О пользе проклятий - Панкеева Оксана Петровна - Страница 59

– У меня к вам есть разговор, – сказал господин Хаббард, не ответив на вопрос. – Деловой. Не желаете поговорить?

– Говорите.

– Пройдёмте в сторонку.

– Да нет, говорите здесь, если вам так уж надо.

Глава Комиссии присел на соседний стул и тихонько доверительно спросил:

– Сколько вам платит король?

– Король мне не платит, – так же негромко и доверительно отозвался Кантор. – А я могу с него что-то потребовать? Мне какая-то компенсация положена, или что? Было бы неплохо, а то я на днях здорово проигрался…

– Вы меня отлично понимаете. Весь город знает, что любовник Ольги – убийца. Поэтому я и спрашиваю: сколько вам заплатили, чтобы вы с нами разделались? Мы заплатим вчетверо, если вы разорвёте этот контракт и поработаете на нас.

– Я не работаю, – отозвался Кантор. – Я на пенсии. И меня никто не нанимал. Сюда я пришёл исключительно пожрать на халяву. Да и как, интересно, кто-то может нанять убийцу? Даже король?

– Значит, кровная месть по мистралийским обычаям? Или все можно как-то уладить?

– Можно, – согласился Кантор. – Если она вернётся, я все забуду… скажем, за пять штук.

– А если нет?

– Я посоветуюсь с братьями. Такие вещи, как объявление кровной мести, нельзя решать в обход старших мужчин семьи. Но я сомневаюсь, что братья захотят поднимать задницы из-за моего мимолётного увлечения, так что, скорее всего, договориться будет реально. В любом случае, о нашем решении я вам сообщу. Или пришлю старшего брата, с ним и договаривайтесь.

– Так просто?

– А что вы хотели? Чтобы я вам тут танец с кинжалами исполнил? Или думаете, я вас прямо сейчас начну резать при сотне свидетелей? Так не делается у порядочных людей. Кровная месть объявляется публично, от имени всей семьи, чтобы объект мести мог как-то принять ответные меры и чтобы никто не сказал, что его убили подло и коварно. Это целый ритуал… да что я вам рассказываю, вы все равно не поймёте. У вас все?

– Приятно было познакомиться, – мило улыбнулся господин Хаббард, возвращая Кантору приглашение, и направился к креслу, в которое как раз приземлялся его величество Шеллар III. Он наклонился к королю – хотя там особенно и не надо было наклоняться – и тихонько что-то сказал. Король недовольно посмотрел на него, встал и они вместе отошли в сторонку. Кантор с интересом прислушался.

– Что вам угодно, господин Хаббард? – недовольно спросил король. – Мы же обо всём договорились.

– Что здесь делает этот бандит? – напрямик спросил Хаббард.

– То же, что и все гости. А что вас смущает?

– Это вы его сюда позвали?

– Так же, как и всех прочих гостей. Почему его должны были обойти? У жертвы больше никого не было.

– И ради этого вы приволокли его аж из Мистралии? Так-то вы держите слово?

– Я держу слово, – оскорблённо задрал подбородок король. – Всё будет так, как договорились. И никто его не тащил из Мистралии, у них с Ольгой было назначено свидание на сегодня у неё дома.

– Припоминаю, – издевательски произнёс Хаббард. – Вы, кажется, обещали, что в кабинете вы будете один. Только сдаётся мне, что мы не дойдём до кабинета. Мастер же вы давать обтекаемые клятвы!

– Он вас не тронет, – резко оборвал его король. – Поклясться не могу, так как от меня это не зависит, но предполагаю. Он профессионал, он не полезет на рожон при толпе свидетелей. Если он пожелает вас убить – а это зависит только от его желания, ведь нанять или приказать ему никто не может – то он это сделает не сегодня и не сейчас, а в правильное время и в правильном месте, да так, что никто никогда и не узнает, отчего вы умерли. Экий вы трус, господин Хаббард! А когда вы ставили его девушку в список, вы разве не знали, что он убийца? Что ж вы тогда не боялись?

– Я вам не верю, – заявил Хаббард. – Ни единому слову. Вы его позвали с какой-то целью. Зачем?

– Не хотите – не верьте, – пожал плечами король. – Я не нанимался вам доказывать что бы то ни было. Прислушайтесь к собственному здравому смыслу. И он вам подскажет, что сегодня этот парень вам ничего не сделает. Он пришёл без оружия, и вокруг полно свидетелей. А уж что будет через неделю, через луну и позже – это меня никоим образом не касается. Разбирайтесь сами.

