Тайны закрытого мира - Чиркова Вера Андреевна - Страница 63

Обидно. И раскаяние гложет – ну почему я не смолчала? Могла бы хоть на весь ковен не озвучивать свои ответы. Давно бы уже сидела в кольце родных рук и наслаждалась их теплом и нежностью. Почему я всегда вспоминаю, что молчание золото, только после того как насыплю кучки серебра? Хотя некоторые слова и серебром назвать трудно.

Но делать нечего, бежать через парк и врываться в информаторий на глазах всего ковена я совершенно не готова, да и Дэс наверняка еще не остыл, вздохнула я, отлично понимая, что рассуждаю нелогично и даже трусливо. Но менять свое решение не стала. Вышла из ванны и пошла на балкон.

На балконе, закрытом на зиму застекленными рамами, было тепло, несмотря на прохладную погоду ранней весны. В этой башне вообще всегда было комфортно, такие уж заклинания ее защищали. Он мне понравился с первого взгляда, этот круглый дом, почему же сейчас в нем так неуютно? Никак не хочет улечься в душе обида, не находится объяснение и прощение для резких, ранящих слов. Или это от усталости? От гнетущего чувства постоянной опасности, невидимым, но грозным призраком висящей надо мной в последние дни? Или это предчувствие самого нехорошего, что может со мной случиться?

– Таресса!

Хенна влетела в комнату, как ураган, без стука, и сразу бросилась ко мне.

– Жива! – Худые руки стиснули меня в крепком объятии.

– Хенна, – всмотревшись в ее обведенные темными кругами глаза, я начала подозревать, что упустила из виду что-то важное, – а почему вы решили, что я не должна быть живой?

– Так связь же… – она всхлипнула и достала платочек, – никто тебя не чувствовал. Ни Найк, ни Дэс… ни я.

– Здравствуйте, – вежливо сказал папа, появившись в дверях, – я Георгий.

– Папа, это Хенна, моя наставница. И подруга, – твердо добавила я, усаживая магессу на диванчик у камина. И чтобы отвлечь ее от печальных мыслей, попросила: – Хенна, зажги камин, как-то зябко.

– Может, лучше я… – договорить папа не успел. Он растерянно уставился на жарко разгоревшийся огонь, и я поторопилась объяснить происходящее, пока он не обиделся.

– Пап, Хенна маг, и ей только пальцем шевельнуть. Потому я ее и просила. Чай пить будешь?

– Нет, – покачала она головой, – я только на минутку, тебя проведать. У меня дома Тер лежит, нужно ему суп сварить.

– Как он? – забеспокоилась я. – А Алентина где?

– Рядом с ним сидит, – довольно заулыбалась эргесса, – за ручку держит. А Тер чувствует себя неплохо, больше наслаждается своим положением больного, чем на самом деле болеет. Хотя если бы ты его не вытащила… – Она быстро глянула на отца и смолкла.

– Как я могла бросить напарника! Да и Дэс туда прыгнул. Это я уже после поняла, что его сфера не пропустила, когда сама ушла через миры. А вот как Неджериз там оказался, до сих пор спросить не успела. Ночью я сразу спать свалилась, едва всех в свой мир вывела.

– Недж в Алентину вцепился; не знаю уж, как понял, что она за тобой потянется, и дракоши изо всех миров тоже разом ушли. У Тэннели пояс тоже ушел, она его сняла, когда спать ложилась, – тихо поясняла она, виновато поглядывая на отца.

– Хенна, ты понимаешь – он в воде сидел и за ноги меня держал, сама я не могла ни уйти, ни с ним справиться. И Неджериз не смог, – обреченно выдохнула я, понимая, что, вполне возможно, этим объяснением сама себе рою яму.

Неудивительно будет, если теперь и папа захочет посадить меня на цепь.

– Мы же не знали, – вздохнула она, – сначала связь еще была, и у Вандерса с учителем. А потом все слабее… и исчезла. Ты его прости, он тут чуть с ума не сошел.

– Да я…

Договорить мне не дали.

– Таресса, уходим, – безапелляционно заявил Неджериз, появившись в дверях, за его спиной стоял не менее решительный Вандерс. – Ты не забыла, что открывала сюда сферу? Хочешь, чтобы и Риайн захлестнуло цунами?

