Выйти замуж не напасть, или Оно нам надо? - Славачевская Юлия - Страница 59

– Мальчики, может, я еще раз попробую?.. – услышал я в шаре мелодичный голосок Рики. И с чистым сердцем резким контрапунктом ее реплике присоединился к остальным:

– НИ! ЗА! ЧТО!

Глава 20

Эрика

Дзынь! Лязг! Лязг! Дзынь!

Я залегла в траве и оттуда смотрела на мужа, который после не совсем удачной попытки научить меня обуздывать заложенную во мне магию решил… нет! – постановил: «Будем учиться владеть холодным оружием!» Можно подумать, тут есть горячее…

И сейчас он этим как раз и занимался, танцуя с саблями и показывая, с какой стороны за колюще-режущее браться. Признаюсь честно, помогало мне это мало, но выглядело на редкость зрелищно.

– Рика! – Разумеется, муж быстро заметил мое отсутствие на переднем плане, а под ногами посмотреть поленился. – Где ты?

Дальше маскироваться не имело смысла, ибо затопчет, как стадо буйных слонопотамов. Мужчины при виде оружия вообще забывают, что у них есть какие-то сердечные привязанности!

Не верите? Сейчас расскажу.

Захожу на днях в оружейную и вижу: сидит мой ненаглядный и полирует одну из сабель. Я тихонько подошла и спросила:

– Обедать пойдем?

– Да, дорогая. – И саблю наглаживает замшевой тряпочкой.

– Сейчас пойдем?

– Безусловно, дорогая. – И снова по лезвию туда-сюда. А взгляд такой влюбленный-влюбленный… вдаль. – Сейчас закончу, моя хорошая!

Тут я заподозрила неладное и позвала погромче:

– Да-а-ар!

Супруг обернулся и, улыбнувшись, сказал:

– О! Ты пришла?

Немая сцена – и мои руки, протянутые к точильному камню…

Это я немного отвлеклась на воспоминания, обретая нужный настой. Да, так о чем изначально я вела речь – об оружии…

– И что же ты от меня хочешь? – поднялась я из зарослей бурьяна, демонстративно отряхиваясь.

– Много чего! – заверил меня Дар, обжигая взглядом. – Для начала возьми в руки…

– Прямо здесь? – состроила я недоуменную мордашку, упорно оттягивая момент знакомства с оружием. Ничего хорошего я от этого, честно говоря, не ждала, но донести свою высокоумную мысль до мужа не получалось.

– А чем тебя это место не устраивает? – Дар легко и непринужденно прокручивал саблю.

– Н-ну-у… оно слишком открытое, – тянула я время. Господи, да я по большому счету могла преспокойно откромсать себе что-нибудь кухонным ножом, а здесь железяка поболее будет. Куда ж мне с моим счастьем тут целой остаться!

– Для обучения владения оружием – самое то! – отрезал дроу, подступая ко мне.

В ухе сверкнула любимая серьга с ониксом. Из-под расстегнутого ворота белоснежной батистовой рубашки блестели амулеты. Мой взор прельстила красивая мужская грудь, глаза спустились ниже, еще ниже, мысленно я раздевала ушастого соблазнителя…

– Эрика, не отвлекайся!

У меня засосало под ложечкой. И я впервые за долгое время пожалела, что бросила курить. Не то сейчас бы устроила себе законный перекур, потом решила попить кофе, следом мне бы потребовалось в туалет и снова покурить… или сходить на кухню… вдруг там газом запахло или пригорело что-то. Мало ли при желании можно найти предлогов семейной женщине?..

– Ты же попросил меня что-то взять? – Это уже последняя попытка оставить себя, любимую, живой.

– Да! – кивнул муж. – Саблю. А ты что подумала?

– Не скажу! – надула губы и поплелась за орудием пытки, еле-еле переставляя ноги. Моя зад… попа чуяла беду. А чутье меня никогда не подводило!

Дальнейшее происходило по следующему сценарию…

– Возьмись за эфес. – Дар строит из себя умного, но кого учит-то?

– За что?! – захлопала я ресницами. Слово, безусловно, знакомое, но где ЭТО находится у сабли?

– Вот за эту рукоятку.

Терпению супруга можно лишь позавидовать. Я бы себя уже давно прибила невзначай и сделала вид, что так и было!

Взяла двумя пальчиками, немало порадовав мужа. Немножко подержалась. Заслужила одобрительный взгляд. Слегка погордилась успехами. Оказалось – рано.

