Алауэн. История одного клана - Жданова Светлана "Лисавета" - Страница 31

Сейчас объятия рыжего дракона – нравится мне дразнить его этим имечком – не вызывали привычного отвращения и желания вырываться и царапаться. Ну и шипеть по привычке. Он осторожно прижал мое вновь занывшее больное плечо к своей горячей, словно печка, груди, принеся облегчение. Меня защищали, а это, как ни крути, очень лестно и приятно.

– Я, кажется, задал вопрос-с! – рявкнул дракон.

– Сери…

– Олеандр, мне плевать, кто им был. Даже если это ты. Поднявший руку на нашу женщину должен заплатить за это. Тебе ли не знать. Драконицы неприкосновенны.

– Она не драконица!

– Я не драконица!

Мы с эльфом переглянулись.

Что-то мне уже неуютно в его руках стало.

– Повторяю для особо непонятливых: драконицы неприкосновенны. А эта тем более. Потому что она – моя.

– Тогда какого упыря твоя женщина гуляет где попало и нарывается на неприятности?

– Вот и я об этом думаю, – нехорошо сощурившись, взглянул на меня Сери. – Вас вдвоем отпускать нельзя, так и знал, что куда-нибудь влезете.

– Ой, впятером не влезли бы? – фыркнула я.

– Еще как влезли, – усмехнулся Сери и поцеловал меня за ухом. – Но я хотя бы был рядом и не волновался.

С первыми лучами солнца Красная нить рассеялась. Недовольно фыркнув, я медленно перевела Бяку на шаг и вскоре совсем остановилась.

– Все!

Мы гнали лошадей с того самого момента, когда разобрались в происшедшем.

Оказалось, что дед Иаллин возглавляет отряд, разыскивающий все тех же похитителей. Вот уже несколько месяцев, как в приграничных деревнях и городах начали пропадать дети-полукровки. Сначала этому никто не придал значения, да и связь между городами была не на том уровне. Но когда информация дошла до Светлого Леса, эльфы встревожились.

Отряд Олеандра гонялся за похитителями вот уже неделю, и наконец смогли застать их врасплох.

А одна шипящая особа – самих эльфов.

Вот и получалось – у меня единственная ниточка к истинному заказчику похищения детей.

И теперь она исчезла.

– Почему остановились? – тут же поинтересовался эльф.

– Заклинание перестало действовать.

Пока мы с Олеандром и оборотнем выясняли, почему действие заклинания могло рассыпаться (притом мы с кошаком выясняли очень громко – уши эльфа так и дергались), на горизонте объявился Сери. На время, когда нас вела Красная нить, Змей предпочел вернуться в образ дракона и все как следует осмотреть.

– А вот и желтоглазый, – усмехнулся Мальгольм. – Волкодлак его покусай, никак не могу привыкнуть, что в этой ипостаси он такой здоровый.

– Для Алауэн они нормальные, а вот для обычного дракона слегка мелковаты, – поделился с нами знаток. Это я про деда нашего. Хотя… только сейчас его рассмотрела нормально, и оказалось, что посмотреть-то есть на что! Эльфийская кровь в нем не превратила утонченность в истонченность, и Олеандр оказался довольно крепким на вид мужчиной, с сильным телосложением и необычайной мощью, скрытой в отнюдь не хрупком организме. Белые волосы заплетены в длинную косу. Красивый.

Эх, только мне что-то последнее время на красивых мужчин не везет. То драконы, то оборотни, то вообще просто гады попадаются.

Образчик всего выше сказанного в одном флаконе наконец сел перед самыми лошадиными мордами. За что тут же и был покусан Бякой.

Красный дракон ощерил пасть… и мне тут же захотелось избавиться от строптивой лошадки. А мы только сошлись на почве ненависти к одному вредному гранатововолосому типу.

Правда, он тут же успокоился и, обсудив обстановку на территории: «Да ни упыря тут никого нет!» – повернул здоровую башку ко мне:

– Устала?

Почему-то в виде дракона он не казался мне таким уж страшным и злым, как обычно. И даже становился каким-то родным. Спихнув все эти не вписывающиеся в наши обычные взаимоотношения чувства на память крови, я кивнула:

– Немного.

