Люди и призраки - Панкеева Оксана Петровна - Страница 35

– Он тоже так считал, или ты с ним договорился?

– Мы с Тиной вместе с ним договорились. Кстати, теперь я знаю, как мэтр уговорил дядюшку отдать Тину замуж за Ставроса. А то он был категорически против, приглядел ей какого-то жениха в Голдиане, а потом, как по волшебству, резко изменил свое мнение…

– Мэтр Истран тебе сам сказал, как он батюшку уговорил?

– Нет, просто я вчера видел, как наш любимый придворный маг поступает с королями, которые неподобающе себя ведут. А у дядюшки после разговора с наставником ухо выглядело точно, как твое… Но мы отвлеклись. Я еще что-то хотел спросить… А, кто императрице глаз подбил?

– Вторая императрица. Они успели подраться, прежде чем эту мерзавку схватили. Ты бы видел, как ее императорское величество сигает через стулья и машет ногами!

– Не видел, – улыбнулся король. – Но могу представить. Если ты еще не слышал, Суон внучка мастера Цуй Вэя, великого знатока рукопашного боя, и владеет секретами этого искусства, которые передаются в ее семье из поколения в поколение. А о битве императорских жен мне Флавиус рассказал. Кстати, ты знаешь, что вы бедного Флавиуса чуть с ума не свели? Надо же как-то внимательнее быть к человеку! Он все утро ходил меня искал, и везде ему говорили, что я только что ушел и спешили спровадить. Бедняга всерьез решил, что его обманывают, что я на самом деле умер, а все сговорились и пытаются скрыть это от него. Когда мэтр отослал его, сказав, что я у себя, но его не приму, это была последняя капля. Флавиус вломился ко мне в кабинет, чтобы убедиться, а меня там не оказалось. Мы подумали, что кабинет – не самое надежное место, и спрятались в тир.

– И правильно сделали, – вставила Кира. – Флавиус в конце концов тебя нашел и опомнился, ничего с ним не случится. А вот если бы он вломился и увидел нашего гостя…

– Шеллар, а кто это был у тебя в гостях? – удивился Элмар. – Кого это нельзя показывать даже Флавиусу? Или это такая государственная тайна, что и мне знать не положено?

– Тебе можно, – утешил его кузен. – Он и сам хотел с тобой познакомиться, но тебя не было. Только это и в самом деле государственная тайна, никому не проболтайся. Знаем мы с Кирой, Жак, Мафей, мэтр Истран и Эльвира. И больше никому. Особенно Азиль.

– Что я, трепло какое?

– Трепло не трепло, а Ольга из тебя государственные тайны выбивает за раз плюнуть. Смотри, помалкивай. Ко мне приходил принц Орландо.

– Тот самый, которого ты искал? Он нашелся?

– Для меня – нашелся. Для мировой общественности – пока нет. Так что смотри. У тебя есть, что еще рассказать? А то мне надо к Факстону, а на ночь глядя с визитом не попрешься.

– Так, по мелочи. Вот, к примеру, Кира, что у вас там вышло с герцогиней Дварри?

– Что, жаловаться приходила? – недобро прищурилась королева. – А почему к тебе?

– А она еще не знала, что надо идти к Шеллару. Пришла, распустила нюни, жаловалась, что ты ее ни за что выгоняешь, патетически вопрошала, кто здесь король, я или ты, ненавязчиво при этом делая вид, будто платье у нее с плечика само сползает. Они что, действительно меня за дурака держат? Или думают, что я плечиков женских не видел?

– Не переживай, – отозвался король. – Анна просто дура, и ее прелести – единственный аргумент в разговоре, какой она знает. Кира, а за что ты ее выгоняешь? Она что-то натворила, или просто попалась тебе под горячую руку?

Кира неохотно объяснила, предчувствуя, что сейчас его величество, известный своей снисходительностью, начнет заступаться за эту дуру. И начала уже подбирать аргументы для предстоящего спора с любимым супругом, которого, как она слышала, переспорить крайне сложно.

