недалеко от дворцовой площади. Наталь, жена Кайла, оказалась веселой и милой эльфийкой. Она вела себя очень располагающе и искренне. По дороге она не переставая говорила о муже, Ладке и о дочери. Странно, но порядок был именно таким: вначале Кайл, потом Милада и лишь после них – Талина. С другой стороны, что я знаю о высокородных эльфах? Может, они своих детей и не видят-то до их первого совершеннолетия! А что? Говорят, у нас во многих благородных семействах так и происходит. Это маги трясутся над каждым своим ребенком, так как знают, насколько сложно зачать им, находящимся в водовороте чуждых смертному телу энергий, а для остальных все не столь критично.

– Таля, должно быть, уже спит – поэтому до кухни пробираемся быстро и тихо, – громким шепотом велел Кайл, распутывая охранные заклинания на входной двери. Мы повиновались молча, полностью доверившись хозяину дома.