Тень ее высочества - Ежова Лана - Страница 107

Я попыталась на всякий случай проверить крепость защиты Юлиана. Вдруг она не выдержит? А еще я наконец-то совладала с паникой и также захотела помочь какому-нибудь несчастному… Но взломать щит не получилось, и я, намучившись с заковыристым плетением, опустила руки. Нет, силы бы мне хватило, а вот знаний, увы, – нет. Но благодаря этому выяснилось, что парень – неплохо обученный для жреца фиолетовый маг. Вот так-то, а я всю дорогу гадала: со стихийником какого уровня имею честь делить превратности пути.

Геройские действия попутчика и знания о его уровне магического луча придали горький привкус воспоминаниям о нашем трусливом бегстве из трактира «Перекресток ветров». Почему Юлиан предпочел тогда удрать, вместо того чтобы встать против демонов плечом к плечу с арбитром и охотниками?

«Эва, прекращай изводить себя. Причины его отказа сражаться мы не знаем. Может статься, что тогда он был магически слаб?»

Вскоре городская стража не без помощи деда и его коллег пресекла хаос и устранила последствия массовой истерии: раненым оказали помощь, трупы куда-то увезли. Родственники девочки и женщины с ребенком отыскались быстро и незаслуженно благодарили за спасение своих близких и меня за компанию с магом.

– Шестеро погибших, двадцать восемь травмированных, – удрученно произнес Юлиан, когда вернулся за нами. – Причем от лап элементи умер всего один человек, остальных затоптали во время давки.

Что-то говорить в ответ не хотелось, поэтому кивнула, когда стихийник предложил вернуться в нашего «Йоса».

Но поспать нам не дали. Примерно через час явился взволнованный дед и сообщил, что Солар требует привести к нему спасительницу. И как я ни отнекивалась, что моя роль преувеличена, идти пришлось.

Юлиан, невзирая на недовольство Вариора, отправился во дворец градоправителя вместе со мной. Однако в комнату вискурского посла вошла я одна.

Спасенному хэмеллу отвели роскошные гостевые покои в золотисто-желтых тонах. По моему скромному мнению, зря – из-за болезненного цвета лица Солар терялся на фоне драпировок стены. Естественно, изможденность многоликого я заметила не сразу, а после того как справилась с шоком, что он больше не в боевой форме.

Мужчина жестом указал на стул, стоящий напротив его кресла, и я покорно присела, как и вискурец, храня молчание.

Короткие пепельно-русые волосы вздыбились на голове хэмелла дерзкими вихрами. Льдисто-серые немигающие глаза, массивный подбородок с ямочкой и длинный нос с чуть загнутым вниз кончиком – все это производило впечатление тяжелого, угрюмого человека, и казалось странным, как мы нашли общий язык в плену у агграссца. Скорее жилистый, чем мускулистый, в халате, полученном на правах гостя, он выглядел хозяином положения. Сидя в кресле, Солар не позволял себе расслабиться, держа спину безукоризненно ровной, а плечи – гордо развернутыми. И только бледная кожа и стиснутые губы портили впечатление, позволяя узнать, насколько он устал.

При виде такого Солара я занервничала. Если в плену хэмелл, дающий ценные советы, вызывал расположение, то этот незнакомец – лишь опасения. Чего ждать от встречи один на один с послом страны недружественной империи? Вдруг начнет вербовать в шпионы?! Или потребует уехать с ним на родину?!

И вдруг вискурец улыбнулся. Открыто, светло, с подкупающей теплотой, идущей из глубины души. Эта улыбка вмиг смыла мое смятение и страхи.

– Вот мы и свиделись, потерявшаяся девчонка. Рад видеть тебя, Эва. – Низкий приятный голос окончательно возвратил мои симпатии Солару. – Ты спасла меня. Я признаю за собой долг жизни. Клянусь Зиждителем вернуть его сторицей.

– Фактически тебя спасли маги, а не я.

– Нет, Вариор рассказал, как все было. Лишь благодаря тебе я жив, а моя страна не развязала новую войну.

От понимания того, как Вискур мог отомстить за гибель посла на территории Северной империи, сыпануло морозом по коже. Слава богам, не допустившим конфликта с многоликими! А если бы к ним присоединилась Аг-Грасса, имеющая зуб на мою страну? Представить страшно!