– Вот уж, корова… – вздохнул король, выслушав объяснение. – Что сама она, что шуточки у нее… Только видишь ли, Кира… – он еще раз вздохнул и очень серьезно продолжил: – Ты имеешь полное право выгонять своих придворных дам, если они в чем-то провинятся. Однако я бы тебя очень попросил не начинать это делать с первого дня. Они, конечно, как не стерва, так дура, но это будет выглядеть… не совсем порядочно с моей стороны. Прямо-таки черная неблагодарность получается. Пока у меня не было жены, я ими пользовался, как хотел, а как только они стали мне не нужны – пинком под зад и вон со двора. Некрасиво как-то, ты не находишь? Если для тебя это не принципиально важно, я бы тебя попросил не разгонять придворных дам. Даже если они тебе не нравятся, подожди немного. Они все равно сменятся естественным путем. Дамы имеют свойство выходить замуж и оставлять двор. А на их место найдешь других, на свой вкус. Я, конечно, не настаиваю, но, на мой взгляд, Анне достаточно и того, что она сегодня пережила. И если завтра ей сказать, что ты пошутила, дабы преподать ей примерный урок, это будет очень к месту. Но решай сама, это твои дамы, можешь их хоть всех заменить. Даже Камиллу, только она все равно никуда не денется. Я ей придумаю какую-нибудь дурацкую должность, и она все останется при дворе в другом качестве. Она здесь что-то вроде достопримечательности. Вон, даже эльфы к ней наведываются… – король хитро покосился на кузена, который в ответ возмутился:

– Что ты смотришь, что ты усмехаешься! Тебе б такие проблемы! Представляешь, что меня ждет, когда эта романтическая история про эльфа расползется по столице! Лаврис будет просто счастлив!

– Ты своему Лаврису скажи, пусть научится сначала считать до тринадцати, – посоветовал король. – А еще скажи, что эльф у тебя очень интересовался, нет ли у тебя друзей, похожих на тебя внешне, но не столь обремененных предрассудками. И пообещай, что если Лаврис раскроет рот на эту тему, то он и окажется этим самым другом без предрассудков. И пусть потом с этим эльфом как хочет объясняется, а ты будешь смеяться.

– Спасибо, – повеселел Элмар. – Скажу. Только насчет тринадцати ты не прав. Лаврис до тринадцати считать умеет, и всегда прекрасно помнит, в какой день у него заканчивается действие противозачаточных заклинаний. Просто тогда у него как раз не было денег сходить к магу и заклинание обновить. Это нам с тобой просто, к мэтру сбегал – и на год свободен. А твои подданные, если ты не знаешь, за это платят.

– Вот паршивец, – покачал головой король. – Ведь сам прекрасно знал, что заклинание закончилось, но отказаться от соблазна не смог. Вот и жалуй дворянство таким охламонам…

– Еще бы! Шеллар, как он мог отказаться, если он закадрил королеву! Он этого момента пять лет ждал! Они с Орри поспорили, что Лаврис когда-нибудь трахнет королеву, и тут такой случай!

– А они не уточняли, какую королеву? – повеселел его величество. – Так зачем Лаврис ждал пять лет, съездил бы к Дане, она на этот счет без предрассудков. И последствий бы таких не было.

– Ты же знаешь, что ее королевство официально не признано, так что этот номер не прошел бы. Да ладно тебе переживать, зато какой принц получится! Красавец! В Галланте таких отродясь не было. И Агнессе на старость утешение.

– Ладно уж, – проворчал король. – О старости Агнессы он заботится! Если у тебя все, то я пошел, а ты, пока меня не будет, расскажи Кире про эту историю с пророчеством и как вы, три лопуха, Ольге проболтались. А другу своему Лаврису передай, что еще один такой фокус, и я его женю. На ком-нибудь, на свое усмотрение. Под угрозой лишения дворянства и увольнения из полка. Совсем обнаглел, жеребец… А если бы ему не подвернулась Агнесса, он бы теперь за моей королевой ухлестывал?

– Что ты, – утешил его Элмар. – Кира однажды сказала ему пару слов, и он с тех пор к ней не приближается.

– И каких же? – поинтересовался его величество, с улыбкой покосившись на королеву.

– А то ты Лавриса не знаешь! Он нам, как обычно, изложил ее слова где-то так: «Баронесса тонко мне намекнула, что кавалер со столь сомнительной репутацией, как я, вряд ли может быть интересен для нее в качестве возможного партнера, и вообще, то низменное и неподобающее времяпровождение, которое я осмелился ей предложить, она находит для себя недостойным и унизительным…». В общем, мы единодушно решили, что нашего Лавриса просто послали, и даже ставок не делали по этому поводу. Зато сам Лаврис после этой познавательной беседы выгреб всю свою наличность и все поставил на то, что вы поймете друг друга и поженитесь. Кучу золота выиграл.