Шаг - Долгова Галина - Страница 93

– Повтори! – потребовал я.

– Я люблю тебя.

– Еще!

– Я люблю тебя, я очень люблю тебя, Дан, мой Данте…

Это не сон… Я не сдержал облегченного вздоха и прикрыл глаза, растворяясь в своем счастье.

– Венчание проведем сегодня же! – объявил ей. А то еще опять в голову что-нибудь взбредет. Так все-таки надежнее…

– Что?! – В изумрудных глазах тут же вспыхнул огонь вызова. Вот за это я люблю ее еще больше!

– И не спорь!

Лина

Венчание и правда провели сегодня же. Все были просто в шоке от подобной новости, Рагнарант даже попытался настоять на том, что обряд должен пройти в Шакризарде, но… Но было решено, что в Шакризарде пройдет только официальное торжество, а сама церемония состоится здесь.

Самое интересное, что эссиры на саму брачную церемонию допускают только тринадцать приглашенных, не считая жениха с невестой и жреца, проводящего обряд. Рагнарант, Самаэль, Торнент, Повелитель, Ликаэль, Шиаза, Элизар, Бальсион, Астар, Рамонар, Вельсаана, Вистариэль и Алекориэль оказались в числе приглашенных. Правда, когда Дан увидел, как меня обнимает и целует Алек, чуть не пришлось проводить вместо обряда бракосочетания обряд исцеления. А если Дан когда-нибудь узнает, что мы были близки с господином ректором, боюсь, тогда тому вообще не жить. Кхм… надо будет заодно Шерлиз и Яраэля предупредить, чтобы помалкивали, а то и их еще как свидетелей уберет.

Сама церемония была красивой. Меня облачили в красную тогу (цвет моей сущности как дракона – огонь, вот поэтому и красный), а Дан был в серебристом. Нас подвели к алтарю, над которым кружились в хороводе тридцать три уже привычных светящихся шарика. Жрец разрезал наши ладони по линиям жизни, и капли крови упали в хрустальную чашу. Что-то прошептав, он срезал у нас по пряди волос и окунул в кровь. Голос жреца стал громче, и слова обряда полились как песня. Взяв из чаши наши пропитавшиеся кровью волосы, он соединил ладони – порез к порезу – и обвязал запястья сплетенными волосами.

– Аэлин, согласна ли ты связать свою жизнь и судьбу с Дантариониэлем? Быть его спутницей и помощницей во всем?

– Да.

– Дантариониэль, согласен ли ты связать свою жизнь и судьбу с Аэлин? Быть ее спутником и помощником во всем?

– Да.

– Да будут боги и силы свидетелями ваших клятв!

Светящиеся сферы начали вращаться быстрее, сплетаясь над нашими головами в какой-то невообразимый узор. В последний момент они стянулись в один шар, который взорвался ослепительной вспышкой над нашими головами, осыпая разноцветными искрами, а волосы, оплетающие руки, загорелись и, обжигая запястья, распались искрами. На коже остались лишь серебристые татуировки.

– Теперь ты моя, Аэлин, – раздался шепот Дана, и его светящиеся глаза затмили весь мир. – Я люблю тебя…

– Я тоже люблю тебя…

Эпилог

Лина

Пять лет спустя

Темный грот, освещенный десятками магических кристаллов, свет которых отражался от восьми сталактитовых полупрозрачных колонн. Абсолютно сухое почерневшее дерево, корни которого уходили в каменный пол, а ветви терялись среди потолка, словно были вросшими. Мертвое дерево, оживающее лишь в момент истинного соединения. Почти через пять лет я снова очутилась в пещере, где мы получали благословение Иль Виален, только сегодня невестой была не я, да и черных плащей не наблюдалось.

Сейчас в круге стоял взволнованный Яраэль и смотрел на приближающуюся Шерлиз. Девушка была ослепительна, словно золотисто-розовая бабочка, она легкой походкой скользила вперед. Кто бы знал, что из них получится пара, хотя симпатия присутствовала всегда. Я счастливо улыбнулась. Вот и еще одна подруга практически замужем. А год назад и Вистариэль вышла замуж за эссира. У Ликаэля был юбилей, все-таки пятьсот лет, вот и собрались все, в том числе и братья Дана. Рамонар, когда увидел эльфийку, так и застыл. Смотреть на это было довольно забавно, такой большой и страшный демон открыл рот и смотрит огромными глазищами, как у кота из Шрэка. Вистариэль даже испугалась сначала, платье начала осматривать. А на следующий день Рамонар уже просил руки прекрасной леди у Владыки. Я была рада за подругу и рада, что ее безответные чувства к ректору остались в прошлом.