«Эва, помнишь свои чувства после разрушения Элевтии? И наш разговор, что такие букашки, как мы с тобой, не имеют силы на политической арене мира?»

«Грэм, разве можно забыть ту страшную ночь?»

«Тогда слушай, как ты можешь повлиять на ход событий».

– Солар, я хочу освободить тебя от долга жизни в обмен на просьбу, если выполнение ее, конечно, в твоих силах.

– Слушаю внимательно, Эва.

Мне показалось или глаза мужчины вновь подернулись льдом?

– Как посол, ты, наверное, очень влиятельный человек в Вискуре? И можешь напрямую обратиться к своему правителю?

Хэмелл неопределенно кивнул.

– Если у тебя есть возможность, уговори его выдвинуть ноту протеста Аг-Грассе, если она попытается напасть на империю. И ни в коем случае не поддерживайте агграссцев. Выполни мою просьбу, и долг будет погашен.

Солар резко наклонился вперед и схватил меня за подбородок. Глядя в глаза, надменно спросил:

– Кто надоумил тебя, Эва, обратиться с подобной просьбой?

Голос посла замораживал.

– Никто. Сама решила. Я и подумать не смела, что ты признаешь за собой долг.

Несколько неприятных мгновений он буравил меня взглядом, а потом отпустил мое лицо и откинулся на высокую спинку кресла.

– Тогда почему? Попроси что-то лично для себя, Эва. Например, я могу забрать тебя в Вискур, где окружу роскошью и уважением. И поверь, я защищу тебя, даже если все Межграничье запылает в пожарах войны.

Покачав головой, я сказала:

– Благодарю за щедрое предложение, Солар. Но я не могу согласиться. А больше мне ничего не нужно от тебя.

– Ты просишь за страну, по которой передвигаешься, как последняя бродяжка, в страхе и напряжении? Зачем ты просишь за людей, которые, узнав о твоей истинной сущности, обольют тебя презрением? Эва, полукровке не место в Северной империи! Пойдем со мной. – Мужчина протянул широкую ладонь.

И признаюсь, был момент, когда я едва не соблазнилась возможностью.

– Я не могу, Солар. – Спрятав руки за спину, опустила голову, чтобы не видеть предложенную длань. – У меня есть причины, как ты выразился, передвигаться по стране, словно бродяжка. Но скоро все изменится, и может быть, когда-нибудь я и решусь наведаться в Вискур.

– Хорошо, тогда объясни, почему тебя волнует, начнется война с агграссцами или нет?

– Это сложно, но попытаюсь. Когда некроманты со спин ламчерионов закидывали Элевтию огнем, я как раз улетала из города. И видела, как сгорают заживо невинные люди. А я не могла им помочь.

Чувствуя, как слезы дрожат на ресницах, наклонилась ниже. Не хочу, чтобы Солар подумал, что я стараюсь его разжалобить.

– Убедила. Вискур пошлет ноту протеста, а если захочешь, то и жесткий ультиматум.

Категоричное обещание посла подарило надежду, но и заставило захлюпать носом. От счастья.

– Спасибо, Солар! Долг жизни погашен.

– Тебе не терпится от меня отделаться? – Мужской смешок раздался ближе, чем должен был. Я подняла голову – и встретилась взглядом с тревожными глазами склонившегося ко мне вискурца. – Потерявшаяся девчонка слишком горда, чтобы просить для себя? Или глупа? К счастью, я не настолько циничен, чтобы обманывать маленьких полукровок. Держи.

И он вложил мне в руку кулон на кожаном шнурке. Украшение из легкого серебристо-белого металла, величиной как пол моего мизинца, представляло собой раскрытое крыло птицы.

– Что это?

– Это реликвия моего Дома, ценная для рода вещь. Поэтому будь добра, не потеряй. – Солар подмигнул. – И если окажешься в опасности или просто решишь погостить в Вискуре, поднеси ее к губам и произнеси мое имя. И я приду за тобой.

Мне хотелось иметь запасной план отступления, но принять чужую реликвию… разумно ли?

«Не вздумай манерничать и отнекиваться, – предупредил Грэм. – Тебе изъявляют честь, так будь достойной ее».

Послушавшись старшего и мудрого телохранителя, беспрекословно надела кулон на шею, затем, подчиняясь какому-то наитию, поцеловала крыло.