– Полагаете, я поверю, что его случайно посадили рядом с Элмаром, который сегодня что-то подозрительно короткий меч нацепил?

– Господин Хаббард, – устало вздохнул король. – Должен сказать, что вы меня достали вашими беспочвенными подозрениями. Как вы будете править страной с такой манией преследования? Этот человек – стрелок, он вообще не владеет мечом. Но если вам уж так боязно, я его пересажу. А выгонять гостей из зала – дурной тон и полнейшее свинство. Раз пригласили – будет присутствовать. Вопрос исчерпан?

– Пересадите, – согласился глава Комиссии. – А с остальным мы, действительно, сами разберёмся. И, если не секрет, как вам удалось заменить Ванду Красс? Эта девчушка, что её заменила, действительно самоубийца или вы её как-то иначе уговорили?

– Как-то иначе, – тяжко вздохнул король. – И мне это обойдётся в такое… впрочем, это не ваше дело. Чего это я с вами откровенничаю, по привычке, наверное… Вернитесь на своё место, пора начинать.

Король куда-то отошёл, зато вернулся Элмар, уселся на своё место и сообщил:

– Все в порядке, гимн будет. А о чём это с тобой Хаббард беседовал?

– О классической драматургии, – серьёзно ответил Кантор. – Сам не понимаешь?

– Что, прощупывал, не собираешься ли ты ему что-нибудь сделать?

– А как же.

– И что ты ему сказал?

– Объяснил суть некоторых милых обычаев моей родины.

– В смысле кровной мести?

– Ну да. Сказал, что у меня есть старшие братья и мне надо спросить их разрешения, прежде чем объявлять кровную месть.

Элмар улыбнулся и поинтересовался:

– А на самом деле у тебя есть кто-нибудь?

– Братьев точно нет. А насчёт всего остального… сам понимаешь.

– Понятно… – Элмар оглядел зал. – Что-то Жак запаздывает…

– Жак – это тоже Ольгин друг? А он тоже должен присутствовать?

– Он тоже приглашён. А, ты же не знаешь… Его девушки тоже попали в список. Все четыре.

– У него их четыре? – поразился Кантор. – Ай да парень…

– Да нет, ты не подумай, что он такой уж бабник… Просто у него так получается. Тереза – она немного… как бы тебе сказать… Не совсем нормальная. Над ней когда-то надругались, и с тех пор она не может… с мужчинами. Жак её уже второй год обихаживает, но пока добился только того, что она его перестала бояться. А большего пока не получается. А трахаться-то ему с кем-то надо. А заводить постоянную любовницу – Тереза подумает, что он её разлюбил. Вот он и крутит постоянно с несколькими, чтобы ни с кем не заводить серьёзных отношений. А так он… да познакомишься, сам увидишь.

– Жак – это тот, что был тогда у тебя, когда я приходил к Азиль? – уточнил Кантор. – Симпатичный парень с зелёными глазами? А Тереза – девушка, что сидела рядом с ним?

– Да, – кивнул Элмар. – А ты что, всех запомнил?

– Разумеется. Элмар, а почему он меня так испугался?

– А что, заметно было?

– Я почувствовал. Он что-то обо мне знает такое, чтобы бояться? Или просто потому, что я убийца?

– Нет, – засмеялся Элмар. – Просто потому, что ты мистралиец. Он вас почему-то боится.

– Почему?

– Не знаю, – сказал Элмар, и Кантор тут же почувствовал, что первый паладин откровенно врёт. Уличить его в неподобающем поведении не удалось – подошёл распорядитель церемоний и, рассыпаясь в извинениях, попросил Кантора пересесть на одно место дальше. А пока он пересаживался, подошёл король и отозвал в сторонку Элмара. Кантор не удержался и снова прислушался. Разговор был предельно кратким.

– Когда начнутся речи, считай выступающих, – сказал король. – Первыми выступают дворяне, пятнадцать человек. Когда пятнадцатый закончит, быстро и незаметно передвинь меч на правую сторону. Все понятно?

– Понятно, – кивнул Элмар.

– Я распорядился, чтобы нам с тобой наливали из вон того графина. Так что, будь добр, не ори на весь зал, что тебе вместо вина компот налили, а сделай вид, что так и надо. И ничего другого не пей. Понятно?