Нет, этого я совершенно не хотела и прекрасно понимала, что он прав. Если у злодея остались хоть какие-то силы, сейчас он их спешно направляет в этот мир, чтобы нанести удар по всему, что мне так дорого. И этого допустить я никак не могу.

– А ключ? – уже шагнув к ним, вспомнила я.

– Дэс подарил его мне, – показал шкатулку свекор и схватил меня за руку. – Сначала в Ошергет, в мою башню, я кое-что возьму.

– Я с вами, – твердо объявил отец, но бывший магистр, сверкавший новеньким амулетом ковена, поднял руку в предупреждающем жесте.

– Извините, но вам лучше подождать тут.

Глава 22

Без права на ошибку

А в следующий миг мы уже стояли возле окна в печально знакомой мне башне.

– Мы так и пойдем втроем? – только теперь заинтересовалась я. – А дракоша?

– Дракошу призовешь с места, – категорично произнес Неджериз, – но оставь на всякий случай хоть пояса на отце и Славке. Я не хочу тебя пугать, но никто из нас даже не представляет, что там может быть. Поэтому мы больше никого и не взяли: если уж мы с Ваном не справимся, не справится никто.

– А ты уверен, что дверь примет тебя за белого мага? – засомневалась я.

– Тесса, – тяжело вздохнул он, – я сделал в жизни много больших глупостей и ошибок… кроме этой. Как ты думаешь, с какой целью верховный магистр ковена и придворный маг императора резко поменял свои убеждения и перешел в стан врагов, когда стало понятно, что темные победили?

– Черт, – поразилась я, – так ты Штирлиц! Не зря я всегда говорила, что у Дэса в родне где-то притаились партизаны. Причем замшелые. И как они тебя не раскусили?

– Неужели непонятно? Я же ментал. Тем, кто сомневался, подкидывал что-нибудь выгодное… или другую загадку. Но Крингерд всегда сомневался, и если бы я знал то, что знал он, то давно нашел способ от него избавиться.

– А Зардилиона? – снова вспомнила я, наблюдая, как Вандерс достает из тайника вместительную шкатулку.

– Ее воспитывала мать. Я знал, что это не мой ребенок, и не вмешивался. А когда избавился от ведьмы и спохватился, ей было пятнадцать лет, и исправить что-либо было невозможно. Теперь они снова вместе и, надеюсь, сумеют договориться.

– А разве ее мать… жива?

– Я не убиваю женщин, – сердито сверкнул на меня глазами дед. – Конечно, жива. Я выдал ее замуж за гоблина из серого мира, туда можно пройти только через их портал, но мне когда-то дали камень… Ван, долго еще?

– Уже зарядил. – Свекор шагнул ко мне и надел на шею массивный амулет необычной формы. – Заправь под одежду, он должен касаться тела.

Огромный плоский полупрозрачный камень сиреневато-синего цвета был обрамлен в серебристый каст в виде паука-многоножки. И эти ножки простирались так далеко, что почти обняли мои ребра.

– И что это такое, хоть объясните?

– Амулет удержания жизни, – серьезно сказал маг и поправил мне шпильку. – Если случится что-то плохое, он сохранит твою жизненную энергию. Ну, или душу, как вы говорите. А теперь веди в проклятый мир, и как можно ближе к руинам. Вот смотри, тут стоял дворец императора…

Я посмотрела в шар, полюбовалась на заснеженные руины и приказала сидевшему в поясе дракоше закрыть мне тело кольчугой. И так хватает мне всяких неприятностей, еще и простыть вдобавок ко всему не хочется совершенно.

Маги подхватили меня под руки, и в следующую секунду в лицо хлестнул мелкий, колючий и противный снежок.

– Спасибо, что доставила нас сюда, и теперь я за эту услугу добровольно отдаю тебе…

Скривившись от досады, я слушала ритуальные слова передачи ключа и пыталась понять, почему не догадалась сразу, что именно сюда они и должны были прийти, те четверо первых магов, разгадавших тайну внезапного появления неведомого ранее народа. К императорскому дворцу, который смутно угадывался в занесенных снегом руинах и остатках стен некогда внушительных и высоких башен.

Ведь именно его они считали средоточием зла, а значит, пытались с помощью этого ключа проникнуть в сердце дворца, личные покои императора. Но что пошло не так? И почему ключ оказался совсем в ином мире и снова искал себе хозяина?