– Теперь встань в стойку! – показал мне Дар, что нужно сделать.

Я затосковала.

– Смотри, – Дарниэль показал мне финт уша… оружием, – все предельно просто…

Кому «предельно», а кому и запредельно! Сложно. Можно я лучше годовой баланс всех государств подобью? Ей-богу, безопаснее будет!

– Смотрю, – уныло согласилась, не рассчитывая это балетное па повторить.

Нет, в новых джинсах я себя чувствовала очень даже! И футболка со схематическими изображениями видов парного секса грела душу. Когда Дар ее на мне поначалу увидел, то покраснел, потом побледнел, а потом решил, что ему померещилось. Наи-ивный… Мы после того еще немножко поспорили, в чем я буду учиться фехтованию, я показала ему штаны из стандартного спортивного набора для соревнований, и он сдался. Ну может же, когда хочет! Правда, он на меня что-то такое защитное все-таки навесил вместо стеганого ватника и намордника… кажется.

Мне показали все раз двадцать, а потом потребовали:

– Повтори!

– Ты уверен? – Это я для очистки совести.

– Да! – как припечатал.

Неужели я ему уже так надоела, что выбрал столь экзотичный способ от меня избавиться? Ну типа пала смертью храбрых в неравном сражении с саблей. Или шпагой? Или шпаблей? Как же эта острая дрянь называется?

– И осторожнее – не порежься! – предупредил заботливый муж.

Вот так бы и стукнула по упрямой башке чем-нибудь тяжелым!

– Чем не порезаться? Черенком? – разглядывала я свою погибель. Вообще-то я оружие люблю, и даже очень… но издали и в чужих руках.

Дар закатил глаза и хмыкнул:

– Дорогая, черенок у сабли там, где эфес! У сабли есть эфес, состоящий из черенка и головки рукояти, крестовина и лезвие, которое разделяется на обух клинка, елмань и острие.

Я радостно кивала, впитывая новые знания. Положа руку на левую грудь, я бы сейчас так же радостно и лекцию по сопромату прослушала. Но все хорошее имеет свойство заканчиваться. Мне еще раз показали красивый выпад. Я затосковала еще больше. Это у него все так изящно и просто! А я сейчас буду выдавать аттракцион: «Впервые на манеже! Корова на коньках, в невесомости, в бассейне!». Мама дорогая, роди меня обратно!

– Повтори! – Этот приказ у меня в ушах будет стоять до конца жизни!

– Слушаюсь и повинуюсь! – пробурчала, уже не надеясь на благоприятный исход дела. – А сколько нужно родить детей, чтобы отсрочку от армии дали? – жалобно посмотрела на мужа.

– Двадцать! – отчеканил правитель.

Я совсем раскисла.

– Здорово! Родим футбольную команду и… хоккейную до кучи! Но до первого матча я не доживу! Сдуюсь, как воздушный шарик! – эмоционально выплюнула мужу в наглую физиономию.

Тот пропустил мимо «лопухов» последние предложения и ободряюще кивнул, с видом «все для твоего блага, любимая». Закрыла глаза. Сосредоточилась. Открыла. Посмотрела на Дара еще жалостливей. Номер не удался.

– Давай! – подбодрил меня учитель.

– Дар, можно я тебе что-нибудь другое дам? – Жить хотелось со страшной силой!

– Не отвлекайся!

– Садист!

– Я тебя все равно люблю! – ласково фыркнул Дарниэль.

Я чуть не застонала от досады:

– Вот и поговорили!

Сжав челюсти, попробовала повторить то, чему он меня учил. И вроде бы упражнение сделала правильно, но все же чуть не отрубила выставленную вперед ногу, так энергично взмахнула учебным пособием. Дар удачно остановил мой широкий замах твердой палкой «железного» дерева.

– Любимая, обычно детей начинают учить деревянным мечом, а потом переучивают. Но у нас нет времени на переучивание. Давай! – Взмахнул палкой.

Я не поняла, а мы куда-то спешим?

Я мобилизовалась, вспомнила любимый фильм «Три мушкетера», встала в красивую стойку (по крайней мере, я так полагала!) и, перехватив саблю как шпагу, поперла на мужа с удвоенным рвением. Мужу тоже захотелось жить, и он сбежал, а то быть бы ему продырявленным в нескольких местах. Причем диапазон возможного дырявления был очень велик: от головы до ног. Вот так делали успехи в обучении… бегом…