Шерлиз подала руку Яраэлю, и они вместе пошли к дереву, перешагнув прочерченную круговую линию. В этом круге они были вдвоем и не замечали больше никого. Голос жреца начал негромко напевать. Красивые, непонятные слова, как и тогда, стали окутывать меня, и я почувствовала, как рука Дана сильнее сжала ладонь. Сбоку всхлипнула Шиаза, положив руки на уже заметный живот, и Элизар, стоявший позади жены, успокаивающе поцеловал ее в макушку.

Одновременно с началом обращения к Иль Виален по дереву начали пробегать серебристые искорки, и все облегченно вздохнули: дерево откликнулось. Все-таки каждый раз это шаг в неизвестность. Яраэль надрезал свою ладонь и соединил с порезом на руке Шерлиз. Единая темная капля упала на корень древа. Я услышала тихий общий вздох, словно все набрали в грудь воздуха, а затем….

Так вот как это выглядит со стороны. Дерево вспыхнуло и ожило. Тысячи маленьких цветочков появились и раскрылись на ветвях, осыпая серебристой пыльцой. Пару окружил светящийся ореол, и на миг они вообще пропали из видимости. А затем по пещере ветерком пролетел мелодичный голос, произнося заветное «Алеора Астериам». И все прекратилось. Не сдержавшись, я захлопала в ладоши, и народ, словно проснувшись, присоединился ко мне, выкрикивая поздравления.

– Ну и как ощущения? – прошептал над ухом Дан, коснувшись щеки в легком поцелуе.

– Странные. Но приятные. – Я не смогла сдержать улыбку. – Как я тогда боялась…

– А уж я-то… – пробурчал эльф.

Не выдержав, я засмеялась и потянула мужа на выход.

Сегодня праздник. Смех, танцы, поздравления… Эх, Ликаэля бы еще пристроить в хорошие руки, мелькнула мысль, когда я смотрела на подходящего эльфа.

– Привет, – осклабился он.

– Привет. А что такой довольный?

– А почему бы нет? – подмигнул Лик. – Брата сплавил, сестру тоже… вот и дружок теперь под теплым драконьим крылышком.

– А сам?

– А я еще молодой! – показал мне язык принц. Кстати, два года назад Владыка Самаэль официально объявил Дантариониэля наследником, а следом я отказалась в пользу Лазарда. Правда, о последнем знали пока единицы. В общем, порешили, что не будем объявлять об отречении, пока Данте не вступит на престол, даже если мне придется раньше занять место князя.

– И на тебя управа найдется, – пообещала я. – Глядишь, и Манионэль своего добьется.

– Тьфу на тебя! – передернулся принц. – Совсем достала! Неделю назад я ее вообще у себя в спальне обнаружил. И как пробралась-то, непонятно!

– Вот-вот! – засмеялась я.

– Не вредничай! Кстати, отец пообещал ее сплавить в какое-нибудь соседнее государство.

– Тогда пусть он сделает это побыстрее, – ухмыльнулся Дан, плотнее прижимая меня к себе и указывая взглядом на группу вошедших эльфиек.

Манионэль, как всегда, в центре и вся в золоте. А следом вошел господин ректор, отчего объятия стали удушающими. Яраэль и Шерлиз все-таки не проболтались, но кто-то напел Дану, что ходили слухи о более теплых отношениях между нами. Я стойко уворачивалась даже от прямых вопросов, отчего Дан зверел, но зато у него не было прямых доказательств. Это позволяло господину ректору и дальше жить и здравствовать.

Следом появилась Олимма, которая теперь работала в академии. Жизнь во дворце девушку не впечатлила, и со словами: «Видала я этот гадюшник в болоте!» – она гордо покинула его пределы. Девушка с головой ушла в работу, но то, что под руку ее держал Тиморт, тот самый метаморф, приятель Сета, говорило о том, что и в личной жизни у нее порядок. Оказывается, он давно влюбился в нее, просто не мог решиться подойти, потому что был уверен, что она любит его друга. Сам же Сэт ударился в такой загул, что отец пообещал женить его на первой же девушке, с которой его увидит.