– Плечо опять болит, – хмыкнул он, тыкаясь носом мне в грудь. – Попроси Олеандра залечить. У них в отряде должен быть дельный лекарь. Я смог только слегка подлатать. А регенерация у тебя отвратительная.

– Интересно, почему мне досталось все самое плохое. И шипение, и чешуя, и даже язык, – продемонстрировала я змеиное чудо. – А вот ничего приличного от родителей так и не перепало.

– От кого? – опешил дракон. Громко и возмущенно фыркнув, он окончательно превратил мои волосы в воронье гнездо. Но затем осторожно коснулся когтем лица. Я непроизвольно поморщилась – все же синяк вышел просто загляденье. – Тот, кто это сделал, еще за все заплатит.

– Здорово! Значит, ключицу мне сломать можно, а по физиономии дать нельзя?

– Все наемники мертвы, Александрит. – Ух, какие мы сразу стали злые!

– По-драконьи, заключить Договор, который обязательно будет нарушен.

– Есть такое правило, Андин, никто безнаказанно не может покуситься на то, что принадлежит дракону. И это сильнее любого Договора.

– Рада, что ты снова стал самим собой, Сери, – похлопала я его по морде. – А то я уже начала опасаться, как бы нам не того дракона не подсунули. Бракованного какого-нибудь. Рыжего и пушистого.

Потоптавшись на месте, красный дракон наконец лег. Осторожно пододвинув к себе спящую девушку, он накрыл ее одним крылом.

– Змей, что вы с братом опять натворили? – посмотрел на него эльф.

– Олеандр, не спрашивай. Ведь знаешь – соврать тебе я не смогу, но правда не принесет ничего хорошего.

– Эта девушка… кто она?

– Моя!

– Кто – твоя?

– Моя! – повторил дракон. – Красивая, правда?

– Да уж. Особенно с чешуей и клыками.

– Да, – довольно вздохнул дракон.

– Что же вы творите, дураки хвостатые? Если об этом узнали ваши родственнички…

– Когда узнают, будет уже поздно. И сейчас поздно – она у меня уже есть.

Девушка завозилась, и Сери получше накрыл ее крылом и фыркнул теплым воздухом. Она успокоилась и, плотнее прижавшись к большому боку дракона, замерла.

– Ну вот. Знаешь, что самое интересное? В человеческом виде она меня терпеть не может, ненавидит, шугается как от прокаженного. А тут спит.

Глава 8

До рассвета

За прошлый день и целую ночь я так набегалась, что заснула еще до того, как голова коснулась земли.

Глаза же продрала, когда солнце перевалило за полдень.

В тени огромных елей, под которыми мы и расположились, царила прохлада, но по моим вискам стекали капельки пота. Так жарко! И… тяжело?

Ну и какого упыря происходит?

Повернув голову, я обнаружила спящего Сери, прижавшего меня своим телом к земле. Так, засыпала я где-то в тени здоровенного дракона, и, судя по всему, он подмял меня под себя уже в человеческой ипостаси, иначе и мокрого места не осталось бы.

Зашипев, ударила локтем в живот.

Сери охнул, вжал меня в постеленный на землю плащ, проснулся. Именно в такой последовательности.

– Ты чего дерешься?

– А ты чего тут разлегся? Помягче ничего не нашел?

– Ну не на эльфах же мне спать, – искренне изумился Змей. А затем, все так же прижимая меня к земле, потерся щекой о плечо. – Ты такая милая, когда не шипишь, не огрызаешься. Мне понравилось с тобой спать. А тебе?

– С-сери, гад шелтохлас-сый, пус-сти!

Как ни странно, но Змей на мгновение замер, а затем одним плавным движением поднялся на ноги.

– Эй, ушастые, а ну подъем! – заорал он, отвернувшись. Нашел на ком зло выместить. Как они ему за лестный эпитет морду не набили, не знаю. Но косились очень красноречиво.

Пока готовился завтрак, Олеандр занялся моим плечом и здоровенным фингалом. Правда, след от удара убрали не полностью, но быстро. А вот осмотрев ключицу, эльф нахмурился: